Новости дня

19 октября, четверг











18 октября, среда
































Перенос "прямой линии" с Путиным: власти ищут неожиданный ход?


Кирилл Мартынов объяснил Sobesednik.ru, почему Путин отсрочил «Прямую линию» и как власти воспользуются этой паузой.

Как писал Sobesednik.ru, 30 марта пресс-секретарь главы РФ Дмитрий Песков сообщил, что ежегодная «Прямая линия» с Владимиром Путиным переносится с апреля на более поздний срок из-за графика президента. 3 апреля источники, близкие к президентской администрации, рассказали, что общение Путина с россиянами могут приурочить ко Дню России 12 июня или Дню защиты детей 1 июня.

Тем временем появились предположения о том, что перенос «Прямой линии» связан с волной протестов, прокатившейся по стране 26 марта с подачи оппозиционера Алексея Навального. В связи с этим Дмитрию Пескову пришлось повторить, что отсрочка объясняется исключительно президентским графиком, а «оппозиционная» версия неправдоподобна: «Решения о более поздних сроках проведения "Прямой линии" были приняты, наверное, месяца два тому назад, задолго до этих акций, которые прошли неделю назад. Поэтому как-то увязывать это достаточно абсурдно. Никакой здесь идеологической или иной подоплёки нет».

Между тем публицист, философ, доцент факультета гуманитарных наук НИУ ВШЭ Кирилл Мартынов считает, что ситуация с «Прямой линии» всё-таки имеет под собой какую-то подоплёку. Он объяснил Sobesednik.ru, почему на самом деле власти отсрочили общение Владимира Путина с народном:

– Если нет какого-то неизвестного нам фактора, то справедливым кажется всеобщее предположение о том, что это связано с неожиданной политизацией обстановки в стране, которая в конце марта сложилась и которая была совершенно непредсказуемой для власти. Боле того, в последние годы просто не было примеров такой политизации, которая не была бы связана с реакцией на какие-то события вроде нечестных выборов. Не было ситуации, когда люди говорили «Мы хотим провести политическую мобилизацию, потому что считаем, что коррупцией заниматься – это плохо» и когда это получалось.

В нынешней ситуации Путин выглядел бы глупо, если бы он не прокомментировал ситуацию вокруг Медведева и этих выборов. Поскольку эти события стали неожиданностью для властей, они не смогли быстро придумать, как это комментировать. Поскольку эти люди известны как великие тактики, то они тактически решили, что им будет выгодно пообщаться летом. Напомню, что такого рода технологии постоянно используются властями. Последний известный пример был связан с переносом выборов в Госдуму на более ранний срок.

– Как думаете, кто принимал решение о переносе «Прямой линии»?

– Советники Путина, возможно, [первый замруководителя администрации президента Сергей] Кириенко. Они предложили ему ряд аналитики по ситуации: социология такая-то, уличная мобилизация такая-то, рейтинг Путина такой, рейтинг Медведева такой, сдавать Медведева в этой ситуации категорически нельзя, но при этом отождествляться с Медведевым публично и как-то за него оправдываться и прикрывать тоже довольно плохо. В этой же аналитике, по всей видимости, содержался и набор решений. Скорее всего, здесь не стоял вопрос изолированно про «Прямую линию». Наверное, это был комплекс идей о том, как правильно обрабатывать сложившуюся ситуацию. Принять решение о переносе «Прямой линии» было довольно просто, но параллельно обсуждается и формулировка ответов на ситуации. Эти ответы могут лежать в пропагандистской плоскости, в уголовно-силовой плоскости.

И важно понять, как теперь власти будут рассказывать о своей борьбе с коррупцией. Потому что в последние годы тема борьбы с коррупцией стала для властей одной из главных, на этой теме власти тоже пытаются набрать себе какие-то политические очки: и про Улюкаева, что называется, в народе заговорили, что, мол, наконец-то Путин начал наводить порядок, и параллельно развивались истории обвинённых в коррупции губернаторов. Теперь здесь есть проблема, потому что трудно понять, как вы боретесь с коррупцией, если вы ни слова не можете сказать по поводу Медведева.

– Можно ли предположить, что за это время власти не только найдут формулировки ответов, как вы сказали, но и какие-то серьёзные решения вроде отставки Медведева?

– Да, они взяли паузу, чтобы не только поискать риторики, но и подумать, как им вообще с нынешней ситуацией жить. Ситуация новая и, повторюсь, неожиданная. Меня ещё интересует, что у нас всякая демократическая и либеральная общественность протестовала против режима в целом, перечисляя все его прегрешения через запятую, но здесь выяснилось, что если нажать на одну больную точку – на человека, который сказал «Денег нет, но вы держитесь», – то дальше вся эта система вдруг начинает давать слабину, потому что Медведева никто в стране не любит, а теперь получается, что Путин ассоциируется с Медведевым и вся эта схема играет против властей, бьёт по больному.

Если бы отставка Медведева состоялась, особенно в ближайшие месяцы, это была бы настоящая сенсация. Это бы означало, что Путин готов на какие-то поступки, которые от него никто не ждёт. Я бы не стал говорить, что такой сценарий абсолютно фантастический, но он выглядит как более-менее нереалистичный. Логически это возможно, а фактически трудно себе это представить, потому что в глазах всех, кто Путина знает, это выглядело бы как демонстрация слабости.

Зная российские власти, я думаю, что они будут искать какой-то неожиданный ход, не связанный с отставкой Медведева, но тоже достаточно впечатляющий – ну, не знаю, допуск Навального до выборов, например. Самые разные неожиданные идеи могут сейчас обсуждаться.

– Может, Путин наконец скажет, будет ли он баллотироваться в президенты?

– Ну да. Просто когда Путин об этом объявит, ему ещё нужно будет объяснить, почему он баллотируется и почему людям нужно приходить на выборы. Для них это сложная задача. Велики шансы, что объявление будет отложено до осени. Сейчас вот президент работает, момент неподходящий, никакой политизации до последнего момента не было… У меня было ощущение, что власти хотели до осенних региональных выборов провести тихий, совершенно аполитичный сезон. В их планы в этом смысле вмешались.

– Есть предположение, что «Прямую линию» перенесут на какой-то из июньских праздников – либо День России, либо День защиты детей.

– Пока это только версия. Сейчас просто нужно было объяснить, почему перенос состоялся. Потому что кому-то вроде как пришло в голову совместить его с праздником. День защиты детей в этом контексте выглядит довольно странным. А 12 июня – это попытка напомнить, что такая дата существует в российском календаре. Если ставка будет сделана на 12 июня как на символическую дату, тогда это действительно может быть стартом предвыборной кампании Путина, и тогда это связано с какой-то задумкой о том, как эту кампанию оформлять. Но пока у нас только одни предположения.

– А объяснение Пескова про перенос «Прямой линии» из-за графика Путина вам не кажется правдоподобным?

– Это типичное дипломатическое объяснение, которое используется в тех случаях, когда надо что-то сказать, чтобы всем было понятно, что всё под контролем, но не более того. Я бы не стал прислушиваться к такого рода суждениям в таком контексте.

– Перенос «Прямой линии» – это проявление слабости?

– Ну, это не та слабость, которая будет замечена кем-то за пределом узкого сообщества политически ангажированных людей, политкомментаторов и так далее. Конечно, люди знают, что вот есть Путин и что когда-нибудь он обратится к народу. И им всё равно, случится это в апреле или летом. Пауза не будет замечена.

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания