Новости дня

12 декабря, среда



































11 декабря, вторник










Адвокат: Понятие "русской мафии" за рубежом сильно раздуто

«Собеседник» №08-2018

Владислав Резник // Фото: Global Look Press
Владислав Резник // Фото: Global Look Press

О странностях испанского правосудия Sobesednik.ru рассказали защитник депутата Резника и адвокат Валерий Карышев.

В Испании начался суд над так называемой «русской мафией». Группу россиян (18 человек), по версии следствия связанных с тамбовской ОПГ, обвиняют в незаконном обналичивании средств и других преступлениях. Среди обвиняемых и депутат ГД Владислав Резник с супругой Дианой Гиндин. Обвинение просит для него 5,5 лет. Депутат приехал на процесс, чтобы лично подтвердить свою невиновность.

О странностях испанского правосудия размышляет адвокат Резника Александр Гофштейн:

— Следствие длилось десять лет. И все эти годы люди пребывали в статусе обвиняемых, в полной неопределенности о своем будущем. Конечно, там еще не дошли до того, чтобы десятки лет держать подозреваемых под стражей. Но ведь и само уголовное преследование далеко не ограничивается избранием меры пресечения. Это очень влияет на психику, скажу я вам. Я не самый главный патриот, но ручаюсь, что в плане процессуальных сроков Россия точно дает серьезную фору Испании.

При этом, заметьте, у следствия нет ни прямых, ни даже косвенных доказательств преступления, якобы совершенного моим доверителем Владиславом Резником. Более того, у испанской прокуратуры с самого начала были исчерпывающие сведения об абсолютно законном источнике средств, которыми пользовался депутат. Все они задекларированы (их происхождение — прежняя пердпринимательская деятельность Резника), и там нет ни одной незадекларированной копейки, которая пошла бы на приобретение недвижимости.

Кроме того, все эти обстоятельства были предметом проверки и в России. По ее результатам вынесено многостраничное постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Вдвойне обидно, что это не открытие сегодняшнего дня — все эти годы следствие Испании было в курсе, что деньги Резника имеют законное происхождение. Поэтому обвинение депутата в отмывании противоречит здравому смыслу. Тем не менее счет Резника все эти годы арестован. По какому праву? Хотите проверить — проверяйте! Но не 10 же лет!

Точно так же не выдерживает никакой критики обвинение его в участии в преступном сообществе. «Контактом», который ставится Резнику в вину, является Геннадий Петров — человек, у которого Резник купил на Майорке дом. Именно тогда (и поэтому) начались их отношения. Резник приехал покупать дом, ему посоветовали один из выставленных на продажу. Это оказался дом Петрова. В дальнейшем они поддерживали соседские отношения. По-испански депутат не говорит, а тут сосед русскоговорящий... Какое это имеет отношение к участию в преступном сообществе?

И наконец. Половина обвинений, предъявленных Резнику, существует только потому, что так называемые «разговоры с Петровым» неправильно переведены. То есть буквально исковеркан смысл бесед, на пустом месте придан им уликовый характер. Но и это еще не все. Резнику приписывают разговоры, которые он не вел: голос принадлежит другому человеку. И этот человек известен. Он лично представил в прокуратуру заявление, где признал свою беседу. Есть и справка [из] телефонной компании, где указано: номер принадлежит именно этому человеку. Есть и заключение эксперта, который подтверждает: да, на пленке голос именно этого человека. Более того, в том разговоре Петров передает привет жене своего собеседника, называя ее Ирой. А супругу Резника зовут Дианой... Но на прокуратуру Испании все это не произвело никакого впечатления. Обвинение продолжает настаивать на своем.

А что вы хотите, если там на полном серьезе происходят вот такие вещи? Наша сторона попросила приобщить к материалам дела то самое постановление [об] отказе в возбуждении уголовного дела, о котором я уже упомянул, и которое было вынесено следователем Следственного департамента МВД РФ. Суд удовлетворил это ходатайство. Так вот, переводчик перевел это так: представитель Владислава Резника просит приобщить к делу обвинительный приговор, вынесенный правительством России. Я не шучу...

* * *

Sobesednik.ru также попросил прокомментировать громкий процесс известного адвоката Валерия Карышева — человека, не раз представлявшего в судах людей, которых причисляли к членам ОПГ:

— Валерий Михайлович, испанскую прокуратуру действительно можно поздравить с победой над организованной преступностью?

— Как вам сказать... Давайте сначала уточним по поводу так называемой «тамбовско-малышевской» группировки. Такой группировки нет. В недалеком прошлом это две были враждующих группировки — тамбовская и малышевская. Которые друг друга жестко уничтожали. Победила в итоге тамбовская. Малышев был вынужден уехать в Испанию. Это первое.

Второе. Как в Испании узнали, что Малышев принадлежит к криминальному сообществу? Схема простая. Правоохранительные органы Российской Федерации, как только какой-то криминальный авторитет отбывает за границу, как правило, тут же посылают коллегам так называемое оперативное досье. Соответственно, испанцы (итальянцы, греки и так далее), почитав его — а там много чего указано, с убийствами и тому подобными жуткостями — приходят в ужас: к ним приехал этакий дон Корлеоне русского разлива.

Между тем люди, которых российские правоохранители причисляют к криминальным лидерам или сообществам, как ни странно, за границей обычно ведут себя тихо (кроме грузинского лобби). Занимаются спокойным бизнесом — в большинстве случаев это строительство, продажа домов и так далее. Не исключено, впрочем, что они нарушают какие-то законы — связанные с налогами, может быть, с подделкой документов (но это мое частное мнение).

В любом случае уже одного оперативного досье достаточно, чтобы они попадали в поле зрения правоохранителей тех государств, куда уезжают. И те бдят. В Испании, к примеру, проводили операцию «Оса», в результате которой был задержан наш криминальный авторитет Шакро Молодой. Была операция «Гроза» — она была связана непосредственно с малышевской группировкой. Нынешний процесс начался с операции «Тройка»...

— Но среди обвиняемых есть и депутат ГД. Он что, тоже в группировке?

— Видите ли, как я уже сказал, уехавшие авторитеты (люди, которые принадлежат к малышевской группировке, тут не исключение) обычно ведут какой-то свой бизнес за границей. В том числе в Испании. Соответственно, у них есть партнеры — люди с деньгами. А в России к таким относятся и депутаты Госдумы. Как я понимаю, г-н Резник звонил Петрову, звонил Малышеву и, видимо, обсуждал с ними какие-то дела.

Вопрос: являются ли звонки криминалом? Если они обсуждали некие противоправные действия, которые подпадают под испанские законы, тогда да, Резник в теме и должен нести определенную ответственность. Если же их разговоры касались просто бизнеса, никакого криминала со стороны Резника нет.

Ну а что касается того, знал он или не знал, с кем общается, естественно, на суде будет говорить: не знал, что эти люди относятся к криминальному сообществу. Обвинению придется доказывать обратное.

— Он поехал на суд вместе с женой. Так уверен, что сможет доказать свою невиновность?

— А почему нет? Он обладает депутатской неприкосновенностью, и по идее едва ли его могут задержать. Впрочем, задержали же сенатора Керимова во Франции... Ну, думаю, что для Резника ничего серьезного не будет. Хотя, конечно, варианты возможны.

— Обвинение через СМИ пытается усилить эффект, отмечая, что у Резника неплохие отношения со многими высшими чиновниками России. В частности, называют экс-министра обороны Анатолия Сердюкова. Можно как угодно относиться к Сердюкову, но, если честно, разве есть что-то странное в том, что депутат Госдумы общается с экс-министром обороны? Или нас могут ждать открытия в процессе?

— Не думаю. Резник по статусу вполне может общаться с высшими чиновниками. Но можно ли из этого делать вывод, что у них близкие отношения?

Понимаете, понятие «русской мафии» за рубежом сильно раздуто. Поэтому-то прокуратура Испании и начинает притягивать громкие фамилии действующих и бывших чиновников... Но разве факт общения кого-то с кем-то является доказательством того, что оба принадлежат к мафии? Нет, конечно.

— Следствие длилось десять лет, только сейчас дошло до суда. А громких разоблачений, выходит, не будет?

— Думаю, да. По всем признакам это будет декоративный процесс.

Первый признак того, что обвинение имеет тенденцию все свести на нет — то обстоятельство, что так долго тянется следствие. Согласитесь, у нас ни одно дело не может расследоваться десять лет. Бывает, что следствие идет два-три года, но потом дело прекращают. Да, лет через пять-шесть могут снова возбудить — по по вновь открывшимся обстоятельствам... Но когда мы, адвокаты, спрашиваем у следователя, какие же это обстоятельства, в реальности выходит, что их нет. А дело возобновили по каким-то своим причинам...

Поэтому я думаю, что и в Испании скорее не столько идет борьба с мафией, сколько [есть] желание подчеркнуть некий политический контекст. Они, кажется, так рассуждают: русские сейчас для всех «плохие ребята», мы их слегка поставим на место, может быть, даже чего-то удастся отстегнуть... Не больше того. В этом убеждает и то, что оба главных фигуранта — и Малышев, и Петров — получили возможность уехать (вроде как на лечение в Россию), которой они тут же воспользовались и мигом исчезли из Испании.

Опять же, в Питере для них никакой опасности сейчас нет. Потому что Барсуков-Кумарин, их главный враг, сидит в СИЗО. Группировка практически разгромлена...

— Почему громкие зарубежные дела почти всегда заканчиваются пшиком? Ельцинского «кремлевского завхоза» Павла Бородина арестовывали в Швейцарии, отпустили. Счета Алексея Бажанова, экс-зама главы Минсельхоза Елены Скрынник арестовывали там же, но вскоре арест сняли. Список можно продолжать...

— Это же чиновники. Но если брать криминальных авторитетов, тут ситуация другая. В той же Испании во время уже упомянутой мной операции «Оса» был задержан Захарьев-Калашов (Шакро Молодой). Он получил приличный срок. Да и покойный ныне Вячеслав Иваньков (Япончик) в свое время был задержан в США — тоже отсидел полностью, с 1993-го по 2002-й. Этот список тоже можно продолжать.

— А среди фигурантов нынешнего испанского процесса есть ваши клиенты?

— Нет, я никого там не защищаю.

* * *

Материал вышел в издании «Собеседник» №8-2018 под заголовком «Трудности перевода с испанского».

поделиться:


Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания