Новости дня

11 декабря, понедельник










































10 декабря, воскресенье



Обвинить в госизмене могут любого россиянина, – юрист


Чтобы попасть в тюрьму, в России не обязательно знать государственную тайну // Николай Гынгазов / Russian Look

Эксперт по следам скандала с «госизменщицой» Давыдовой утверждает, что каждый россиянин находится «под колпаком».

Пока мать семерых детей из Вязьмы Светлана Давыдова, подозреваемая в государственной измене, сидит под подпиской о невыезде, русскоязычный и не только Интернет пытается разобраться в тонкостях закона — могли ли вообще человека, не обладающего доступом к гостайне, обвинить в госизмене? Разобраться с самым обсуждаемым вопросом последних дней «Собеседнику» помогает юрист, кандидат политологических наук, специалист по государственному праву Константин Гусов, руководитель отдела внешних связей «Русской правовой службы».

[:rsame:]

— Все споры по поводу того, что считать, а что не считать госизменой, четко разрешает Уголовный кодекс РФ, — рассказал «Собеседнику» Константин Гусов. — Там написано, что действия, направленные на подрыв территориальной целостности и национальных интересов, рассматриваются как госизмена. От обвинения в госизмене, получается, не застрахован ни один гражданин — для этого совсем даже необязательно иметь какой-то доступ к гостайне или, допустим, случайно ее узнать. Дело вовсе не в гостайне, а в намерениях обвиняемого. Многодетная мама со Смоленщины четко понимала, что сообщает сведения представителям иностранного государства, и преследовала цели помочь другой иностранной державе в ущерб РФ. Да, следователи имеют полное право вести речь об ущербе нашей стране, ведь Россия и Украина сейчас находятся в тяжелых, напряженных отношениях, так что такой звонок, безусловно, может быть основанием как минимум для возбуждения уголовного дела. А потом уже суд разберется в деталях.

Юрист Константин Гусов, руководитель отдела внешних связей «Русской правовой службы» / из личного архива

Давайте для наглядности рассмотрим и другие гипотетические варианты, — продолжает Константин Гусов. — Предположим, у этой женщины есть родственники на Украине и она бы позвонила им и сказала, что воинская часть опустела, как бы желая их защитить. Опять же нужно [было бы] проанализировать мотивы, исходя из которых она это сделала. Если [бы] она не преследовала цель нанести ущерб государственным интересам России, а только хотела помочь родственникам, не вполне понимая, что ее действия наносят ущерб, то да, к госизмене такие действия причисляться не будут. Суд должен будет очень серьезно разобраться в том, понимала ли она, что наносит ущерб. Она, по версии следствия, предупредила Украину о готовящейся российской атаке, то есть хотела добра другому государству. Но это невозможно сделать, не причинив вреда России. Дружественная позиция по отношению к Украине является враждебной к России, — уверен юрист.

[:same:]

Женщина эта вроде бы ничего секретного не раскрыла: то, что часть опустела, видели все, но вопрос в том, что она преследовала своим звонком, — подчеркивает наш эксперт. — Она могла, предположим, увидеть ночью вагоны с реактивной установкой и позвонить в посольство в США, что вот такие вагоны стоят на станции. Это тоже [могло бы] рассматриваться как покушение на госизмену, потому что здесь преследуется намеренно цель нанесения ущерба РФ. Конечно, если факты несущественные, то прокуратура может не обратить внимания, но теоретически если человек преследует цель нанести ущерб, то это госизмена и не что иное. Нужно также различать, что является секретной информацией. Если что-то происходит в маленьком закрытом городе и об этом молчат СМИ, то можно предположить, исходя из здравого смысла, что рассказ об этом может быть опасен. Зачем звонить в иностранные посольства, если есть российские СМИ? А она звонила самому субъекту, с которым напряженные отношения и против которого предположительно направлены действия другого государства. Таким образом, она поставила интересы своего государства ниже интересов чужого государства, — резюмировал юрист.

Редакции остаётся лишь напомнить читателям «Собеседника», что Вязьма — не закрытый город; наша страна не ведёт против Украины никаких действий — не «предположительно», а согласно официальной позиции российских властей; а секретность той или иной информации определяется законом, а не «исходя из здравого смысла».

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания