Новости дня

18 декабря, понедельник









































17 декабря, воскресенье




Александр Невзоров: У Путина хреново с аналитиками


Президент РФ Владимир Путин // Официальный сайт президента РФ

Александр Невзоров проанализировал с Sobesednik.ru разные реакции президента РФ Владимира Путина на трагедии.

31 октября, когда в Египте потерпел крушение российский самолёт авиакомпании «Когалымавиа», Владимир Путин не выступил перед гражданами России. Более того, выступил российский глава только на третий день тогда как президент Франции Франсуа Олланд через несколько минут после того, как узнал о терактах, прибыл к концертному залу «Батаклан».

В чём причина такой разницы в поведении политиков? Почему Владимир Путин, когда узнал о наводнении на Дальнем Востоке, через некоторое время лично вылетел в регион, а реакции президента на крушение самолёта россияне ждали несколько дней? Sobesednik.ru разбирался в ситуации вместе с журналистом Александром Невзоровым.

— Президент Франции имел дело с абсолютно понятным фактом. С фактом, который мог быть чётко классифицирован, который мог быть абсолютно строго и точно оценён. В случае с самолётом было абсолютно непонятно, что произошло.

Подозрение на теракт — скажу вам по секрету — было с самых первых секунд. И, как вы сами понимаете, реакция могла быть совершенно разной: на теракт, на бытовое крушение, на пофигизм авиакомпании, которая запускала этот рейс. Это всё совершенно разные реакции. Поэтому, насколько я знаю, он [Владимир Путин] очень жадно требовал финальную, исчерпывающую информацию по тому, что там произошло. Но этой информации не было.

Президент Франции Франсуа Олланд / Global Look

И с этим связана задержка. И я никого не пытаюсь ни обвинить, ни оправдать. Я пытаюсь объяснить, что речь идёт об очень важном заявлении. Хочется знать природу того события, о котором ты заявляешь. Ведь выступить и сообщить о бытовой проблеме в российской авиации — одно, выступить и сообщить о теракте — другое. Выступить и сообщить о случайно попавшей собственной или чужой ракете — третье. Это совершенно разные вещи.

У него вообще хреново со службами и со всякими так называемыми аналитиками, да и со всем основным. И мы лишний раз получаем доказательства этого, что хреново.

— Вы сказали, что «по секрету» скажете, что с первых секунд власти оперировали версией теракта. Почему по секрету, ведь в СМИ также сразу появилось сообщение об этом. Например, лётчик известный Магомед Толбоев сказал о теракте сразу.

— А я не говорю про СМИ, я говорю о том, что [было] на гораздо более официальных и серьёзных уровнях. СМИ — наша с вами забава. На гораздо более серьёзных уровнях докладывалось, что вероятность теракта превышает 85-95%, но до конца неясно. И эта неясность — о чём, собственно, говорить — я подозреваю, и послужила причиной задержки.

Журналист Александр Невзоров / Russian Look

— Вспомнив предыдущие факты, можно ли сказать, что, во-первых, Путин не выступает, потому что решает, что делать, а, во-вторых, в случае с наводнением на Дальнем Востоке Путин лично выехал в регион, а в случае с терактами Путин не приезжает в целях собственной безопасности?

— Не думаю, что в целях безопасности... Его нельзя-то трусом назвать. Те, кто его хоть немного знают, понимают, что с трусостью там дела обстоят плохо. И не валил бы я в кучу наводнение и другие огромные бытовые проблемы, которые есть в России вполне закономерного характера со случаем с самолётом.

— Аналогии никакие проводить не нужно?

— Я их не вижу. Причём я не гожусь в адвокаты Владимир Владимировича, но в данном случае из соображений чистой объективности я предполагаю, обоснованно предполагаю, что дело было именно так. Непонятно было, о чём говорить.

— Тогда как вы оцениваете тот факт, что многие мировые лидеры лично выражали соболезнования президенту Франции, а через Россию выражал соболезнования Дмитрий Песков. Странно, ведь первое лицо — Путин.

— Вы не забывайте, что Россия — наследница традиций византийщины, причём такой византийщины мрачной и депрессивной. И что понять, почему при дворе было сделано так, а не иначе, порой, не представляется возможным ну никак вообще.

Могу сказать, что России, конечно, сейчас очень повезло, потому что и у России, и у Европы общий враг, и у России снова появляется шанс объединиться с Европой. Мир сейчас состоит из двух половинок, которые вряд ли смогут существовать друг с другом. И мы с Европой в одной половинке.

Карикатура Charlie Hebdo / социальные сети

— Террористы и выступающие против них?

— Charlie и ИГИЛ. XXI век будет либо веком Charlie, либо веком [запрещённой на территории РФ] ИГИЛ. Charlie — та путеводная звезда, которая ведёт к победе над всей этой мразью. Потому что между нами и между миром всех этих зверей и религиозных фанатиков есть на данный момент одна гигантская принципиальная разница — у них никогда не может быть «Шарли», а у нас — да. Это коренное, принципиальное развитие нормальных людей от фанатиков и мракобесов, которые убивают других из соображений своей оскорбительности. Потому что во всём, что произошло в Париже, нет никакой другой подоплёки, кроме религиозной — надо честно сказать об этом.

— Это и нападение на редакцию Charlie Hebdo, и нынешние теракты?

— Нет. Вообще вся ИГИЛовщина — погром выставки, фокусы Милонова, речи Чаплина — проявление религиозных мракобесов, с которыми сейчас цивилизация встретиться нос к носу. Мы сейчас вместе с Европой, и это наш последний шанс.

— Не упустим ли?

— Мы упускали шансы и получше (смеётся). Помните, как говорил Джек Воробей: «Бывают такие важные минуты, которые проходят и никогда не вернутся». Вот только что была такая.

Узнать все подробности о терактах во Франции и крушении российского авиалайнера вы можете на страницах Теракты в Париже и Авиакатастрофа в Египте.

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания