Новости дня

16 ноября, пятница


































15 ноября, четверг











Пролет над театральным вузом: как работает блат при поступлении

«Собеседник» №41-2018

фото: Замир Усманов / Global Look Press
фото: Замир Усманов / Global Look Press

Поступить учиться на актера или режиссера всегда считалось делом престижным. Но хотя и сегодня поток абитуриентов не уменьшается, талант постепенно уступает место связям и деньгам. 

Во всем виноват ЕГЭ?

Когда-то про творческие вузы говорили: «Конкурс туда – столько-то (сотни, а то и тысяча) человек на одно место». Теперь ректоры теряются, когда просят назвать точную цифру. 

– Считать, сколько человек претендуют на одно место актерского факультета, можно только условно, – признается ректор Школы-студии МХАТ Игорь Золотовицкий. – Если иметь в виду первые консультации, то будут претендовать около двухсот человек на одно место. А если говорить о творческом финальном конкурсе, то около десяти. К сожалению, цифры бюджетного приема на актерский курс у нас уменьшились. В этом году на бесплатные места на свой курс я набрал 22 студента. Но мы ведем переговоры с Министерством культуры, чтобы бюджетные места на следующий год увеличить. На коммерческих началах у меня учатся 10 человек. Можем набрать, конечно, и больше, но такой цели у нас нет. Моя принципиальная позиция: прежде всего талант, а не обогащение. В основном на коммерческие места идут одаренные ребята, которые дошли до финала конкурса, но не прошли в основной пул. 

– За последние десять лет принципиальной разницы нет, чуть больше, чуть меньше абитуриентов, – комментирует руководитель Театрального училища имени Щепкина Борис Любимов. – Я к этим цифрам отношусь скептически. Но интерес к театральным заведениям не падает. Правда, заметил, что девочек стало больше поступать, чем мальчиков. У нас по-прежнему 25 бюджетных мест. Платное обучение, конечно, тоже есть, на десять мест больше. 

В Театральный институт имени Щукина в этом году набрали 30 бюджетных студентов и столько же платных. На вопрос, поменялись ли сегодня абитуриенты, ректор училища Евгений Князев замечает, что не слишком. 

– Разница только в том, что сегодня они овладели интернетом и прочими техническими средствами, о чем мы сорок лет назад и подумать не могли, – делится наблюдениями Евгений Владимирович. – Они могут ответить на любой вопрос, лишь нажав кнопку на гаджете. И возникает ошибочное ощущение, что это знание. А мы претендуем на то, чтобы они действительно что-то знали, чтобы читали. Культуру надо прививать!

А вот у режиссера, профессора ГИТИСа Иосифа Райхельгауза другое мнение. 

– Очень мало читают сегодня молодые люди, которые поступают в театральные вузы, – сокрушается Иосиф Леонидович. – Во многом виноват Единый государственный экзамен. Ребята думают, что сдали ЕГЭ – и они уже все знают. Зачастую приходится нам в институте обучать их школьной программе заново. 

На актерский по блату

Многие молодые люди, когда заявляют своим родителям о желании поступать «на артиста» (режиссера), слышат в ответ: «Ты что, там же кругом блат! Куда уж тебе?!» И в чем-то они будут правы. По знакомству поступали еще с советских времен. 

– Я не первый и не последний, который пошел по стопам родителей, – вспоминает Никита Высоцкий. – У меня отец умер за год до того, как я первый раз поступал в Школу-студию МХАТ. Тогда один из педагогов мне прямо сказал: даже если бы ты пришел и ничего не читал перед нами, мы бы все равно тебя взяли, потому что сын Володи. Конечно, магия известных фамилий существует. Когда поступал во второй раз, помню, Миша Ефремов шел и кричал во время экзаменов: «В нашем полку прибыло». Имел в виду, что еще один сын известного человека. Он даже не сомневался, что поступлю. 

Известная актриса Елена Коренева не скрывает, что за нее «замолвили словечко». Правда, тогда получилось так, что пришлось побороться с конкуренткой, поступившей по блату. 

– Протекция существует и сейчас, не будем лукавить, – говорит Елена. – Я в этом убеждена. В свое время я поступала в Щукинское училище на курс легендарной Людмилы Ставской. Отец мой – режиссер Алексей Коренев – тогда не был известен, мама работала ассистентом режиссера на «Мосфильме». И вот после экзаменов мне Ставская сказала: «Лена, я бы тебя взяла, но на твое амплуа мы должны взять одну девочку, за которую попросили высокопоставленные люди». Она позвонила моей маме и спросила: «Может ли от вашей семьи кто-то из известных людей попросить перед ректором «Щуки» Борисом Захавой за Лену?» Мама растерялась: «Если только Олежек Ефремов?!» Людмила Ставская аж подавилась! Олег Николаевич позвонил-таки Захаве, и меня взяли на испытательный срок до полутора лет. А через два месяца зачислили на курс. 

– За одиннадцать лет руководства я ни разу не почувствовал давления сверху, – рассказывает ректор Театрального училища имени Щепкина Борис Любимов. – Конечно, бывают просьбы к нашим педагогам, чтобы к тому или иному абитуриенту присмотрелись повнимательнее. Но, понимаете, педагогу заниматься со студентом четыре года. Зачем же он будет брать человека, который показался ему менее талантливым, чем другие? Люди, которые посылают своих детей на такое испытание, как учеба в театральном вузе, не представляют, через что им нужно пройти. Есть мамы, которые хотят, чтобы дочка стала актрисой, потому что удачно прочитала стихотворение в каком-нибудь драмкружке. Когда ко мне обращаются с подобными просьбами, я отвечаю: пусть пробует, а руководитель курса посмотрит и сам определит. 

А вот одна из студенток ВГИКа, которая в этом году поступила на платное отделение и с которой пообщался «Собеседник», уверена: 

– Блат есть и сейчас. Я сама видела, как в аудитории к педагогам ВГИКа без очереди заходят какие-то люди с сыновьями-дочерями, которых и в списках не было. Потом они каким-то чудом оказались на бюджетных местах. А еще есть такая хитрость: мастер вызывает абитуриента перед вступительными экзаменами. Говорит ему, что бесплатные места уже закончились и ему нужно или совсем не поступать, или сразу подавать заявление на платное. При мне одного парня с актерского отделения так обманули. Он написал заявление на платное. И так поступили не только с ним. Таким образом они искусственно уменьшают конкурс на бюджетные места, чтобы провести своих.

Что почем на платных местах?

Театральное училище имени Щепкина:

  • актерское отделение для граждан РФ (4 года) – 322 тыс. руб. в год, 
  • для граждан СНГ (4 года) – 350 тыс. руб. в год, 
  • для иностранных граждан (4 года) – 320 тыс. руб. в год.

Театральный институт имени Щукина:

  • актерское отделение (4 года) – 325 тыс. руб. в год;
  • режиссерское отделение (4 года, очная и очно-заочная формы) – 102 тыс. руб. в год. 

ВГИК:

  • «артист театра и кино», очное отделение (4 года), «режиссер кино и телевидения» (4 года) и другие факультеты – по 322 тыс. руб. в год; 
  • заочное отделение – от 68 тыс. руб. до 88 тыс. руб. в год. 

Школа-студия (институт) МХАТ:

  • актерское отделение (4 года), сценография (4 года) и продюсерство (4 года) – 322 тыс. руб. в год.

* * *

Материал вышел в издании «Собеседник» №41-2018 под заголовком «Пролет над театральным вузом».

поделиться:


Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания