Новости дня

21 сентября, пятница





















20 сентября, четверг
























"Письмо Филарета может не разрешить, а усугубить конфликт"


Филарет // стоп-кадр Youtube
Филарет // стоп-кадр Youtube

Религиовед Наталия Василевич — о причинах и последствиях скандала вокруг письма главы Киевского патриархата иерархам РПЦ.

В четверг, 30 ноября, на сайте РПЦ появилось сообщение о том, что на Архиерейском соборе было заслушано письмо главы Украинской православной церкви Киевского патриархата (УПЦ КП) патриарху Московскому и всея Руси Кириллу и епископату Русской православной церкви. В сообщение РПЦ уточнялось, что письмо было написано еще 16 ноября.

В нем Филарет просил восстановить молитвенное общение с христианами и отменить все решения, «в том числе о прещениях и отлучениях», которые не дают положить конец противостоянию. В РПЦ также добавили, что письмо оканчивалось словами: «Прошу прощения во всем, чем согрешил словом, делом и всеми моими чувствами, и так же от сердца искренне прощаю всем».

В СМИ и социальных сетях, основываясь на сообщении РПЦ, сочли письмо Филарета покаянием и просьбой об автокефалии. Между тем пресс-секретарь Киевского патриархата Евстратий Зоря выложил полный тест письма в своем Facebook. По его словам, письмо было написано по просьбе Московского патриархата, а Филарет не собирался «"каяться перед РПЦ", потому что он не виноват ни в чем из того, в чем его обвиняют». «А прощать и просить прощения лично — обязанность каждого христианина», — заключил Зоря.

4 декабря Филарет в эфире украинского ТВ заявил, что готов встретиться с патриархом Кириллом, но подчеркнул, что никогда не откажется от независимого статуса УПЦ КП.

Религиовед, директор белорусского культурно-просветительского центра «Экумена» Наталия Василевич в разговоре с Sobesednik.ru сказала, что письмо Филарета стало неожиданностью как для нее, так и для тех людей, которые следят за ситуацией во всемирном православии:

— Это неудивительно, поскольку письмо явно готовилось непрозрачно, в кулуарах, на уровне руководства РПЦ и Киевского патриархата, — уверена Василевич.

По ее словам, такого письма не ожидали и «активные верующие» Киевского патриархата:

— Некоторые писали в социальных сетях, что удивлены, что патриарх Филарет мог взять инициативу обратиться с подобным письмом к Московскому патриархату, собору епископов, к патриарху Кириллу, не посоветовавшись с широкими кругами своей паствы, — сказала Василевич. — Безусловно, текст письма согласовывался между двумя группами, и позднее одна из групп — то есть представители патриарха Филарета — оказалась недовольна тем, какую интерпретацию в публичной сфере получило письмо.

Видимо, или две группы не сумели четко договориться о том, каким образом будет происходить процесс диалога, либо в процессе кто-то нарушил достигнутые договоренности и пробует «переиграть», «пойти на попятную».

Между тем решение Московского патриархата сформировать рабочую группу по диалогу с Киевским патриархатом Василевич считает «позитивным шагом».

— Однако в свете того скандала, который вышел с интерпретацией письма, непонятно, будет ли этот диалог иметь какое-то продолжение, либо скорее произойдет откат в двусторонних отношениях, и это приведет к возрастанию недоверия между лидерами организаций, а также [к возрастанию недоверия] паствы Киевского патриархата к своему лидеру патриарху Филарету и его команде, которая это письмо составляла. Возможно, это письмо станет путем не к урегулированию конфликта, а к его усугблению, — полагает религиовед. — И никто, конечно, не скажет нам о тех истинных мотивах и целях, которые подвигли, с одной стороны, Московский патриархат на то, чтобы предложить патриарху Филарету написать письмо, ни о мотивах самого патриарха Филарета пойти на эту авантюру.

Василевич отметила, что, судя по реакции Киевского патриархата, своим письмом Филарет «был поставлен в просительную позицию». Таким образом, Киевский патриархат оказался недоволен развитием ситуации, увидев «реакцию в социальных сетях со стороны своих верующих на позицию просящего, а не равного партнера», который предлагает или требует.

— Конечно, они надеялись, что формулировки будут помягче, — уверена Василевич. — Совершенно понятно, что на равных в Московском патриархате с Киевским патриархатом говорить бы не стали, поскольку их позиции не являются равными. Московский патриархат — это крупная канонически признанная церковь, в то время как Киевский патриархат — это не признанная православным миром церковь. И именно Киевский патриархат имеет проблемы со своим каноническим статусом. Поэтому диалога на равных получиться изначально не могло. При этом Киевскому патриархату также есть на кого опираться — на поддержку украинского общества и властей.

По мнению Василевич, для того, чтобы этот диалог состоялся, Московский патриархат должен был проявить больше чуткости.

— Нужно было не сразу триумфовать — что вот, [Филарет] покаялся, вернулся, а занять позицию более взвешенную, чтобы изначально не превратить этот диалог в невозможный, — подчеркнула религиовед. — Понятен триумфализм со стороны Московского патриархата на такое письмо. [Однако] это позволит в данной ситуации получить только сиюминутные выгоды, но в долгосрочной перспективе он контрпродуктивен, если ставить цель решить проблему раскола в украинском православии.

Если бы Москва действительно заняла понимающую позицию, то это была бы большая победа дипломатии Московского патриархата, и если бы этот запуск диалога произошел, то, конечно, авторитет Московского патриархата в мировом православии возрос значительно и таким образом возможно было бы даже выбить какие-то козыри у Константинополя, заявить о себе как о той инстанции, которая не только хотела бы, но и действительно может решить вопрос с установлением канонического статуса Украинского православной церкви Киевского патриархата. Участие в таком диалоге давало бы и Киевскому патриархату определенные рычаги.

Василевич отметила, что ситуация, когда каждая сторона пытается использовать диалог в своих целях, нормальна для любых переговоров. 

— Переговоры — это процесс торга — согласие на какие-то уступки, при этом попытки продвинуть свои позиции. Это очень сложная игра и, видимо, изначально что-то пошло не так, — считает религиовед. — То есть с дипломатией еще пока слабовато. Любая дипломатия оценивается по результатам. И еще здесь вопрос: кто какие цели здесь ставил? Явно какие-то короткосрочные результаты были достигнуты, а результаты долгосрочные по урегулированию конфликта — нет.

Отвечая на вопрос о том, как можно было бы урегулировать конфликт между Киевским и Московским патриархатами сейчас, Василевич сказала, что, если бы кому-то удалось придумать такую схему, он мог бы получить Нобелевскую премию мира:

— Здесь вовлечены разные акторы, и внутри этих церковных организаций есть свои интересы, в том числе государственные, в вопросе урегулирования раскола в украинском православии, поэтому очень сложно проанализировать мотивы и ресурсы этих организаций, — отметила религиовед. — Могут быть две модели: принуждение, когда одна сторона, имея ресурсы власти, сможет навязать другой стороне определенную модель урегулирования конфликта.

При этом Василевич подчеркнула, что «мы не видим такой ситуации», так как здесь «нет безусловного лидера и слабого партнера». По мнению религиоведа, вопрос должен решаться путем торга: «каждая из сторон должна отказаться от части своих притязаний». То, от какой части будет отказываться каждая сторона, должно обсуждаться в процессе диалога.

— Здесь вопрос в приоритетах: чего хотят добиться обе стороны, готовы ли они отказываться от части своих интересах. Конечно, для РПЦ, мне кажется, сам процесс диалога — когда нужно отказываться от части своих интересов — очень сложный механизм, и очень тяжело посмотреть и предположить, каким образом ситуация может развиваться дальше, — сказала религиовед.

— На решение этого вопроса могут повлиять изменения во всеправославном балансе или политические факторы, — заключила Наталия Василевич в разговоре с Sobesednik.ru.

Теги: Украина, РПЦ

поделиться:






Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания