Новости дня

23 февраля, пятница








22 февраля, четверг





































Оригиналы не горят? Что спасают сотрудники ИНИОН


Сгоревший ИНИОН // фото автора
Сгоревший ИНИОН // фото автора

Корреспондентка «Собеседника» в качестве волонтера разобрала одно из хранилищ в сгоревшей библиотеке ИНИОН РАН.

[:rsame:]

На следующий день после того, как библиотека Института научной информации по общественным наукам Российской академии наук (ИНИОН РАН) объявила, что набирает волонтеров для упаковки книг, в десять утра я приехала к зданию на Профсоюзной. Издалека было видно искореженное, лишенное крыши левое крыло библиотеки. Любому книголюбу внутри такой разрухи мерещатся горы пепла, завалы и полусгоревшие или слипшиеся от воды тома на почерневших полках. Сердце сжималось от плохого предчувствия: пожар потушили 31 января, а разбирать останки гигантского фонда начали только в конце следующего месяца. Когда же книги наконец будут в безопасности?

«Подождите немного, сотрудники скоро спустятся за вами», — остановил меня полицейский, дежуривший у преграждающего вход на территорию библиотеки заборчика. Тут же подбежала журналистка с камерой, попросила небольшой комментарий. Скоро у ограждения появились еще пятеро волонтеров. Среди них лишь один юноша. Как выяснилось, историк комплекса «Мемориал» по имени Илья. С остальными я познакомиться не успела.

Потери ИНИОН — больше трех миллионов наименований / фото автора

Невысокая рыжая женщина со стороны ИНИОН подошла к полицейскому, чтобы открыть нам проход. «Можно вас на пару слов?» — бросилась к ней журналистка. «Нет. Извините, но говорить не о чем. Сами видите, у нас тут большая беда!» — неприязненно ответила рыжеволосая.

Оказалось, ее зовут Зоей. Второго куратора — худого и высокого мужчину в очках — звали Михаилом. Оба работают в реферативном отделе ИНИОН РАН, но в ближайшие недели вызвались координировать волонтеров.

[:same:]

— Мы и наши друзья разместили объявления в фейсбуке, «Вконтакте». И теперь обрабатываем десятки запросов от тех, кто хочет помочь библиотекарям переместить книги в безопасное место. Работы много: все еще не разобрано хранилище с книгами последних лет, а оно довольно большое, — рассказывает Зоя. — Люди будут трудиться в две смены: сперва с десяти до двух, потом с двух до шести. По десять человек в смене. Но в первые дни, конечно, приходит больше, чем нужно. Сколько продлится упаковка, пока непонятно.

Проходя вдоль здания, я тщетно ищу людей с коробками среди остатков второго и третьего этажа ИНИОН: там пусто. Чем ближе мы к холлу, тем сильнее становится запах гари.

В холле нас записывают в толстую тетрадь: от волонтеров требуют только ФИО и контактный телефон, никаких паспортных данных. На втором этаже мы оставляем свои вещи в одном из кабинетов, где царит бардак. Некоторым комнатам повезло меньше: там не только разбросаны вещи, но и пол в грязных разводах — их поливали из огнетушителей во время пожара. Гарью пахнет нестерпимо, так что я с непривычки начинаю кашлять. «Хуже всего у парадной лестницы. В любой момент может упасть балка, обрушиться потолок», — замечает Михаил.

Волонтер / фото автора

Всего в первой смене оказалось 15 человек. Перчаток и халатов у сотрудников библиотеки на всех, разумеется, не хватило. Пока Зоя ходила за респираторами, мы беседовали в коридоре. В основном помогать ИНИОНу пришли студенты гуманитарных факультетов и те, для кого волонтерство — постоянное хобби. Поэтому вопросы друг другу задавали одни и те же: «Какая часть фонда повреждена?» и «Что ждет книги дальше?» «Я как-то намочила книжку на даче, так она вся распухла до невероятных размеров», — шепотом рассказывает женщина по имени Лена подруге Ирине.

Когда открывают хранилище, все замирают. Но в помещении сухо и прохладно. Никаких следов катастрофы! Одним волонтерам поручают складывать книги в коробки, другим — заклеивать их. Женщины справляются с тяжестями не хуже мужчин, но работа преимущественно мужская. Она объединяет лучше страхов: за смену мы упаковали около пятисот коробок.

[:rsame:]

«Это еще мало. Вчера увезли тысячу», — заметил волонтёр Сергей во время перерыва. Он не простой доброволец — библиотека наняла его, чтобы закупать необходимые для перевоза вещи (скотч, коробки и тому подобное). Именно он знает, куда поедут книги дальше: сначала их поместят на складе, а со временем — в новом здании, в Сельхозакадемии на улице Кржижановского. Правда, освобождать хранилище придется несколько месяцев. А куда дели поврежденные издания, оказалось, знает Михаил: «Больше всего пострадали старые, ценные книги. Только на днях увезли на заморозку, представляете? Не знаю, можно ли их восстановить».

По словам Михаила, потери библиотеки — больше трех миллионов наименований:

— Хранилища были рассчитаны, по слухам, даже на ядерный взрыв. Но пожар и потоп система безопасности библиотеки не предусматривала.

На мой вопрос, почему не оцифровали вовремя документы, Михаил всплеснул руками:

— Были оцифрованы лишь работы, которые ученые переводили в электронный вид за свои деньги. Может, оцифровал кто и немного книг из фонда. Всё равно копий с них никто не сделал. И все файлы погибли вместе с сервером библиотеки в огне!

Последствия пожара в ИНИОН / фото автора

Провожает меня тот же Михаил. Сожженные этажи разбирают строительные машины. Странно, что возгорание началось в самой дальней части здания: поджигатель не стал бы туда пробираться, риск короткого замыкания там был минимален, петарда так высоко бы не залетела. И все же пожар в ИНИОН РАН — реальность.

— Я сначала сильно расстроился. Однако утром радовался, что не всё пропало. Да, жаль список последних публикаций, который не ведется. Его будет очень не хватать. Новые книги в библиотеку поступают, а выдавать их тоже негде, — резюмирует Михаил. Видимо, он смирился, что заниматься общественными науками в России на должном уровне теперь будет сложно.

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания