Новости дня

17 октября, вторник











































Как Великобритания реагирует на теракты накануне Brexit


Sobesednik.ru изучил, как реагирует британское общество на теракты накануне выборов и выхода из Евросоюза.

Казалось бы, снаряд в одну воронку дважды не попадает. Но вот — уже третий за последние два месяца крупный теракт в Великобритании.

Вечером в субботу автомобиль начал давить пешеходов на Лондонском мосту, затем из него вышли несколько человек с ножами и напали на посетителей близлежащего торгового центра. Пострадали 48 человек.

Меньше недели оставалось до досрочных парламентских выборов (пройдут 8 июня) и чуть меньше месяца — до начала выхода Британии из ЕС... Изменят ли теракты привычный уклад жизни англичан?

Беда сплотила

Взрыв на стадионе в Манчестере, который считается самым крупным в Европе местом проведения не только спортивных соревнований, но и концертов, прозвучал практически сразу, как певица Ариана Гранде закончила последнюю песню и молодежь — а именно молодые люди в основном находились на стадионе — потянулась к выходам. За кем-то приехали родители, за кем-то еще только должны были подъехать...

Взрыв раздался у касс. Некоторые очевидцы вспоминают, что поначалу приняли хлопок взрыва за начало фейерверка. Однако праздничное настроение быстро сменилось ужасом: вокруг убитые, раненые и — паника оставшихся в живых....

А потом паника переросла в солидарность.

Бездомный Стив Джонс спал у стадиона. Услышав взрыв, поначалу побежал оттуда. Потом вернулся и начал помогать попавшим в беду. Теперь всем миром помогают ему — кто-то подыскивает Стиву работу, кто-то собирает ему деньги на съемное жилье. Создан даже специальный фонд, куда уже сейчас перечислено порядка 40 тысяч фунтов.

Напуганных подростков взрослые зрители концерта привозили к себе домой или в гостиницы, жители приносили полицейским, работающим на месте взрыва, еду и кофе. Таксисты и просто автовладельцы вызывались бесплатно развозить людей по домам. А как только врачи объявили, что нужна кровь, тут же доноры-добровольцы начали выстраиваться в очереди у пунктов приема... Врачи даже удивлялись — сколько неравнодушных людей вокруг.

Именно это, собственно, и дает сегодня британцам веру в завтрашний день: нас много, и мы не боимся.

Ответная реакция

— Террористы пытаются заставить нас жить по-своему, — сказал «Собеседнику» музыкант Гэрри из городка Лейтон Баззард. — Но мы этого им не позволим. Мы будем жить так, как жили. Если мы этого не сделаем, они победят. Чем больше они нас атакуют, тем сильнее наше противодействие им. Наша музыкальная группа не собирается ничего менять ни в расписании своих гастролей, ни своего репертуара. Именно так мы понимаем свободу. Я, кстати, чувствую себя безопасно, хотя в соседнем городе Лутоне много радикально настроенных исламистов. И дело тут не в полиции или в армии. Дело в нас самих. Мы никогда не позволим этим паразитам изменить нашу жизнь.

Вот и экс-юрист ЮКОСа Дмитрий Гололобов, который давно уже живет в Лондоне, уверяет, что никто из окружающих его людей не впадает в панику — жизнь продолжается:

— Есть выступления политиков, публикации в газетах, но я не вижу рядовых людей, которые обсуждают эту тему в стилистике «ужас, что делать?». Я был, кстати, вблизи Вестминстерского моста во время мартовского теракта, а живу рядом с вокзалом и часто прохожу через него. То есть наблюдаю большое количество народу, — рассказал Дмитрий. — Ничего не меняется, люди живут, как жили… Никакой истерики. Мне кажется, что все как-то привыкли и понимают, что это уже какой-то естественный, если можно так выразиться, процесс: бывает, что люди умирают от болезней, а бывает, что — от терактов.

Безопасность

Многие очевидцы рассказывали, что меры безопасности на концерте были весьма относительными — сумки и рюкзаки на входе не досматривали. Правда, могло ли это помочь — вопрос другой.

Но не исключено, что тут сработала усталость жить в ожидании возможных бед. Ведь еще в 2016-м, после терактов в Европе, глава Скотленд-Ярда Бернард Хоган отмечал: «Как сотрудник полиции, который старается предотвратить такие инциденты, знаю, что вы хотели бы, чтобы я заверил: в нашей стране такого не случится. К сожалению, не могу этого сделать. Уровень угрозы в нашей стране уже два года оценивается как "тяжелый", и он не меняется».

Впрочем, это не значит, что спецслужбы не работают: в британском контртеррористическом подразделении отмечают, что каждый день «производят аресты в связи с предполагаемой террористической активностью». В стране даже объявлен крайний уровень террористической опасности — третий раз за всю новейшую историю.

— Рамок в лондонском метро нет, — рассказывает между тем Гололобов. — Но, возможно, существует развитая система распознавания лиц. На вокзале я тоже не встречаю сейчас каких-то усиленных мер. Есть двое полицейских, которые там ходят.

Смертник

— Что я думаю о манчестерском взрыве? Я очень зол, — музыкант Мэтт из Бата в разговоре со мной не скрывает своих эмоций. — Этого никогда не должно было случиться! Спецслужбы знали этого парня, знали его семью, они знали, что он связан с ИГ [деятельность признана экстремистской, запрещена на территории РФ по решению Верховного суда — прим. Sobesednik.ru], что он вывешивал черный флаг во дворе своего дома (и это в Великобритании!)... Они все это знали, и ничего не сделали. Почему? Только потому что не хотели выглядеть расистами? И что я должен по поводу всего этого думать?

Действительно, почти все террористы, совершившие крупные теракты в Соединенном Королевстве в последнее время, так или иначе были известны спецслужбам. Их задерживали, за ними «присматривали»... И все же им удалось совершить свои страшные преступления.

Салман Абеди, которого считают виновником взрыва в Манчестере, родился в Великобритании (как и многие из тех, кто стал исполнителем других терактов). Его семья уехала из Ливии от режима Каддафи в 1980-х. В 2011-м родители Салмана и его младший брат вернулись в Ливию, а он с братом Исмаилом (23 года, сейчас арестован) остался — учиться и делать карьеру. Как видим, карьера оказалась жуткой.

Как уверяют разные СМИ, в Лондон Салман прилетел за четыре дня до взрыва из Турции. В доме, где жили братья, найдена взрывчатка и почти готовые бомбы. Младший брат и отец Абеди поначалу давали интервью, что Салман не имеет никакого отношения к взрыву, что он отправился в паломничество. Но их арестовала ливийская полиция, и на допросах они признали: о планах теракта знали, братья давно состоят в запрещенной ИГ.

Такой итог попытки жить в цивилизованной западной стране становится, увы, практически общим местом при расследовании очередного теракта и выявлении его исполнителя. Почему так происходит?

— Эти мальчики появлялись и будут появляться, — с горечью констатирует Гололобов. — Что правительство может сделать, чтобы препятствовать их появлению? Технически тут ничего не сделаешь.

Консерваторы победят?

Надо сказать, что терроризм — действительно далеко не самая главная головная боль британцев сегодня. Они сталкиваются с проблемами, во многом похожими на российские.

У них, к примеру, грядет социальная реформа. Так, предлагается отменить бесплатные школьные завтраки для неимущих, вести налог «на деменцию» (то есть заставить родственников таких стариков платить дороже за уход за ними) и так далее. И еще — многие британцы отмечают, что происходит массовое увольнение врачей и медсестер... В общем, затягивать пояса приходится не только россиянам.

— Конечно, проходят негативные глобальные процессы, — соглашается Гололобов. — Но они еще далеко не коснулись каждого, чтобы обеспокоилось все общество. Со здравоохранением такая история. Государству очень тяжело тянуть бесплатную медицину. Это принципиальный вопрос, он не связан с политикой какой-то из партий. Мне вообще кажется, что в Британии бесплатная медицина доживает последние годы.

Между тем, хотя большинство из перечисленных предложений исходят от консерваторов, именно они имеют все шансы на победу в грядуших выборах.

— Ситуация благоприятствовала тори и до теракта, — объясняет Елена Ананьева, руководитель Центра британских исследований института Европы РАН, — потому что Лейбористская партия находится в глубоком кризисе. Когда [премьер-министр Тереза] Мэй объявила досрочные выборы, тори опережали лейбористов почти на 20 процентных пунктов. И личный рейтинг Терезы Мэй был под 50%, а рейтинг лидера оппозиционной партии Джереми Корбина — где-то порядка 18%. Когда партии обнародовали свои манифесты, разрыв начал снижаться. Потом произошел этот теракт, и пока ситуация волатильна, хотя тори по-прежнему впереди.

В целом британцы серьезно хотели бы ограничения иммиграции, — продолжает Елена Владимировна. — А консерваторы всегда выступали за то, чтобы ужесточить контроль на границе и снизить иммиграцию. Другое дело, что жители Альбиона не различают так называемых мобильных граждан ЕС (тех, кто приезжает из Евросоюза) и тех, кто приезжает из стран, не входящих в ЕС. Однако проблема сложнее — теракт совершил подданный Ее Величества — из второго поколения иммигрантов.

Хроника терактов

Самыми крупными терактами в Великобритании в XXI веке были:

7.07.2005 г. — три взрыва в лондонском метро и один — в автобусе. 52 человека погибло, более 700 ранены.

22.05.2013 г. — посреди дня на одной из улиц Южного Лондона барабанщик 2-го королевского полка Ли Ригби был сбит машиной. Сидевшие в машине вытащили раненого на дорогу и добили его ножом, тесаком и мачете. Один из убийц потребовал, чтобы прохожие сняли его на камеры мобильных, и заявил: «Око за око, зуб за зуб».

22.03.2017 г. — на Вестминстерский мост в Лондоне въехал грузовик, который начал давить прохожих. Пять человек погибло, 40 ранено. Около здания парламента машину остановил полицейский. Водитель-террорист ударил полицейского ножом, после чего был застрелен другим полицейским.

22.05.2017 г. — взрыв на стадионе Манчестера. Погибло 22 человека, ранено более 70.

03.06.2017 г. — автомобиль начал давить пешеходов на Лондонском мосту, затем трое его пассажиров с ножами устроили резню в торговом центре неподалеку. Нападвших ликвидировала полиция, водитель машины скрылся.

Менее резонансных терактов ежегодно происходит в стране гораздо больше. Так, к примеру, в 2015 г. в сведениях, которые Британия передала в Европол, фигурировала цифра 103. Поскольку страна с 2007-го не предоставляет свои данные по соответствующим идеологическим группам (джихадистские, сепаратистские, леворадикальные, праворадикальные, индивидуальные, без указания), а также не делит их на подграфы (совершённые, неудавшиеся и сорванные теракты), то в эту цифру входит все вышеперечисленное.

Политолог Федор Лукьянов: «Теракты надо воспринимать как неизбежное зло»

— Как ни жутко это звучит, но к сожалению, теракты превратились в рутину, и их уже надо воспринимать как неизбежное зло. Кстати, премьер-министр Великобритании Тереза Мэй высказалась в том же духе. Как и все остальные, она видит, что происходит: в Европе начинается процесс привыкания к этой реальности. Если так можно сказать, к «израилизации». Ведь Израиль уже много десятилетий живет в условиях, когда теракт неизбежен, когда можно снижать его вероятность, но нельзя предотвратить...

Проявления терроризма, которые сегодня мы наблюдаем в Европе, — это внутреннее явление. Конечно, это связано с тем, что происходит на Ближнем Востоке, но не напрямую.

Сейчас уже все эти проблемы являются частью европейских обществ. Без сомнения, они катализируются миграционным потоком, но началось это задолго до того, что сейчас фиксируется. Россия в этом смысле не исключение. Причины — те же, только у нас есть своя специфика. Но в принципе приводные ремни — те же.

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания