Новости дня

22 ноября, среда


































21 ноября, вторник











Левон Айрапетян скончался, не дождавшись помощи медиков


Фото: архив редакции

18 октября в 8:15 утра в мордовской колонии общего режима ИК № 12 умер известный меценат Левон Айрапетян. Еще в середине августа «Собеседник» писал о том, что состояние бизнесмена требует срочной госпитализации.

Но нас не услышали.

Так, Зубово-Полянский районный суд несколько раз отклонял ходатайство об освобождении Айрапетяна по состоянию здоровья. Этот райсуд не смутило даже то обстоятельство, что его решение отменил Верховный суд Мордовии и назначил новое рассмотрение. Но — увы — новое рассмотрение проходило в том же Зубово-Полянском суде, который снова и снова подтверждал свое нежелание отпускать больного пожилого человека.

На 18 октября в Саранске в Верховном суде Мордовии было как раз назначено новое обжалование столь странного решения зубово-полянских судей.

— Я пришел на заседание, — рассказывает адвокат Айрапетяна Халим Мещеров, — а судья мне сказал: рассмотрения не будет, — что мой подзащитный скончался... Для меня это был удар. Я ведь четырежды подавал ходатайство направить его в лечебное учреждение ЛПУ ИК-21. И все время получал отказ. По причине того, что «лечение осужденного Айрапетяна Л. Г. организовано в соответствии с положениями законодательства в сфере охраны здоровья».

Для неискушенного читателя поясним: в ЛПУ ИК-21 есть больница и условия для стационарного лечения. В ИК-12 — только доктор. Едва ли этого достаточно для инвалида II группы — человека, перенесшего два инсульта, страдающего гипертензивной болезнью III степени, сахарным диабетом, имеющего онкологическое заболевание и еще букет сопутствующих проблем со здоровьем...

Именно по этим показаниям закон и разрешает отпускать осужденного человека. Но в Мордовии у Айрапетяна не увидели никаких проблем со здоровьем.

— Это был откровенно больной человек, — рассказывает адвокат. — Не мог ни сидеть, ни стоять, ни спать. В его болезни не было никаких сомнений. Тем более что она подтверждалась множеством справок, обследований, заключением профессоров.

Между тем ответ на все ходатайства адвоката всегда был стандартным: нет. Даже специально провели обследование заключенного, но медики предсказуемо не нашли оснований изменить свое мнение.

— Левон Гургенович рассказывал, что его хоть и возили в больницу для обследования, но никаких реальных обследований не делали, только ноги почему-то посмотрели, — рассказывает адвокат.

Еще в августе, после очередного решения Зубово-Полянского райсуда о том, что отпустить Айрапетяна по состоянию здоровья никак нельзя, Мещеров сказал в интервью «Собеседнику»:

— Райсуд почему-то принимает во внимание все, что против моего подзащитного. При этом все, что в пользу Левона Гургеновича, оставляет без внимания. Все это выглядит как заказ: не отпускать ни в коем случае. И все делается для того, чтобы его не отпускать. Выходит, пусть человек умирает, да?

Он и умер в итоге.

Откровенно плохо Айрапетяну стало вечером в понедельник, 16 октября. Он смог связаться с редакцией: давление 84/44, не мог ни встать, ни сесть...

Такого слабого голоса у нашего председателя совета директоров мы не слышали никогда. Помощь, рассказал Левон Гургенович, была оказана стандартная. Пришла доктор, дала таблетку. Ни о какой больнице речи не зашло.

Мещеров позже рассказал, что вечером во вторник, 17 октября, Левон ему позвонил. Адвокат, кстати, тоже отметил, что такого слабого голоса он никогда у своего подзащитного не слышал. Левон рассказал ему, что он на каталке, но не в больнице.

А утром его не стало.

Хотелось бы верить, что судей Зубово-Полянского суда, подписывавших не одно решение об отказе в освобождении смертельно больному человеку, ждет как минимум разбор на квалификационной коллегии. Что медиков, дававших заключение о том, что Айрапетян практически здоров и не нуждается в стационарном лечении, ждет кара за нарушение клятвы Гиппократа. А сотрудников ФСИН, которые на голубом глазу отвечают, что Айрапетян, страдающий букетом тяжелейших заболеваний, имел все необходимое ему лечение в колонии, где нет ни больницы, ни современной аппаратуры, — ждет служебное расследование.

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания