Новости дня

11 декабря, понедельник










































10 декабря, воскресенье



Настенька из фильма "Морозко": Наслаждаться славой было некогда

«Собеседник» №6-2016

Наталия Седых в роли Настеньки в фильме «Морозко» // Global Look Press

Sobesednik.ru узнал, что стало со звездой фильма «Морозко» Наталией Седых и чем она занимается в последние годы.

Наталия Седых, а для поклонников советского кино – «Настенька» из зимней сказки «Морозко», живет в Москве. Всем довольна, судьба, говорит, сложилась. И мир посмотрела (работая в балете в Большом театре), и любовь не обошла ее стороной, и сына воспитала-вырастила.

– Я езжу на фестивали, иногда работаю там в жюри, часто снимаюсь на телевидении, у меня бывают журналисты, – рассказывает актриса. – Несколько лет назад снялась в фильме у Веры Сторожевой «Лучшее время года».

«Не делать никому зла, наслаждаться природой, музыкой, общением с приятными людьми» – у актрисы, в общем-то, простые рецепты счастья.

Узнаваемый голос

[:rsame:]

Наталия пригласила нас в гости. Открыла дверь – стройная, воздушная. Предложила радушно:

– Проходите на кухню, я заварю вам кофе. Или лучше чай – вам черный, зеленый?

Голос! Очень узнаваемый! Сразу вспомнилось: «Тепло ли тебе, девица? – Тепло, Морозушка, тепло, батюшка!»

– С голосом вышла интересная история, – с теплой улыбкой вспоминает наша собеседница. – На съемках сказки меня с трудом «слышал» микрофон. Инночка Чурикова, которая сыграла Марфушку, даже повезла меня к известному педагогу по речи – чтобы помог, сделал мой голос более громким. Педагог – мудрая женщина – спросила меня: «И что, вы собираетесь быть драматической актрисой?». Я ответила: «Нет, нет, моё призвание – танец». Это правда. Я танцую сколько себя помню, с самого детства: едва заслышав музыку, начинала танцевать. В четыре года меня отдали в фигурное катание, позже я перешла в балет и училась в школе при Большом театре. «Если вы не собираетесь быть актрисой, то не надо ничего делать с голосом, – сказала педагог. – Иначе потеряете свою индивидуальность. А в кино можно сниматься и так – звукорежиссеры всегда "вытянут"».

Народная душа

На главную роль скромной девочки-сиротки в «Морозко» пробовали многих. В том числе Надежду Румянцеву. Но режиссер-сказочник Александр Роу отдал предпочтение 15-летней Седых, которую случайно увидел по телевизору в ледовом новогоднем празднике, который транслировался по телевидению, у нее был номер «Умирающий лебедь».

Было Наталье тогда всего 15 лет. Совсем ребенок. На съемках ее сопровождала мама.

[:rsame:]

О Роу Наталья вспоминает с большим пиететом:

– У Александра Артуровича, знаете, такая русская народная душа. Притом что он, кстати, сам не русский – папа ирландец, мама гречанка. Но родился он в России (родители приехали сюда работать), вырос среди березок в Ивановской области. Эти березки он потом во всех своих фильмах снимал. Сказочником надо родиться.

Роу был очень мудрым, – продолжает наша собеседница. – При этом по-детски наивен. Помню забавный случай. Часть съемок проходила на Кольском полуострове за Полярным кругом. Гостиница, где мы жили, была очень скромная, прямо с фанерными стеночками – всё слышно. Как-то в редкий выходной наш оператор решил днем вздремнуть. Повесил записку на своей двери: «Прошу не беспокоить, я сплю». Я жила в соседнем номере. Вдруг слышу громогласно-задумчивый голос Александра Артуровича – он громко читает вслух: «Хм! "Я сплю!" Надо же! Он спит! Какая жалость!!! А я хотел с ним обсудить завтрашние съемки!!! Ну, если он спит, тогда я пойду!!!». Он не нарочно так громко говорил. Просто не подумал, что нечаянно, своими возгласами, разбудит беднягу-оператора. Но тот уже проснулся, доносится его горький возглас, обращенный к Роу: «Ладно, заходи уже! (они были на «ты») – уснешь с тобой!»

Среди ролей нет ни одной случайной

– Фильм вышел на экраны, вы стали звездой экрана – жизнь тогда изменилась?

– Наслаждаться славой было некогда, поскольку я училась в школе при Большом театре. Занятия у нас начинались в 10 утра, потом репетиции, порой мы освобождались чуть ли не ближе к полуночи. Это занимало всё мое свободное время, остальное мало волновало.

Наталия Седых в роли Настеньки в фильме «Морозко» / Global Look Press

– Говорят и пишут, что однажды вы позвонили во все киностудии и попросили убрать вашу фамилию и фото из актерских баз. Вас кто-то обидел?

– Это не совсем так. Это мне позвонили с очередным предложением сняться в картине. На что я ответила, что прошу аннулировать мое досье и никогда мне больше не звонить.

Я бы с удовольствием продолжала работать в кино. Но увы, каждый мой отъезд на съемки сопровождался скандалом в Большом театре. Да и невозможно было совмещать – и балет отнимает всё свободное время, и съемкам надо отдаваться целиком. Пришлось принимать решение. Последней каплей стал фильм «Любовь к трем апельсинам», где сыграла принцессу Нинетту. Снимали неторопливо, я просиживала часы на лавке в гриме – с наклеенными ресницами, локонами до колена и в трико телесного цвета. В таком виде даже в буфет не пойдешь! Сидела и размышляла, что в обожаемом балете кипит жизнь… А я тут сижу… Всё, хватит – никакого кино! Не удержалась, сыграла еще в одном фильме – «Голубой лед». Но тут – другое дело: ведь лента о фигурном катании, а моим партнером был сам Александр Горелик, я не смогла отказаться. Я сама выбирала роли. Был важен материал, а также время съемок – чтобы совпадало с отпуском.

Мне Александр Артурович как-то сказал: «Ты начала с главной роли – и никогда не соглашайся на второстепенные». Я очень хорошо запомнила его наставление. Единственная роль второго плана – в картине «Дети Дон-Кихота», но это очень яркая роль. Не могу сказать, что кино прошло мимо. «Морозко», «Огонь, вода и медные трубы», «Дети Дон-Кихота» показывают очень часто. Я оставила своей след в этом искусстве, и очень яркий. И в балете – главные роли, и зарубежные поездки, грех жаловаться. 15 лет служила в театре «У Никитских ворот», переиграла почти весь репертуар. Несколько лет назад ушла из театра. Сейчас просто живу, наслаждаюсь. Какая чудесная зима – обожаю это время года: снега-меха. Мне зимы не хватает. Снег обожаю, лед, на коньках покататься.

[:rsame:]

– Чем увлекаетесь, кроме танцев? Политикой, например?

– Кстати, да – люблю слушать политические ток-шоу. Очень люблю языки, просто для себя выучила французский и английский. Обожаю читать учебники – не смейтесь – иностранного языка, они для меня как детективы… Люблю рисовать – карандаш, акварель.

Сын уже взрослый и сейчас живет в Петербурге. Закончил факультет международных отношений, работает в строительном бизнесе.

– Если вас сейчас позовут в кино на хорошую роль, согласитесь?

– Конечно. Теперь же я не в Большом театре.

«Вели разговоры только о моде, или о романах»

– Всякое в жизни бывало, но я плохое забываю, я так устроена. И Большой театр тоже вспоминаю как сказку. Вот говорят, будто в балете и дружбы-то нет. А у нас – была. И есть. Мы с девочками из одной гримерной (нас было семеро) дружим до сих пор, часто встречаемся. Во- первых, мы все красивые, никогда не завидовали друг другу. Ну и характеры не стервозные. Мы слышали: из соседних гримерных, рядом с нашей или напротив, неслось «такая-то потолстела, эта кривая, та с пируэта упала». В наших стенах такие темы были под негласным запретом. Мы вели разговоры только о моде – и о романах.

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания