Новости дня

23 сентября, воскресенье






22 сентября, суббота














21 сентября, пятница




















20 сентября, четверг





Как отдыхается детям по бесплатным путевкам в 4 км от свалки "Ядрово"

«Собеседник» №28-2018

«Предлагаем путевку в детский лагерь: специально для вас в лучшее место» – с таким предложением звонят многодетным родителям Подмосковья сотрудники соцзащиты. Оказалось, что детей приглашают в лагерь рядом с мусорным полигоном ТБО «Ядрово» – всего в 4 км. Неужели бесплатная путевка бывает только на свалку?

Выполнил ли губернатор Московской области Андрей Воробьев обещание закрыть волоколамский полигон ТБО «Ядрово» и можно ли оздоровить детей, если они проведут лето, дыша парами от мусорной кучи, разбирался «Собеседник».

«Лучшее место»

Сегодня, увы, всю историческую и культурную славу города Волоколамска, стоявшего на защите Москвы в Великую Отечественную войну, затмила гора мусора, название которой, кажется, знакомо уже многим в России, –  «Ядрово».

По крайней мере, о полигоне ТБО была наслышана жительница подмосковного села Царево (Пушкинский район), многодетная мать Александра Орлова.

– В мае мне позвонили из соцзащиты Долгопрудного (там прописан один из трех ее детей. – Ред.) и сообщили, что нам несказанно повезло, путевок якобы очень мало и специально для нас в самом лучшем месте… В общем, 20 минут мне нахваливали лагерь, пока я не спросила адрес, – рассказывает «Собеседнику» Александра.

Этим «самым лучшим местом» оказался Волоколамский район, речь шла о детском оздоровительном лагере (ДОЛ) «Им. 28 героев-панфиловцев».

Сам лагерь выглядит неплохо: большая территория, не новые, но добротные трехэтажные корпуса, вероятно, еще советской постройки, зелень вокруг… По крайней мере, таким он видится из-за забора – на саму территорию «Собеседник» не пустили ни директор лагеря, ни министерство соцзащиты Московской области: сказали, надо согласовывать вопрос со всеми родителями отдыхающих в лагере детей.

Рядом с воротами лагеря на доске информации висит анонс тематики для второй смены, которая только закончилась: «Голливуд: путешествие в мечту» – ребята должны были снимать фильмы. В общем, неплохо.

И все бы ничего, но находится ДОЛ всего в 4–5 км (если идти по прямой) от вонючей свалки в деревне Ядрово.

– Я возразила соцзащите, что там рядом свалка в режиме ЧС, а мне ответили, что ничего об этом не слышали, – не перестает удивляться Орлова, – и если не хочу воспользоваться шансом – могу отказаться, найдется много других желающих.

«А у нас – не болеют»

– Между тем другие варианты даже не предлагались, хотя в договоре указано три разных лагеря. Но ты якобы сам уже выбрал (галочкой) именно этот. А в остальные, по словам соцзащиты, мест нет и не будет, – возмущается Александра. – В итоге мы отказались: у нас у самих свалка в 5 км от города. Что же получается: моего ребенка отправят от одной свалки к другой?!

Так вышло, что семья Орловой и раньше жила недалеко от свалок: сначала в Кучино, потом в Долгопрудном – около химкинской.

– Тогда дети болели, как нам говорили, неизлечимыми генетическими заболеваниями (одному поставили васкулит и давление, другому – гидронефроз и диабет, третьему – психические расстройства). Первые двое даже получили инвалидность, – делится Александра. – Но стоило нам переехать, как через полгода дети пошли на поправку, одному уже инвалидность сняли, скоро, думаю, снимут и второму.

Возможно, все не так уж и страшно: как уверяла меня сотрудница медсанчасти ДОЛ, с которой мне удалось поговорить у ворот лагеря, никто из отдыхающих детей на здоровье не жалуется.

– У нас в каждую смену – и зимой, и летом – приезжают по 300 детей. В большинстве это далеко не самые здоровые детки, и многие не из самых благополучных семей. Но обострений нет даже у тех, кто страдает бронхиальной астмой. Да у нас, в лагере, и не пахнет от свалки, – заключила женщина.

Сама она живет в Волоколамске и не отрицает, что туда доносится запах с мусорной горы.

– Впрочем, ядовитые испарения могут и не пахнуть, – бросила на прощание медик.

Надо сказать, что я запаха в районе лагеря тоже не почувствовала. Возможно, все дело в розе ветров, поскольку всего в 2 км от лагеря, в соседнем Нелидово, куда я тоже наведалась, меня заверили: от «Ядрово» доносится невыносимый запах.

Местные жители вообще удивлены, что лагерь работает, так как им еще весной сказали, что его закрыли из-за режима ЧС.

И все же его открыли 16 июня – сразу после окончания дегазации полигона «Ядрово».

По уверениям губернатора МО Андрея Воробьева, запах и «вредный воздух» свалка должна была прекратить источать как раз накануне – 15 июня.

На старом «теле» полигона ведутся работы, но рядом открыли новое...

Из ответа, который «Собеседник» получил из минсоцразвития Московской области: «Лагерь был принят межведомственной муниципальной комиссией, соответствующий акт был подписан членами межведомственной комиссии и и.о. главы Волоколамского района А. Г. Вихаревым. Жалоб от детей и родителей относительно запаха в лагере не поступало».

Двойные мусоровозы

Навестила я и сам полигон ТБО. С апреля, когда «Собеседник» побывал здесь, похоже, ничего не изменилось. То есть  старое «тело» полигона действительно начали накрывать геомембраной, делать дегазацию. Но... открыли новое «тело» полигона, тем самым расширив и без того громадную свалку.

Да и мусоровозы всё едут и едут. Приезд каждой машины фиксируют активисты, которые дежурят ежедневно с 8 до 20 часов, сменяя друг друга каждые два часа.

– Нам пообещали: на свалку будет приезжать не более 80 машин в день, но сейчас  час дня, а уже проехало 44 машины и некоторые из них, так сказать, двойные, – рассказывает мне активистка Людмила. – Посмотрите: у них не одна грузовая платформа (то, в чем и перевозится мусор), как это обычно бывает, а две. Делают это для того, чтобы побольше тонн мусора привезти. Мы это все фиксируем, чтобы потом предъявлять доказательства и претензии. А жить так больше невозможно: я даже купила противогаз, когда ездила в гости к внуку в Питер. Его-то ко мне на лето больше не пускают: после прошлого приезда из-за запаха от свалки он плохо себя чувствовал, – делится Людмила.

Жизнь неподалеку от свалки сказалась и на ее здоровье: на руке появился дерматит. У многих местных жителей есть такие же признаки химического отравления на коже.

Вскоре к нам подъехал сменщик Людмилы – Дмитрий.

– Проверяли, у них колеса мокрые? – первое, что спросил Дмитрий, взглянув в список с заехавшими мусоровозами.

– А почему они должны быть мокрыми?! – не поняла я.

– Мусоровозы заезжают на горы с токсичным мусором и потом едут в город, – ответил активист. – А они обязаны «принимать» ванны со спецраствором…

Пока Дмитрий объяснял мне эти тонкости, с полигона выехало еще три КАМАЗа. И все – с сухими колесами.

– На полигоне даже не засыпают слои мусора песком, как положено, – доложила Людмила. – Думаю, это всё будет ровно до 9 сентября. А после выборов губернатора все обещания вмиг забудутся.

Судя по всему, так и будет: ведь обещание Воробьева закрыть полигон еще в конце марта – начале апреля так и не было выполнено.

// фото автора

* * *

 

Материал вышел в издании «Собеседник» №28-2018 под заголовком «Дети у свалки».

поделиться:






Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания