Новости дня

23 октября, вторник













































Раймонд Паулс:  Пугачева может уже и не петь...

0

Маэстро назначил мне встречу на Латвийском радио, где после 20-летнего перерыва вновь репетирует с ансамблем «Кукушечка», в котором поют уже дети детей некогда знаменитого на весь Советский Союз коллектива. Это для души, говорит Паулс.

«9 мая трогать не надо…»

– Вы в политике с 1985 года, когда стали депутатом Верховного Совета Латвии (в 1989-м избирались и народным депутатом последнего Верховного Совета СССР). 22 года – такой срок дают лишь за тяжкие преступления, Раймонд Волдемарович. Не надоело, как говорится, срок мотать?
– Все в конце концов надоедает. Одно и то же играть тоже надоедает. В политике я больше уже по инерции. Петерс (Янис Петерс – народный поэт Латвии и друг Паулса, бывший посол Латвии в России. – Авт.) в свое время меня в нее втянул. Я, наверное, как Кобзон в российской Госдуме.
– К счастью, 16 марта в этом году в Риге прошло практически без эксцессов, хотя сторонникам легионеров Ваффен СС и разрешили под прикрытием полиции возложить цветы к памятнику Свободы. А как вы относитесь к людям, которые 9 мая возлагают цветы и раскладывают воблу на газете?..
– Это их право праздновать 9 мая, если даже мир отмечает 8-е. Но если в России эта тема свята, не надо ее трогать. Люди воевали, и никто не может отрицать, что погибли 20 миллионов. Я даже за то, чтобы ветераны имели право носить свои награды, они это заслужили.
В то же время не надо сейчас вдаваться в подробности, кто в каких нашивках воевал. Все эти вопросы словно специально муссируются в последние годы.
– Вы интересуетесь тем, что происходит в политической жизни России?
– Конечно. Я часто смотрю новостные выпуски на разных российских каналах. Мое отношение к России не изменилось. Я желаю лишь одного – чтобы рядом с нами было сильное демократическое государство. Нам нужно считаться  с тем, что газа у нас нет, нефти нет и т.д. Посмотрим, что даст визит Калвитиса (премьер-министра, однопартийца Паулса. – Авт.) в Москву. Вначале должна идти экономика, а затем – политика, а не наоборот, как сейчас. А потом мы еще удивляемся, что нас называют фашистами…

«Путин мне симпатичен»

– Как вы относитесь к Путину?
– Откровенно говоря, он мне нравится. Во-первых, он президент великой страны. И во-вторых, что мне симпатично: он все время действует. Он довольно быстро реагирует на различные ситуации.
– Интересует ли вас, кто будет следующим российским президентом?
– Да, но это внутренние дела самой России.
 Я даже не знаю имен кандидатов. Но мы про Путина вначале тоже ничего не знали. Хотя я с ним случайно познакомился еще задолго до его президентства, когда был на встрече с Собчаком (композитор скромно умалчивает, что получал поздравительные телеграммы от президента РФ и на 65-летие, и на 70-летие. – Авт.).
– А с кем из российских президентов вам приходилось встречаться?
– В прошлом году, например, встречался с Ельциным, когда он приезжал в Ригу получать орден Трех звезд. Встреча была супер. У нас была небольшая компания. За столом с ним одно удовольствие общаться. Его супруга, правда, все его успокаивала: «Боря, не надо, спокойно, здесь же культурные люди…» Он очень эмоционален. Ельцин есть Ельцин. Это – фигура! Точно так же я очень уважаю Горбачева и особенно покойного Яковлева (Александр Николаевич – бывший член политбюро, секретарь ЦК КПСС, член Президентского совета Горбачева, благоволивший к народным фронтам Прибалтики. – Авт.). Это интеллигентнейший, умнейший человек, высокого класса политик.
– Как часто бываете в России?
– Вообще не бываю. Я уже никуда не езжу. Наездился. Мне, наверное, надо было по-другому сейчас жить. Я мог бы позволить себе, например, поехать в Лас-Вегас, проиграть какие-то денежки. Но куда сейчас поедешь – взорвут к чертовой матери. Да и нужно ли? У меня дом у озера, там всегда есть что делать.
Я не Абрамович, но у меня тоже есть плавсредства. Правда, не яхты с позолоченными ручками, а моторная лодка и катер. Я в последние годы очень редко появляюсь в каких-то компаниях. Надоели одни и те же речи, дежурные канапе и дешевое вино.
Я слушаю, как ни странно, еврейский фольклор. И «Систерс Кинг», и одесские блатные песенки в том числе. Потому что у меня на столе лежит пьеса по «Одесским рассказам» великого Бабеля, расстрелянного в 1940 году. Когда меня попросили сделать музыку для спектакля в Русской драме, я пошутил: мне что, тогда надо поехать в Израиль на одну процедуру, чтобы войти в образ? Поэтому ограничились дисками…

Про Пугачеву и неравные браки…

– А с Аллой Борисовной отношения поддерживаете? Хотя бы перезваниваетесь?


– Нет, эта процедура довольно сложная. У каждого сейчас своя жизнь.
– На ваш взгляд, стоит ли Алле Борисовне продолжать выступления или все лучшее уже спето?
– Стоит. Но только в таком амплуа, которое ей подходит. Не стараться подлаживаться под молодых. Пугачева давно уже и заслуженно стала явлением музыкальной российской культуры, так что она может позволить себе даже просто выйти на сцену и не петь. Ей и так будут аплодировать – в России ее обожают. А если она еще, как в свое время Фрэнк Синатра или другие великие певцы, станет исполнять свой старый репертуар, ее вообще на руках будут носить.
– В одном из наших давних интервью вы скептически отнеслись к браку Пугачевой с Киркоровым…
– Не скептически, а с некоторой улыбкой.
– Как показало время, вы не зря улыбались. Вы не верите в союз, где один из супругов намного старше другого?
– Ой-ой-ой-ой… Это вопрос очень сложный. Вот в моем возрасте очень многие меняют жен, не говоря уже об актерах, которые по три-четыре раза женятся и разводятся. За редким исключением, неравные браки бывают удачными. Как у Чарли Чаплина, когда его последней женой стала 18-летняя дочь известного американского драматурга, которому было тоже 54 года, как и зятю. Но Чарли прожил с ней до самой смерти – 34 года, и еще 8 детей родили! У остальных с молодыми женами или мужьями, по-моему, не все так гладко.
– А вас молодые поклонницы не одолевают?
– Я у женщин оставляю очень хорошее впечатление, – косится Паулс на зашедшую в комнату бессменную руководительницу ансамбля «Кукушечка» Дайлу Мартинсоне. – Но, к сожалению, они уже в возрасте, и большинство из них жалуются на здоровье. А здоровье… Я боюсь, что настанет момент, когда я не смогу контролировать, что я говорю и делаю. Когда кто-то сможет сказать: что этот старый дурак там болтает…

«Новая волна» не озолотила»

– Вот уже пять лет вы бессменно являетесь сопредседателем жюри конкурса молодых исполнителей в Юрмале «Новая волна». Не раз собирались покинуть это «генеральское» место: и тортом в вас кидали, и в суд подавали за якобы украденную интеллектуальную собственность в виде вашего же еще советских времен эстрадного конкурса «Юрмала». Злые языки утверждают, что удерживали вас в последние годы тем, что присуждали первые места латвийским исполнителям – группе «Космос», Интарсу Бусулису. О гонорарах, правда, вспоминали лишь пугачевских: в полмиллиона долларов…
– Так и есть. Вы уже все сказали. Что мы заимели с того, что делали добро для молодых исполнителей? Кроме грязи, ничего не получали. Или я бизнес на конкурсе сделал: гостиницы в Юрмале имею, торговые точки? Вот они как раз зарабатывают за неделю конкурса, который мы организовали с Игорем Крутым, бешеные деньги. «Новая волна» превратилась в престижное место тусовки, где крутятся все сливки России.
А про Бусулиса или «Космос» – вы сами слышали, как они поют. Что, я и Лайма могли бы вытянуть их на первое место? Мы же не договариваемся с остальными членами жюри. Голосуем тут же.
– Вы сидите обычно с вашим фирменным мрачноватым видом – вам не очень нравится, как выступают молодые?
– Больше всего мне нравится на этом конкурсе один популярный человек из России. Он сидит за моей спиной, и когда кто-то начинает петь, я слышу сзади мгновенную пародию на участника. И тот, кто это делает, мне нравится гораздо больше. Это Винокур.
– Как сопредседатель жюри вы имеете право выставить своего конкурсанта?
– Нет, я уже больше не буду это делать.

«Посторонним не доверяю…»

– Со своей женой через четыре года вы золотую свадьбу можете справлять. В чем секрет такого семейного долголетия?
– Это трудно определить. Дай Бог, чтобы характеры сошлись. В основном почему разводятся? Потому что из-за мелочей начинаются скандалы. Если никто не уступает, сразу все, конец. Кто-то должен обязательно притормозить. И потом, мне никогда не хотелось, чтобы мою дочь спрашивали: а где твой отец?
– В вашем доме в Балтэзерсе вы обходитесь без садовника. В одном из латвийских журналов видел снимок, где вы управляете мини-трактором. Жена вот сетует, что вы не бережете руки, работая в саду…
– У меня крестьянская философия. Я люблю многое делать сам, люблю порядок в доме и на земле. Мне нравится косить траву, рубить дрова. Я не из белоручек. Для меня это и физическая нагрузка, и способ отключиться от повседневной суеты.
– Водителя у вас нет, агента – тоже, на звонки отвечаете не через секретаря. Вы привыкли во всем и везде обходиться лишь своими силами?
– Совершенно верно. Я не очень-то доверяю посторонним. Поэтому и телохранителей у меня тоже никогда не было. Вот президент Финляндии, как обыкновенная женщина, приходит с мужем на концерт. У нас же в зале обязательно появляются телохранители. И сидят вокруг, сверля глазами зрителей. Меня от этого тошнит…

рядом с гением
Светлана Епифанова, жена Маэстро:


– Я живу не с гением, а с человеком. Гений он на сцене. В семье самое главное – терпение. Если ты решил, что главное – это семья, то на мелочах не надо зацикливаться. По молодости, после рождения дочери, я хотела продолжить свою карьеру переводчика. Но Раймонд был так активно против, что я даже испугалась. Он такого наговорил моим начальникам… Наверное, тыл боялся потерять. Я поняла, что буду больше полезна в семье. Я ориентируюсь на его буквально животную интуицию: надо было с самого начала прислушиваться к его советам. Мне было всегда интересно с Раймондом, интересно и по сей день. Я не жалею, что приняла его правила игры.

поделиться:






Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания