Новости дня

15 ноября, четверг













































После суда Валерия переехала к Чубайсу

0

Предновогодний чёс: как это было

Есть слова в одном из хитов Земфиры: «Теперь я знаю, для кого поет певица Валерия…» Я тоже теперь точно знаю, для кого и с какой целью она это делает. Ее продюсер и муж Иосиф Пригожин разрешил мне поснимать, понаблюдать и написать – о том, как они, «бедолаги» шоубизнеса, надрываются, зарабатывая на жизнь.


По коням!

В 10.00 у Валерии подъем. Довольно ранняя она птаха, если учесть, что накануне ночью было два выступления на корпоративках у таких нехилых компаний, как «Билайн» и «Проф-Медиа». Далее завтрак, сбор детей.
Почти до обеда идет обсуждение с продюсером-мужем и директором Ларисой сегодняшнего графика. Утверждается репертуар для вечеринок.
15.00. У подъезда уже «под парами» ждет «Ровер». Водила – простой мужик-шоферюга лет пятидесяти. Толковый дядька, все понимающий с полуслова, отличный драйвер и знаток дороги.
Он мне впоследствии несколько отличных советов по объезду пробок дворами дал. Мне! Коренному москвичу, который, как я до этого предполагал, свой родимый город знает лучше всех.
Спускаемся к машине. Тут подъезжают еще две. В одной (автобусе) музыканты, всякая аппаратура, напичканная «фанерной» техникой. Во второй поедет директорша Лариса с водителем.
16.00. Мы на Басманной, в Арбитражном суде Москвы.
– Понимаешь, – говорит, как бы оправдываясь, Ёся Пригожин, – председатель Арбитражного суда уж больно любит песни моей жены…
Вот для стражей закона спеты оговоренные по времени песни-шлягеры. По коням. Летим в «Лужники». Там в 18.30 корпоративка РАО «ЕЭС». Прибыли где-то за сорок минут до нашего выхода.
Я такого в жизни не видел. Малая спортивная арена заставлена ломящимися от деликатесов столами, выпивка всевозможная. За трапезой солидные дядьки и тетьки. Глянув из-за кулис на этот «пир духа», ухожу за сцену. По ходу бросается в глаза списочек, прилепленный скотчем к стене. Ага, кто еще сегодня решил с Чубайса бабла чуток срубить? Группа Hi-Fi, мы, Валера Леонтьев. Точняк, вот вижу, и его директор прошмыгнул в гримерку.
Я тоже в гримерку, только к Валерии. Охранник Пригожина, здоровяк лет сорока, меня покорно пропускает. Еще бы! Мы ведь на сегодня одна команда по сбору средств в семейный бюджет четы.
В комнатухе идут последние приготовления. Лера в золотом топе. На груди бриллиантовый крестик. Валерия очень религиозна, ей даже еврея Иосифа удалось убедить принять обряд крещения. Марафет на голове у звезды наводит пожилая женщина.
– Между прочим, Гриш, заслуженная артистка Грузии! – комментирует дремлющий на диване христианин Пригожин. – А работает у меня! Вот так, б…, государство относится к заслуженным артистам!
– Лера, а что, этот наряд будет один и тот же на всех сегодняшних выступлениях?
– Некогда переодеваться. Платье, как правило, надеваю, которое не мнется.
– Тяжело так каждый день молотить?
– Каждый день почти и приходится. Но обычно два-три выступления. Сегодня побольше. Четыре.
– Но это не рекорд, – вмешивается Пригожин, – как-то девять заказников отбарабанили. На Калининском проспекте. Хорошо, что там кабаки один за одним идут. Переходили из одной двери в другую.
– Валерия, но так и надорваться можно?
– Трудно, конечно. Зато оно того стоит.
– Надо ковать железо, пока горячо, – добавляет Пригожин, – молодые на пятки наступают. Вон певица Максим в Риге за одно выступление сорок тысяч евро сняла. Молодец!
– Хорошие деньги. Я слышал, ты квартиру в Эмиратах купил. Где? На Джумейре (престижный пляжный район)?
– Да ты что! Какая Джумейра? На первом острове, по соседству с Бэкхемом, купил.
И тут же преданно, как спаниель, глядя в глаза своей супруге, поправляет себя:
– Купили. Мы с Лерой. У нас ведь все общее.
– Новый год в Эмиратах будете отмечать?
– В Абу-Даби. С нами еще Алсу едет.

Бабки в кассу – искусство в массу!

Между тем настает время выхода на сцену перед «светочами» первой величины от РАО «ЕЭС».
Ёся смотрит на свои часы, естественно, золотые, от «Шопа». Чубайс закончил речь. На сцену поднимается какой-то другой важный чиновник из этого же ведомства. И начинает… Конца его речи не видно. Пригожин, Лера и Лариса нервничают. А дед гонит про план ГОЭЛРО и про важность этой байды.
Тут у Ёси появляется какая-то гримаса непонимания:
– Лер, а чё это за гоэлро?
– Ну, ты даешь! Это ж еще Ленин придумал про электрификацию всей страны.
– А-а-а… – так, видимо, ни хрена не поняв, протягивает продюсер мирового значения.
А дядька продолжает «двигать по ушам» про эту самую электрификацию.
Терпению Пригожина приходит конец.
– Так, у нас здесь восемь песен. Ужимаемся до трех. Лера поешь «Нежность», «Самолет», «Часики». Если хотят больше (звучит ненормативная лексика), пусть дают машину сопровождения. Мы не успеваем на следующее мероприятие.
– Слушай, а если они не впишутся в ваш график? То как?
– А никак. Бывает, мы и не выходим на сцену. Это проблема организаторов. Не уложились в график – до свидания! Главное, что мы вовремя приехали. Это все оговорено в контракте. Бабки – вперед. Как говорится: «Бабки в кассу – искусство в массу!»
Дядька-электрик наконец заканчивает речугу. По-моему, не только на радость Валерии, но и присутствующим в зале.
Лера пулей летит на сцену.
– Сейчас едем на Саввинскую набережную. Ты давай тоже туда. Ресторан «Апартаменты». Люди о тебе там пре-дупреждены.
Не знаю, уж как получилось, но эти «стахановцы» оказались в ресторане раньше меня.
21.15. Охрана заведения просит все металлические предметы на стол. Скучая, шмонают меня и пропускают с неохотой в какую-то кухню-подсобку. Там уже ватага пригожинских орлов с аппетитом уминают халявные королевские креветки.
– Слушай. Тут такая фигня. Еле договорился насчет тебя. Отдыхает сам президент.
– Да ты чё! Путин?
– Не… Другой.
И шепчет мне на ухо имя этого главы государства.
– Имя этого человека в своей газете не пиши. Понял? Нельзя.
– ОК! Нет проблем. Могила!

Пригожин: Мы – в первой пятерке

Лера по-прежнему в золотом немнущемся. Красится. Подваливают телохранители президента с «капельницами» в ушах. Просят у нее автографы. Певица благосклонно их раздает. Потом фото на долгую добрую память.
Популярность…
– Слушай, Иосиф, а ты можешь примерно назвать первую пятерку самых востребованных артистов?
– Алла, но выступает меньше нашего. Цены очень высокие. Валера Меладзе, София Ротару. Ну, а замыкает пятерку, наверное, Билан.
Ёся нервничает и курит. Лариса-директорша подзаряжает разряженную от постоянных терок с заказчиками мобилу.
– Так, здесь тоже придется одну песню срезать, – командует продюсер. – Во! Убираем… (ковыряет ручкой висок) «Метелицу».
– Так, ты дуй, – обращается он ко мне, – в «Точку». Это на «Октябрьской». Иначе не успеешь. Мы тоже туда подтянемся.
Я прыгаю в машину… Хорошо, что водила Ёси объяснил, как на Зубовскую, минуя пробки, выскочить, а с нее на Садовое. Ну, а там уж «Парк культуры», Крымский мост – и рукой подать.
23.00. Я у шлагбаума, перегородившего въезд к клубной парковке. Несколько молодцов в камуфляже и без намека на лицах на знание таблицы умножения стопорят меня:
– Куда?! У нас въезд с Крымской набережной, а не с Ленинского. Ты чё, не знаешь?
– Да я с Пригожиным и Валерией, – с уверенностью в голосе говорю я.
– Их-то мы пропустили уже…
Блин, опять обогнали.
…За накрытым столом Лера в привычном золотом натягивает сапоги.
– А вот это, Григорий, снимите.
Я делаю несколько кадров. Почему ей захотелось, чтоб я запечатлел момент переобувания, не знаю. Женщины – загадки!
– Мы раньше тебя прискакали чутка. В «Апартаментах» так и не выступили. Там сейчас не до нас. Придется вернуться после «Точки» обратно. Время немножко сдвинули.
– Здорово, Иосиф. И вы сегодня здесь?
В гримерку заваливает красивый, как автомобиль «Лексус», Дмитрий Нагиев.
– Привет.
– Веду корпоративку у компьютерщиков. (В «Точке» проходит вечеринка какой-то крутой компьютерной фирмы.) Звук г…! Тут еще перед вами Бутусов пел. Все чуть не заснули. Такую тоску нагнал. Мрак.
Между тем Иосиф дает последние наставления Лере: «Первая будет «Нежность», по-любому. Потом сама решай».
– Жаль, я не пою, – подает голос Нагиев, – только ведущим могу. Максимум одно выступление в день.
– А чего не пошел на «Две звезды»? Вот и попробовал бы, – советует Пригожин.
– Не люблю петь! – стальным голосом прапорщика Задова отрезает Дмитрий. – Завтра летим в Альметьевск, потом в Казань, – продолжает, вздохнув, «Задов». – Альметьевск – хорошо. Там нефть.
Беседу на отвлеченные темы прерывает Лариса, влетевшая в дверь:
– «Часики» – не петь! Хозяину вечеринки эта песня не нравится.
– Не петь так не петь, – спокойно реагирует Иосиф. – Да все равно народ потом потребует спеть.
Так оно и случилось минут через двадцать. Загашенные компьютерщики начали подпевать «Часикам».

У Валерии будет новый продюсер

Между тем между Ёсей и Нагиевым завязался еще один интересный разговор:
– 23 февраля объявляю, что у Леры будет новый продюсер. Иностранец. Дико известный. Но пока это секрет. Не скажу.
Еще в планах начать завоевывать Америку и Англию.
– Не-э-э, – засомневался Нагиев. – Там таких бабок, как у нас, не собрать.
– Ошибаешься, – парирует продюсер, – в Англии один раз на стадионе вышел – приход, как у нас за год на заказниках!
На этой оптимистичной ноте по поводу баснословных барышей за бугром в грим-уборную влетела вся мокрая Валерия:
– Машина у подъезда?
– Нет, нельзя подогнать. Лестница мешает, – начал оправдываться Иосиф.
– Как, я вся мокрая – на улицу?!
Тем не менее вопрос решили. Перебежками Валерия, закутанная в шубку, юркнула в джип.
Я окликнул Иосифа:
– Слушай, я, наверное, по второму разу с вами не поеду на Саввинскую набережную… Может, завтра днем звякну. Расскажешь, чем у президента все закончилось?
– Да ты что?! Какой звякнешь? Завтра в восемь утра мы уже будем в аэропорту. В Оренбург едем выступать.
– Сочувствую… – протянул я. – Ну, тогда успехов.
«Ровер» со звездой резко сорвался с места и полетел в московскую предновогоднюю ночь...


поделиться:


Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания