Август 1917-го: Керенский или Корнилов — кто кого?

Это был, пожалуй, самый богатый на события месяц — тут и интриги, и недоразумения, и мятеж, который и мятежом-то назвать сложно... Рассказывает профессор Олег Волобуев.
Николай II и царевич Алексей в Тобольске. 1917 г.
Императорская семья в Царском Селе постоянно была ненужным источником политического напряжения. И Временное правительство решило отправить Романовых в Тобольск на поселение.
Отправление состоялось в ночь с 30 июля на 1 августа. В распоряжение экс-императора, по имеющимся сведениям, было предоставлено семь-восемь вагонов, не считая багажных. Штат прислуги определялся в 50 человек, в том числе четыре повара и 15 лакеев. При отправке присутствовал Керенский. Охрана состояла из георгиевских кавалеров гвардейской стрелковой дивизии.
В дневнике Николай II отмечает: «поместились всей семьей в хорошем спальном вагоне международного общества». Несмотря на это, «было очень душно и пыльно; в вагоне 26 °C». Зато «едим в ресторане, кормит очень вкусно кухня Вост.-Китайской ж. д.».
В Тобольске, пишет он, «на берегу стояло много народу, — значит, знали о нашем прибытии». Дом, куда определили семью Романовых с прислугой, был не отделан, и император еще несколько дней жил на пароходе, катаясь по реке Тобол. 8 августа отмечает он в дневнике: «До обеда принял ванну, впервые после 31 июля».
На поселении Николай II жил так же, как и в Царском Селе — читал, занимался с детьми, работал на участке. И все же ситуация отличалась. 25 августа он пишет: «Здесь чувство сидения взаперти гораздо сильнее, нежели было в Царском Селе».

Совещание в Москве

— А Петроград бурлил. Еще не успокоились страсти после июльского выступления рабочих и солдат, в воздухе витали страхи новой бури. Было решено созвать Государственное совещание в Москве, где бы собрались не представители советов, как бывало до этого, а представители других общественных организаций определили свое отношение к власти.

«Посреди этих страхов и конфликтных настроений стояли испуганное правительство и его глава А. Ф. Керенский, истинный устроитель Московского совещания, приехавший, как шутили журналисты, "короноваться" в Москве. В этой неслучайной шутке над случайным обитателем Зимнего дворца, поселившимся там больше из предосторожности, чем из честолюбия, была меткая характеристика сложившегося положения. Правительство хотело быть сильным; его глава хотел таким казаться», — пишет Павел Милюков.

Совещание проходило в Большом театре с 12 по 15 августа. Собралось около 2500 делегатов, зал разделился на правую и левую половины. Справа сидели те, кто сочувствовал правительству, слева — те, кто отдавал предпочтение советам. Когда аплодисменты оратору дарила правая часть, левая молчала. И наоборот.

По мнению Милюкова, «уже вступительная речь Керенского показала, что первоначальная политическая задача совещания сведется фактически на нет и что результат его для правительства будет отрицательным. Многие провинциалы видели... Керенского впервые и ушли отчасти разочарованные, отчасти возмущенные. Речи других министров показали, до какой степени Керенский одинок в собственном кабинете и до какой степени политика Временного правительства есть его личная политика».

«Совещание наглядно обнаружило то, что многие раньше только чувствовали... что страна делится на два лагеря, между которыми не может быть примирения и соглашения по существу. Но было совершенно ясно и то, что власть не может сделать требуемого выбора», — подводит итог Милюков, и в этом с ним можно согласиться.

Напряжение между главой Временного правительства Керенским и генералом Корниловым возникло сразу же после назначения последнего Верховным главнокомандующим. И справа, и слева все предрекали неизбежный конфликт. Он разразился в августе.

Корнилов полагал: раз он главнокомандующий, то должен иметь все полномочия навести порядок в армии. Для этого он предлагал ряд реформ, в том числе затрагивающих и тыловую жизнь. Так, он настаивал на смертной казни для дезертиров не только на фронте, но и в тылу. Неприемлемым для власти также было предложение передать ему контроль за железными дорогами.

Генерал написал доклад о необходимых реформах, который Керенский никак не хотел представлять правительству. Первая личная встреча адвоката и вояки 3 августа только углубила взаимную неприязнь. Вторая была унизительной: Корнилов приехал из Ставки в Москву — ему сказали, что его вызывает Керенский, чего не было. Генерал вернулся в Могилев.

А 14 августа, когда он снова приехал в Москву на совещание, это был, можно сказать, его триумф: зал встретил Верховного главнокомандующего овацией, его буквально носили на руках. А это уж точно никак не могло понравиться болезненно тщеславному Керенскому. Весь следующий день оба разъезжали по мероприятиям, старательно избегая друг друга. Но им все же пришлось встретиться: Керенский никак не мог допустить, чтобы Корнилов выступал с теми тезисами, которые премьер считал немыслимыми.

Генерал же «упорствовал»: он предрекал скорую сдачу Риги, а это — открытый путь немцам на Петроград, требовал немедленного принятия предлагаемых им реформ…

Павел Милюков, из книги «История второй русской революции»

«В Москве Корнилов указал в своей речи тот момент, дальше которого он не хотел откладывать решительные шаги для "спасения страны от гибели и армии от развала". Этим моментом было предсказанное им падение Риги»

«Как Корнилов лично говорил мне при свидании в Москве 13 августа... момент открытого конфликта с правительством Керенского представлялся в его уме уже совершенно определившимся, вплоть до заранее намеченной даты, 27 августа <...> Значило ли это, что Корнилов сознательно готовил "заговор" против правительства? Как это ни странно, но в уме Корнилова мысль о заговоре не совмещалась с его намерениями.

Не считая себя "контрреволюционером" в том смысле, какой придавался этому понятию в те дни, Корнилов уже поэтому не считал себя и "заговорщиком". Он, правда, хотел сменить правительство. Но... в сознании Корнилова формы вообще имели мало значения... Для него было важно проявить свою волю. Дать этой воле правильное юридическое выражение должны были уже другие: это было не его дело».


Павел Милюков
Интриги

— Хрестоматийное понятие «корниловский мятеж» не отображает сути того, что произошло в августе 1917-го. «Мятежом» выступление Корнилова назвал Керенский. На самом деле ситуация была гораздо более сложной. Подробно описывать ее у нас, увы, нет возможности. Можно посоветовать обратиться к книге Павла Милюкова «История второй русской революции» — он в те дни много общался с участниками событий из разных лагерей и подробно описывает все перипетии и интриги; объективности понимания событий тех дней добавит знакомство с книгой Троцкого «История русской революции» — это также свидетельства участника событий — и книгой воспоминаний еще одного очевидца тех дней Николая Суханова «Записки о революции». Все трое стояли на разных позициях, занимая в каждом из лагерей авторитетное положение.
«Без корниловского мятежа не было бы Ленина» (Керенский)
Коротко же ситуация выглядела так. Среди офицерства зрело недовольство Временным правительством. Они требовали ликвидировать советы, быть жестче... В Петрограде ходили слухи, что на 28 августа большевики готовят вооруженное выступление. На самом же деле это офицеры-заговорщики готовились помочь власти быть решительнее, планируя устроить беспорядки. Расчет был прост: на укрощение беспорядков позовут армию, и военные легко возьмут власть. Это один пласт.

Павел Милюков, из книги «История второй русской революции»


«
Если сам Корнилов в начале августа еще высказывался при этом за сохранение власти Керенским, то окружающие его лица в Ставке давно уже судили иначе. В своей речи в демократическом совещании (см. ниже) и перед следственной комиссией Керенский несколько раз заявлял, что до него доходили и из "казачьих кругов", и из среды офицерства, и из рядов общественных деятелей разговоры о том, что сильная власть, необходимая России, должна принять форму диктатуры. Первоначально мысль этих людей останавливалась именно на Керенском как на возможном диктаторе»

«В. Н. Львов оказался вовсе не простым парламентером от Керенского к Корнилову и обратно. Он поставил себе свою собственную политическую цель — по возможности предупредить кровавое столкновение и заменить грозивший переворот простой сменой правительства с согласия сторон. Добиваясь этого согласия, он передавал Керенскому и Корнилову свой план как их собственный».

По иронии судьбы Львов приехал к Керенскому буквально спустя несколько часов после Савинкова (заверившего Керенского в верности главнокомандующего) и огорошил премьера: Корнилов готов взять власть. Так возник якобы «ультиматум» Корнилова. Керенский вместо того, чтобы разъяснить ситуацию, по адвокатской привычке стал ее «фиксировать»: попросил Львова это написать, провел туманный разговор с Корниловым по телеграфу... И отдал приказ: отправить Корнилова в отставку.

«Вот полный текст разговора по аппарату.

1.

— Здравствуйте, генерал. У аппарата В. Н. Львов и Керенский. Просим подтвердить, что Керенский может действовать согласно сведениям, переданным Владимиром Николаевичем.

— Здравствуйте, Александр Федорович, здравствуйте, Владимир Николаевич. Вновь подтверждаю тот очерк положения, в котором мне представляется страна и армия (см. выше), очерк, сделанный мной Владимиру Николаевичу. Вновь заявляю: "события последних дней и вновь намечающиеся повелительно требуют вполне определенного решения в самый короткий срок" (но не подчинения немедленно. — П. М.)».

Керенский, естественно, не мог считать такое подтверждение «достаточным». Поэтому он повторил свой наводящий вопрос уже в более определенной форме, от имени В. Н. Львова:

2.

— Я, В. Н., вас спрашиваю: то определенное решение нужно исполнить, о котором вы просили известить меня Александра Федоровича, только совершенно лично. Без этого подтверждения лично от вас А. Ф. колеблется вполне доверить.

— Да, подтверждаю, что я просил вас "передать Александру Федоровичу мою настоятельную просьбу приехать в Могилев"».

Это опять было совсем не то, что нужно. И Керенский в третий раз уже от своего имени «закрепляет».

3.

— Я, А. Ф., понимаю ваш ответ как подтверждение слов, переданных мне Владимиром Николаевичем. Сегодня это сделать и выехать нельзя. Надеюсь выехать завтра. Нужен ли Савинков?

— Настоятельно прошу, чтобы Б. В. приехал вместе с вами. Сказанное мной Владимиру Николаевичу в одинаковой степени относится к Б. В. Очень прошу не откладывать вашего выезда позже завтрашнего дня. Прошу верить, что только сознание ответственности момента заставляет меня так настойчиво просить вас.

4.

— Приезжать ли только в случае выступлений, о которых идут слухи, или во всяком случае?

— Во всяком случае.

— До свидания, скоро увидимся?

— До свидания».

На следующий день Филоненко, не юрист, но человек неглупый, прочтя ленту, не мог скрыть от Корнилова своего удивления: каким образом он мог столь легкомысленно подтвердить слова Львова, содержание которых оставалось ему неизвестно»

Тогда Корнилов, видимо, рассчитывая на поддержку генералитета, выпускает свою знаменитую телеграмму: отказываюсь подчиняться, так как «Временное правительство под давлением большевистского большинства Советов действует в полном согласии с планами германского Генштаба».

Между тем войска идут на Петроград по заранее обговоренному с Савинковым плану — спасать власть от большевистского восстания (к слову, упомянутые офицеры-заговорщики так и не выступили). А в Петрограде же их отчаянно боятся, там начинается чуть ли не паника. Приказывают даже разбирать железнодорожные пути, чтобы остановить эшелоны с войсками... Корнилова объявляют предателем и мятежником.

«
Как бы ни думать о Корнилове и его советниках, трудно себе представить, чтобы через четыре часа после поручения, данного ответственному и официальному лицу, — заявить о верности правительству, Корнилов сам же послал гораздо менее ответственного гонца, который поставил бы тому же правительству ультиматум о сдаче»

В итоге никто оружия не применил, а Керенский фактически взял полномочия диктатора. Выступление Корнилова провалилось, а он сам 1 сентября был арестован.
Хроника августа 1917 года
31 июля
(13 августа) на 1 (14) августа
31 июля
(13 августа) на 1 (14) августа
Решением Временного правительства Николай Романов вместе с семьей отправлен на поселение в Тобольск.
3 (16) август
3 (16) август
  • Завершился VI съезд РСДРП(б). Был временно снят лозунг «Вся власть Советам!» С политическим отчетом выступал Сталин, с отчетом Оргбюро — Свердлов. Он сообщил, что число членов партии выросло с 80 тысяч до 240 тысяч человек. Партия имеет 41 газету с ежедневным тиражом в 320 тысяч экземпляров.
  • II Всероссийский торгово-промышленный съезд призвал Временное правительство ликвидировать Советы.
5 (18) августа
5 (18) августа
Упразднение поста обер-прокурора Синода. Учреждение министерства вероисповеданий.
8 (21) августа
8 (21) августа
По инициативе предпринимателя П. П. Рябушинского и других в Москве открылось Совещание общественных деятелей. Осудило политику социалистических партий, продемонстрировало солидарность с укрепляющим дисциплину в армии генералом Корниловым.
12–15
(25–28) августа
12–15
(25–28) августа
Начало Государственного совещания общественных организаций (без Советов) в Москве. Присутствовало около 2500 делегатов. Помпезная встреча была устроена приехавшему сюда Корнилову.
15 (28) августа
15 (28) августа
Открылся Поместный собор Русской православной церкви в Успенском соборе Кремля в Москве.
19–26 августа (1–14 сентября)
19–26 августа (1–14 сентября)
Объединительный съезд РСДРП (меньшевиков) с целью воссоздания РСДРП.
21 августа
(3 сентября)
21 августа
(3 сентября)
Русские войска оставили Ригу. Потери составили 25 000 человек, 273 орудия, 256 пулеметов, 185 бомбометов и 48 минометов.
25–31 августа (7–13 сентября)
25–31 августа (7–13 сентября)
Попытка Верховного главнокомандующего генерала Корнилова занять столицу, обезоружить гарнизон и рабочих, разогнать Советы: в Петроград был направлен 3-й кавалерийский корпус генерала А. М. Крымова, в состав которого входила Дикая дивизия (Кавказская туземная).
27 августа
(9 сентября)
27 августа
(9 сентября)
  • А. Ф. Керенский издал указ о смещении Корнилова с поста Верховного главнокомандующего.
  • Уход из правительства кадетов, поддержавших Корнилова в ответ на требование Керенского о предоставлении ему диктаторских полномочий.

18 (31) июля
18 (31) июля
  • Временное правительство объявило о роспуске сейма Финляндии, провозгласившего независимость страны.
  • Назначение генерала Корнилова Верховным главнокомандующим русской армии вместо генерала Брусилова.
28 августа
(10 сентября)
28 августа
(10 сентября)
Телеграмма Корнилова к населению страны о том, что «Временное правительство под давлением большевистского большинства Советов действует в полном согласии с планами германского Генштаба».
29 августа
(11 сентября)
29 августа
(11 сентября)
  • Публикация в газетах обращения военного губернатора Петрограда и и. о. командующего войсками Петроградского военного округа Б. В. Савинкова с осуждением мятежа Корнилова.
  • Вдвое увеличены твердые цены на хлеб.

30 августа
(12 сентября)
30 августа
(12 сентября)
  • Керенский принял на себя функции Верховного главнокомандующего. Провал похода Корнилова-Крымова на столицу.
  • Савинков ушел в отставку со всех постов.
31 августа — 1 сентября (13–14 сентября)
31 августа — 1 сентября (13–14 сентября)
Резолюция Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов с осуждением политики Временного правительства.
Февраль 1917-го: Шесть бурных дней
Март 1917-го: поступь революции
Апрель 1917-го: вожди съезжаются, пути расходятся
Май 1917-го: расстановка сил
Июнь 1917-го: «Расчленение России»
Июль 1917-го: Конец двоевластия
Август 1917-го: Керенский или Корнилов — кто кого?
Сентябрь 1917-го: Бурлящая Россия
Октябрь 1917-го: Большевики приходят к власти

Контактная информация
  • Учредитель — ООО «Собеседник-Медиа»
  • (105318, г. Москва, ул. Зверинецкая, д.13)
  • +7 (495) 685-56-65 (Общие вопросы, связь с журналистами) +7 (495) 685-46-28 (Сайт)
Связь с отделами
  • Новости, политика: versia@sobesednik.ru
  • Расследования: delo@sobesednik.ru
  • Культура: culsob@gmail.com
  • Общая почта сайта: sobesedka@gmail.com
  • 18+
  • свидетельство о регистрации СМИ: ЭЛ №ФС77-43277 от 24 декабря 2010г. выдано Роскомнадзором
  • © 1984 - 2017 ИД "Собеседник"
  • Шеф-редактор — Зарицкий А. В.
Made on
Tilda