Новости дня

21 июня, четверг













































Петлюра против РПЦ. Из-за спора о подвале и парковке монахов ждет земной суд

«Собеседник» №22-2018

Несколько лет жители дома не могут поделить двор с монастырем // фото: Андрей Струнин / "Собеседник"
Несколько лет жители дома не могут поделить двор с монастырем // фото: Андрей Струнин / "Собеседник"

Художник Александр Ляшенко, известный с 90-х под псевдонимом Петлюра, уже несколько лет вынужден бороться с православной церковью. Точнее, с Высоко-Петровским монастырем, который находится рядом с его домом на Петровском бульваре в самом центре Москвы.

«Каждый месяц отдавали приходу 100 тысяч»

В 2013 году наместником Высоко-Петровского ставропигиального монастыря назначили игумена Петра (в миру – Руслан Еремеев). Жители дома по адресу: Петровский бульвар, 28 и не ожидали, что с приходом батюшки начнутся проблемы.

– Мы все верующие люди, всегда ходили в монастырь, молились, каждый месяц собирали по сто тысяч рублей и отдавали в приход, – рассказывает «Собеседнику» Петлюра. – Но когда наместником стал отец Петр… Однажды мы обнаружили под дворниками наших автомобилей записки, что теперь мы не имеем права ставить машины во дворе: мол, эта территория полностью принадлежит монастырю. Нам объяснили, что метр от стены дома – наше, а весь остальной участок – собственность монастыря. Мало того: они поставили кирпичные ворота (с иконой наверху), которые закрываются на засов. Мы теперь живем, как паломники какие-то. Причем говорят, что эти ворота стояли когда-то. Мы подняли все исторические архивы: не было этих ворот никогда!

– Ворота эти были, остался даже фундамент, – убеждает нас наместник монастыря отец Петр. – Мы и решили их восстановить. Люди, которые идут по Петровскому бульвару, должны видеть, что и здесь есть вход в наш монастырь.

«Кто вы такой? А за монастырем – сам Патриарх Кирилл!»

С 1995 года художник Петлюра, проживающий в этом доме, арендовал у московского департамента городского имущества подвальное помещение, в котором организовал свою мастерскую и сценическую площадку. Многие известные деятели культуры бывали тут, устраивали творческие вечера, концерты.

– Я честно платил аренду, за все это время отдал 23 миллиона рублей! Но в конце прошлого года внезапно выяснилось, что подвал был передан в собственность монастырю еще в июне! Получается, я полгода платил за аренду и даже не знал, что плачу непонятно кому. Теперь эти деньги не могу вернуть, – возмущается Александр. – Пришли какие-то люди, выломали дверь, заселили трех бомжей и сказали, что постановлением суда помещение находится в собственности монастыря. Конечно, я вызвал полицию, обратился в префектуру. Но мне намекнули, чтобы не связывался с РПЦ: «Кто вы такой? А за монастырем – сам Патриарх Кирилл!» В этой стране люди сошли с ума! Впечатление, что священники затаили обиду с 1917 года, когда с ними обращались ужасно. И теперь они жестко мстят всем.

Московский художник не хочет воевать, но приходится // фото: Андрей Струнин / "Собеседник"

– На основании действующего закона о возвращении религиозным организациям площадей, которые когда-то им принадлежали, мы и подняли этот вопрос, – объясняет свою позицию отец Петр. – Но не сразу. Мы долго терпели, что жители сделали парковку на территории монастыря. Пытались договориться мирно. Только после двухлетнего конфликта с местным ТСЖ подняли документы – и выяснилось, что подвальное помещение, как и территория у дома, законно принадлежит монастырю. Поверьте, ни в коем случае я не хотел Александра Ильича (Петлюру) выселять из его мастерской. Но местное ТСЖ вознамерилось подвальное помещение взять в свою собственность. Сейчас идут суды. А я прошу, чтобы Александру Ильичу выделили еще большее помещение. Ему уже несколько предоставили на выбор.

«Они хотят нас выжить»

Впрочем, Петлюра бодается не один. Возмущаются все жители дома. В прошлом году на втором этаже произошел пожар. Пожарные машины не смогли въехать во двор, потому что монастырь установил там строительные бытовки: 3 года назад в Высоко-Петровском монастыре начались реставрационные работы... 

– Посмотрите, они покрасили краской фасады, а кирпич-то весь гнилой. Все валится, фундамент оседает, – негодует заместитель председателя местного ТСЖ Андрей Васьков. – Такое впечатление, что вместо того, чтобы восстанавливать свой монастырь, они хотят нас выжить из нашего же дома.

Прошлогодний пожар «помог» жителям дома отстоять свою территорию – суд обязал сделать разметку во дворе для транспорта оперативных служб. Но парковаться жителям дома по-прежнему нельзя – только служителям церкви. Мы сами видели, как под колокольней стоят огромные дорогие черные машины гостей отца Петра.

По документам комплекс зданий и дом, который находится на пересечении улицы Петровка и Петровского бульвара, с 1900 года действительно принадлежали Высоко-Петровскому монастырю. После революции имущество перешло государству, но в монастыре еще долго действовала одна из самых больших подпольных монашеских общин в СССР. В 1929 году была закрыта последняя церковь прихода, на территории монастыря разместился завод по ремонту сельскохозяйственной техники. Часть монастырских построек, в том числе и доходный дом, была отдана под коммуналки. 

Только в 1959 году монастырь получил статус памятника архитектуры, коммунальные квартиры и цеха были выселены, а на их место пришли различные ведомства Министерства культуры. Но в доме остались жильцы. В 1992 году комплекс зданий монастыря был передан Русской православной церкви, в 2009 году здесь вновь открылся монастырь. Коммуналки в 1990-х постепенно расселили, сегодня здесь 9 приватизированных квартир.

«На все воля Божья...»

– У одной нашей жительницы дочь-инвалид. Из-за новых правил она не может девочку подвезти на машине к подъезду, – возмущается председатель ТСЖ «Петровка, 28» Елена Любезнова. – Причем мы не хотели иметь никаких конфликтов с церковью, много лет жили мирно и дружно. Но когда появился отец Петр, все пошло по-другому… Мы пишем письма с просьбами, подаем в суд иски, предлагаем им сделать сервитут, чтобы обоюдно пользоваться территорией. Но нам везде пока отказывают.

Мы не против, чтобы подвал принадлежал церкви, но хотим знать, как его будут использовать. Там же находятся коммуникации: газ, вода. Мы должны хотя бы знать, кто там находится. Это наша безопасность. А сейчас в подвале живут какие-то люди, якобы православные паломники. Священники монастыря говорят елейным голосом, но за нашей спиной поступают абсолютно не по-человечески!

Мы попробовали достучаться в закрытый подвал – бесполезно. Никто не открыл. Мало того, там до сих пор находятся вещи из коллекции Петлюры. 

– Я тридцать лет собирал музей, который сам сделал, хранил там вещи. И только сейчас, когда я начал говорить об этой ситуации в прессе, мне стали иногда позволять туда входить, – замечает художник. – Жизнь жильцов нашего дома превратилась в административную борьбу с церковью. И к сожалению, люди, представляющие РПЦ, ведут себя с нами по-хамски.

Отец Петр (справа) уверяет, что личного конфликта с Петлюрой у него нет // фото: Андрей Струнин / "Собеседник"

На вопрос «Собеседника», есть ли у него в планах расселить дом и сделать его собственностью монастыря, отец Петр лишь рассмеялся:

– Вы знаете, сколько это будет стоить?! Таких денег у Русской православной церкви нет. Конечно, мы об этом даже не думаем...

Одна из жительниц дома, которая попросила не называть ее имя, рассказала, как однажды обратилась в монастырь с просьбой пропустить во двор дома машину «Мосгаза». Но получила отказ. А на вопрос: «У меня двое детей, мы что, должны взлететь на воздух?!» – услышала ответ: «На все воля Божья!»

* * *

Материал вышел в издании «Собеседник» №22-2018.

Теги: РПЦ

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания