Новости дня

22 февраля, четверг










































21 февраля, среда



Николай Сванидзе: Россия тянет время, усугубляя проблему, готовясь решить её через колено


Николай Сванидзе // Russian Look
Николай Сванидзе // Russian Look

Ополченцы юго-востока, несмотря на непрекращающуюся вялотекущую антитеррористическую операцию, продолжают позиционировать себя в качестве власти в регионе, создавая свое правительство и выбирая глав республик. Тем временем в Крыму под присмотром вертолетов и ОМОНа прошли траурные мероприятия, посвященные годовщине депортации крымских татар в 1944 году.

Значение последних событий на юго-востоке Украины, а также проблему взаимоотношений российских властей и крымских татар мы обсудили с журналистом и правозащитником, членом Совета по правам человека при президенте РФ Николаем Сванидзе.

— В Славянске возобновлен обстрел города. Зачем Киев продолжает антитеррористическую операцию, когда шансы на её реальный успех весьма незначительны?

— Откуда мы знаем шансы? Я, например, их не знаю. А потом, нужно смотреть с разных углов зрения. Для Киева это борьба с сепаратизмом, с расколом страны. Ну представьте себе, что у нас какой-нибудь регион хочет независимости или желает отойти к соседней стране. Мы бы не боролись с этим? Центральная власть не стала бы этому препятствовать? У нас такие действия региона исключаются Конституцией. Подобные настроения и призывы запрещены под страхом очень тяжелого уголовного наказания.

Как бы мы ни относились к нынешней федеральной власти на Украине, характеризовали её как легитимную или нет, но это нынешняя киевская центральная власть. Естественно, она борется с сепаратизмом. Иначе кому бы она была нужна. Если какой-то регион хочет отвалиться, то пусть отвалится — скатертью дорога? Нет, конечно.

— Почему нельзя дождаться проведения выборов и появления устойчивой власти для завершения антитеррористической операции?

— В этом случае выборы нельзя будет провести. В любом случае украинские власти должны продемонстрировать интерес к этим регионам. Эти области сейчас отваливаются, до выборов. Значит, до выборов и нужно с этим бороться.

На мой взгляд, эта позиция закономерная. Как бороться, когда власть силой не может решить эту проблему — это уже другой вопрос. Но упрекать Киев в том, что он пытается её решить — достаточно нелогично для нас, с нашим законодательством.

— Луганская республика приняла конституцию и избрала собственного главу. Ранее Донецкая республика избрала членов правительства. Как повлияют эти решения на перспективы протестующих?

— Мне кажется, сами по себе эти решения мало повлияют. Выборы глав республик прошли странно. Кто их выбирал? Было проведено всенародное голосование в регионе? Был контроль со стороны каких-то международных наблюдателей? Как это всё проходило? Легитимность этих избранных руководителей как минимум взывает не меньшие вопросы, чем легитимность нынешних политических руководителей Украины. А я думаю, что и большие.

Так что сам этот факт ничего не изменит. Повлияет другое: хватит ли сил у Киева провести нормальные выборы, сможет ли он решить проблему [сепаратизма], как пойдут переговоры Запада с Россией — вот где будет решаться судьба этих регионов.

— Насколько эффективными могут быть институты управления, организованные ополченцами на юго-востоке Украины?

— Пока рано говорить об организации институтов. Возникли люди, «народные мэры», «народные губернаторы», которые неизвестно откуда взялись, и непонятно, кто их выбирал. Затем были проведены референдумы, к которым масса вопросов, и даже Россия пока их не признала. Российская Федерация только сказала, что относится к референдумам с уважением. Так что пока говорить о какой-то институционализации этих регионов крайне рано.

— 18 мая в Крыму прошли траурные мероприятия, посвященные годовщине депортации крымских татар. В ходе этих акций этническое меньшинство полуострова потребовало признания общенационального съезда курултая и также органа самоуправления — меджлиса. Каковы шансы на то, что Россия полностью или частично выполнит эти требования?

— Я не готов считать шансы. Пока что наша страна просто не знает, что ей делать с проблемой крымских татар. Какие здесь перспективы, мне сейчас судить сложно, поскольку пока они не очень просматриваются.

— О чем может свидетельствовать то, что 18 мая в Крыму, несмотря на запреты, тысячи крымских татар всё-таки провели траурные мероприятия, но никаких серьезных эксцессов не было и акция прошла мирно?

— Это объяснить несложно. Для крымскотатарского народа дата 18 мая — она святая, поэтому они ни в коем случае не были готовы отказываться от своих мероприятий. Но поскольку этот народ мирный, они решили не нарываться на крупные неприятности, чреватые непредсказуемыми последствиями, в том числе и пролитием крови, и провести всё это спокойно. Они вообще мирный народ, однако свою память и свою историю чтут.

— А как можно оценить тот факт, что на акции не было задержаний со стороны правоохранителей, несмотря на запрет на проведение каких-либо мероприятий?

— Во-первых, так или иначе в определенных пределах эти акции были разрешены. Во-вторых, Вы же сами сказали, что она была мирная. Если бы еще правоохранительные органы стали задерживать за проведение этой локальной, ограниченной территориально мирной акции, то это бы свидетельствовало не в пользу правоохранительных органов, а также российских властей в Крыму.

— Барражирующие над людьми вертолёты, множество автозаков, ОМОН — всё это привычно для российских митингов, но какое впечатление такие меры могли произвести на крымских татар?

— Думаю, что крайне негативное впечатление. Повторю, что пока проблема крымских татар не решается. Россия тянет время, затягивая ситуацию и усугубляя крымскую проблему. Налицо тенденция разрешить её в значительной степени через колено, а так не устраняются проблемы, связанные с целыми народами.

— Украинские власти предложили журналистам телекомпании ВГТРК уехать из страны. Какие цели в данном случае преследует Киев?

— Киев пытается заставить уехать из страны представителей канала, который, на взгляд украинских властей, необъективно освещает события. В том, что касается журналистов, сейчас ситуация в соседней стране очень плохая. Только те работники СМИ [нормально] воспринимаются в центральной и западной части Украины, которые помогают киевской власти. На юго-востоке, соответственно, только те, которые помогают ополченцам. К журналистам сейчас ни в одном украинском регионе не относятся как к журналистам. Отношение исключительно как к «своим» или «чужим». Надо сказать, что в значительной степени это справедливо, потому что объективная подача информации в российских СМИ практически отсутствует.

Другой вопрос, что к журналистам всё равно надо относиться как к журналистам. Поэтому я категорически против практики их изгнания или тем более задержания или ареста.

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания