Новости дня

16 декабря, воскресенье









15 декабря, суббота














14 декабря, пятница






















Что происходит в Крыму накануне референдума о присоединении к России

Собеседник №9 '14

Военные в Крыму // РИА "Новости"
Военные в Крыму // РИА "Новости"

В воскресенье в Крыму пройдет референдум о дальнейшей судьбе автономии, отказавшейся подчиняться новой власти в Киеве. Центр, само собой, считает мероприятие нелегитимным. Но судя по настрою крымских властей, исход референдума скорее всего предрешен и ответ на главный вопрос о присоединении АР к России будет положительным. А что потом? Не исключено, что Крым станет «нашим». Ценой каких жертв – выясняла наша спецкор.

Повальное ополчение

Из аэропорта Симферополя  – в центр города, и я тут же попадаю на митинг. Около 200 человек с плакатами стоят на главной площади крымской столицы. Радуюсь журналистской удаче и еще не подозреваю, что за неделю насмотрюсь на подобные сборища до оскомины.

/

Митинги ежедневно проходят в том или ином городе прибрежного Крыма – в Севастополе, Евпатории, Ялте. На них выходят либо люди с триколорами и лозунгами «За Россию!», либо активисты с украинскими флагами и транспарантами «Украина едина!» Иногда и те и другие. Мой первый митинг в Симферополе был пророссийским. Участники выступали за референдум, а заодно в специальной палатке записывались в народные патрули. Это еще одна особенность нынешнего Крыма: здесь активно вступают в дружины разных мастей – «Крымская оборона», «Гвардия АРК» и т.п. Официально власти АР говорят об 11 тыс. дружинников, на практике их больше. Например, у крымских татар, что составляют 14% населения автономии, – свои патрули.

Баннер / Global Look

Активное народное ополчение началось с того дня, когда над зданием Совета министров АРК подняли триколор, а главой Совмина стал пророссийский премьер Аксенов, объявивший, что Крым не подчиняется Киеву, мол, власть там майдановцы захватили силой, а потому она нелегитимна. В том же самом Киев винит самого Аксенова, заявляя, что и за него крымские депутаты голосовали под дулами автоматов. Что касается крымчан, у большинства в сознании теперь четкий водораздел. Каждый встречный, включая таксистов, официантов и даже продавщицу в магазине хозтоваров, куда я зашла спросить дорогу, тут же интересуется: вы за Киев или Крым? за Россию или Украину? за нас или за них? И такое разделение на «ваших» и «наших» точно сближает Крым с традициями идейного раскола в России.

Акция / Global Look

Полярность взглядов и среди местных чиновников и силовиков. Со вторыми сложнее, у них оружие. Притом сам Аксенов говорит, что его власть признала лишь половина военных. Остальных теперь «охраняют» вооруженные люди в касках и масках, в форме без опознавательных знаков. Официально их зовут «силами самообороны». Неофициально – российскими солдатами, обеспечивающими сохранность местной власти. 

Соответственно вооруженные люди представляются и украинским военным, отказавшимся присягнуть новому руководству Крыма.

– Еще 27 февраля наш городок оцепили солдаты под командованием подполковника российской армии – так он представился, – сказал мне зам. начальника штаба береговых войск украинского флота Игорь Мамчур. – Нам неоднократно предлагали разоружиться или пустить в часть военных. Мы отказываемся. С тех пор все эти дни они стоят снаружи, а мы внутри готовимся к возможному штурму. Работа штаба парализована. Ситуация напряженная; как я понимаю, она продлится до референдума. Солдаты ведут себя неагрессивно, иногда нам позволяют выходить из части. Гораздо больше беспокойства вызывают штатские.

Акция / Global Look

Казачки́ и казаки

Возле каждой охраняемой воинской части разворачивается свой мини-митинг. Сегодня у КПП городка Мамчура активисты с пацифистскими плакатами поют гимн Украины. Назавтра я приезжаю к штабу ВМС Украины в Севастополе, и тут из припаркованных «Жигулей» нон-стоп играет гимн РФ. Солдаты по обе стороны КПП молча наблюдают за происходящим, а гражданские активисты периодически сходятся в словесных баталиях.

– Что на моей земле делает русский солдат?

– А вы хотите, чтобы сюда пришел американский?

При этом обе стороны обвиняют друг друга в продажности.

– А я вас знаю, вы провокатор и на Майдан ездили, – кричит пророссийский активист Николай какой-то женщине.

– От Крыма там было человек 300 всего, и им платили за месяц стояния по 13.000$, – поясняет он мне. – Еще и на наркоту сажали. У меня знакомая тоже ездила подзаработать, так их там поили каким-то травяным чаем, она наркоманкой вернулась.

Военнослужащие в Крыму / Global Look

Противники пророссийских активистов считают их во всех смыслах засланными казачками.

– Это точно казаки, их завезли сюда около 5000 человек из России, это они сами же и признают, – заявляет молодая активистка Евромайдана. – Им платят по 200 гривен в день и по 1000, если требуются какие-то активные действия. Они же явно за деньги тут, их даже свозят сюда автобусами.

Один такой автобус я увидела ночью возле Верховной рады Крыма, судя по тихим беседам собравшихся, с ними действительно вели какой-то расчет. Правда, за что и кто они, активисты мне так и не признались.

Что касается казаков, их я действительно встретила. На блокпосту по дороге в Севастополь – совместно с украинскими гаишниками они досматривали проезжающие грузовики.

– С Дона мы, а здесь помогаем, проверяем машины, чтобы не везли оружия или провокаторов, – пояснил мне один из казаков, Иван Васильевич. Дальнейший наш разговор прервал человек в камуфляже, выбежавший из кустов с целью проверить документы и опять же разобраться, кого я поддерживаю.

Ищите бандеровца!

Документы часто требуют показать и штатские митингующие, в каждом подозревая провокатора. А в ответ предъявляют мне свои – мол, мы не засланные, а местные, коренные.

– Нас винят, что мы тут за деньги, а мы по зову сердца, – говорит мне активистка Жанна Дмитриева. – Я украинка, у меня родители из-под Киева. И у нас уже в семье раскол пошел. Говорят: не признаешь нашу власть, вали в свою Россию. А я не хочу, чтобы майдановцы нам сюда американцев из НАТО прислали. Или фашистов-«бандеровцев», которые запретят нам говорить по-русски.

Кстати, в этом и состоит официальная причина беспокойства российских властей о судьбе Крыма. Якобы ультраправые силы Майдана вроде «Правого сектора» начнут ущемлять права русскоязычного населения автономии.

– Глава СФ Матвиенко даже заявила сначала, что тут убивают русских граждан. Зная Крым, я в эту информацию изначально не верил, и она не подтвердилась, – говорит член СПЧ Андрей Юров, приехавший в Симферополь для оценки ситуации. – Вообще каких-либо нарушений прав граждан тут не больше, чем в любой российской или украинской провинции. Крайних националистов я в Крыму тоже не встречал, хотя вообще в Украине они есть.

И многие крымчане упорно продолжают ждать их неминуемого прибытия в регион. Переполох вызван скорее всего «антирусским» законом о языке. Да еще сносом советских памятников на волне событий в Киеве. И отдельные активисты теперь готовы увидеть бандеровца в каждом. Мне удалось встретить одного лишь на третий день поисков.

Казак в Крыму / Global Look

– Я настоящий крымский бандеровец. И выступаю за то, чтобы во всех госучреждениях здесь говорили только на украинском! – заявил мне глава местного отделения «Свободы» Сергей Савченко. Он даже поначалу стал объясняться со мной на мове: – Вы ворождебна сторона! 

Однако через пять минут мы уже мирно беседовали по-русски, Савченко надарил мне книжек про украинский национализм и рассказал, что на последних выборах в Верховную раду АРК его движение набрало аж 1% голосов. Большая популярность в автономии, где даже в татарских семьях говорят на русском, националистам и не светит.

Еще бандеровцами здесь называют активистов Евромайдана.

– Хотя мы ни слова не говорили против русских, а лишь поддерживали экономическое сотрудничество с ЕС, – уверяет координатор движения в Крыму Сергей Ковальский. – Но мне уже к середине января разбили две машины, даже на троллейбусах лепили мое фото с подписью бандеровец. Кампания велась по заказу комитета информации Крыма.

Очевидно, идеологическая вой­на началась здесь задолго до активной фазы событий...

К общему стыду

Непосредственно перед грядущим референдумом в Крыму – затишье. Большинство жителей уже и не обращают внимания ни на вялотекущие митинги, ни на присутствие военных. Силы, не признающие крымские власти, намерены бойкотировать и референдум, но пока тоже ведут себя неприметно. Евромайдановцы ограничиваются небольшими пикетами у воинских частей, на которые посылают в основном девушек – «во избежание провокаций». Выжидательную позицию заняли и крымские татары, отношение которых к референдуму однозначно. Они не питают иллюзий по поводу центральной власти, но поддерживают Киев из-за ориентации на ЕС, где, «в отличие от России, лучше соблюдаются права малочисленных коренных народов».

– Мы пока ничего не предпринимаем, сами называем это тихой «буддистской войной», – заверил меня зам. главы меджлиса Нариман Джелял. – Какая-то часть молодежи рвется в бой, желая прогнать пророссийских дружинников. И нам это ничего не стоит сделать. Но пока мы взяли за аксиому, что каждая человеческая жизнь должна быть сохранена.

Митинг / Global Look

Но ситуация изменится, если по итогам референдума власти объявят о присоединении к РФ. В неофициальных беседах представители меджлиса говорят, что на протесты против этого решения могут выйти не меньше 50 тысяч татар. Готовы заявить о себе и активисты Евромайдана.

– В этом случае на улицы вый­дут тысячи несогласных, – убежден представитель партии УДАР Дмитрий Белоцерковец. – Мы ляжем за эту землю, но не отдадим ее, и пусть в нас стреляют.

Кажется, за этот пункт – кому ложиться под пули – среди активистов тоже конкуренция.

– Это они пусть стреляют в нас, пусть присылают нацистов и иностранных наемников, мы Киеву не подчинимся, – кричат пророссийские митингующие. 

Кажется, что меньше всего к стрельбе готовы лишь сами военные.

– У солдат с обеих сторон есть понимание: один выстрел – и может начаться война, – говорит Мамчур. – Никто здесь не хочет проливать кровь. У меня брат – майор российской армии, вся семья там, и столько родственных связей с Россией! Но если сюда войдут силой, даже по итогам референдума, я тоже открою огонь. Я присягал Украине и не могу поступить иначе.

Говоря это российскому журналисту, полковник отводит подозрительно заблестевшие глаза. И у меня  комок в горле. И с этих пор этот странный рефлекс появляется чуть не каждый раз при общении с суровыми вояками.

– Нас толкают на наш общий позор! – начальник медслужбы украинских ВМС полковник Зарайский смотрит на ряды военных, окруживших его штаб. – Мы общаемся с ребятами с Черноморского флота, мне звонит мой коллега – военный врач, и ему тоже стыдно. Мы же живем и служим в одном городе. Сегодня у нас должна была начаться подготовка к учениям «Фарватер мира». И вот он, мир!

Люди / Russian Look

Украинские корабли заблокированы в бухтах Севастополя – выход в море преграждают российские. А у берегов Румынии и Турции стоит флот НАТО – авианосец и несколько эсминцев. В Польшу перебрасывают американские истребители. Кажется, все готово к войне. И несмотря на это, в нее не верит никто. Вопреки всякой логике. Просто не могут поверить.

– Войны между украинцами и русскими не будет, это же нонсенс, – уверяет меня «бандеровец» Ковальский, хотя и не может объяснить, почему он так думает. Как и ответить на вопрос, почему все так повернулось.

– Я уже не знаю даже, кому был нужен Майдан – Януковичу, Путину или Западу. Мы и сами не ждали, что это растянется на четыре месяца. Но чей бы это ни был сценарий, мне кажется, он менялся по ходу событий. И сегодня цель, на мой взгляд, уже не Крым и даже не Украина, а Россия. Штаты повернут против РФ, если Путин сегодня проявит агрессию. А нам какая разница – Путин или Обама нас захватит?!

Может, и правы те, кто не участвует ни в одном митинге, а сейчас пакует чемоданы (кто на Восток, кто на Запад).

– Я вообще поеду в Белоруссию, – признается мне симферопольский таксист Сергей Ключка. – Пусть там диктатор, но зато люди живут! В Крыму и Киеве лишь делят посты, у России и Запада своя геополитика. А на нас всем плевать.

Киевские власти сегодня не хотят поступиться даже языковым законом. Российские продолжают говорить об угрозе бандеровцев. Крымские – на всех парах стремятся к референдуму, после которого возможна стрельба. Больших людей не волнуют жизнь и смерть маленьких.

поделиться:


Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания