Новости дня

14 декабря, четверг













































Наталья Громушкина: Когда против меня объединились сын и муж, стало не до шуток


Андрей Струнин

Актриса Наталья Громушкина дебютировала в кино в возрасте 11 лет. Уже тогда стало ясно: у девочки большое будущее. Сейчас яркая и харизматичная актриса – счастливая жена и мама двоих детей. О своей теперешней личной жизни Наталья рассказывает с удовольствием, а вот о первом браке – с актером Александром Домогаровым – даже не вспоминает, словно его и не было.

– Наталья, год назад вы стали мамой второй раз. Но, даже будучи беременной, не бросили работу. Правда ли, что съемочная группа, включая режиссера, даже не подозревала, что вы в интересном положении? Впрочем, так вы поступили и во время первой беременности, снимаясь в «Ундине»...

[:same:]

– Да, действительно, когда я родила Гордея, многие удивлялись: «А она что, была беременна?» Мне тогда зима помогла, потому что шубы и свитера скрывали живот. В фильме «Альпинисты» я снималась на седьмом месяце беременности. Да, от работы я не отказалась, но я не делала ничего такого, что могло бы навредить здоровью ребенка.

– Но бегать по горам довольно сложно.

– У меня, слава Богу, не было никаких токсикозов, физических недомоганий, я чувствовала себя хорошо. Более того, у меня даже была постельная сцена, – улыбнулась актриса, – естественно, о моем положении никто не знал – ни режиссер, ни продюсер, ни артисты. Это осталось незамеченным, хотя в принципе, конечно, в кадре видно, что я не в привычной для себя форме, слегка пышная. О моей беременности продюсер узнал только после родов. Он позвонил, кричал мне в трубку: «Громушкина, ты что, сумасшедшая? Почему я ничего не знал?» Я говорю: «Если б я вам об этом сказала заранее, вы бы не подписали со мной контракт. И вряд ли у меня была бы эта роль».

Для меня что первая, что вторая беременность – это радость во всех смыслах этого слова. И рожала каждый раз очень легко и радостно, ведь это праздник, Божий подарок, счастье. Иногда у женщин роды проходят сложно, и потом они вспоминают о процессе появления ребенка на свет не всегда с восторгом. Многие говорят: «Нет, я больше никогда рожать не буду. Никогда».

Я говорю: у меня не так…

Не хочу гневить Бога и хвастаться, но спасибо, что было так.

/

– То есть вы готовы к рождению третьего ребенка?

– Ну, может быть, спустя время.

– Недавно я разговаривала с вашим мужем, актером Ильей Оболонковым. Он рассказывал, что после развода с Домогаровым вы были совершенно неприступной.

[:rsame:]

– Да. Я девушка непростая.

– Вы не хотели никаких серьезных отношений, потому что решили, что мужчин в вашей жизни больше не будет?

– Я не говорила о том, что мужчины в моей жизни больше не будет. Просто сам факт каких-то серьезных взаимоотношений со всеми вытекающими последствиями... пожалуй, да, мне не хотелось. Причем категорически. Мне было комфортно в том статусе, в котором я находилась. Я актриса, мама, у меня рос сын. Так что программа-минимум была выполнена. И Илья потратил много сил и времени на то, чтобы убедить меня: его намерения серьезны и чувства чисты. Я долго мотала парню нервы и не собиралась отвечать взаимностью. В очередной раз я, чтобы отделаться от его ухаживаний, в ответ на предложение руки и сердца сказала: «Знаешь что? Сначала ты поговоришь с моим сыном Гордеем, и если Гордюша даст свое согласие, тогда мы можем что-то дальше обсуждать». Я пыталась перевести все в шутку, увести разговор в сторону, надеясь – авось все само рассосется. А Гордею тогда пять лет было. Я сказала это Илье, а потом почти забыла. Но через какое-то время, может, через пару месяцев, ко мне подошел сын и говорит: «Мам, мы тут пообщались, поговорили с Ильей, в общем, я согласен». И вот тут уже было не до шуток. Ведь двое мужчин объединились против меня.

/

– Какое-то время вы жили втроем. Мама Ильи очень полюбила Гордея, и он называет ее бабой Таней. А как Гордюша отнесся к появлению сестрички?

– Ревность у него, безусловно, была. Но на Гордея была возложена очень серьезная ответственность – сказать своей бабушке, моей маме, что у нее будет внучка. Он прекрасно справился с задачей. Гордей у нас – как семейный адвокат. Сейчас ему девять лет, у него хорошие мозги, прекрасное чувство юмора, он все и всегда понимающий. С сестричкой Илианой они просто обожают друг друга. Для меня они – неимоверное счастье. И хотя Илиана Ильинична еще мелкая, она уже очень разумная особа. И я стараюсь со своими детьми говорить на равных. С детьми надо разговаривать. Это не значит, что им нужно потакать в желаниях и слабостях, но нельзя ставить, например, как у меня это было в детстве, вопрос ребром: «Так, и никак по-другому». Надо обсуждать, выяснять причины. По каким причинам ребенок что-то не хочет делать? Надо взвесить все «за» и «против». Я, например, говорю Гордею: «Объясни, почему нет? Аргументируй. Придумай мне три-четыре предложения, почему ты говоришь «нет». Он мне, значит, выдает три-четыре предложения. Я говорю: «Хорошо. А теперь подумай так, чисто риторически, а вот если бы «да», то что бы это могло быть?» Ну, то есть в игровой форме или еще что-то такое. Должен быть постоянный диалог.

[:rsame:]

– То есть вы психолог, а папа у вас в семье карательный орган?

– Нет, наказывающий орган все-таки, видимо, я. Скажем так, кроме меня, в семье никто на себя такую ответственность взять не может. Если вдруг что – все сразу в кусты. Поэтому мама – главная гроза. И если вдруг у нас неуспевание по каким-то предметам в школе или еще что-то, Гордею говорится: «Вот мы сейчас маме расскажем!» И сразу всё решается.

– А с папой Гордей общается (имя отца мальчика актриса принципиально не называет. – Ред.)?

– А мы сейчас эту тему закроем, не обсуждаем. Да. У Гордюши есть родители, и это самое главное.

– Вы сказали, что ваша мама говорила: «Или так, или никак». Теперь она перевоспиталась или с внуком пытается разговаривать так же?

– Нет, она по-прежнему находится на своей волне. Переубедить ее практически невозможно. Иногда по этому поводу у нас возникают маленькие проблемы, но мы их тоже стараемся решать.

– Расскажите про дочку.

– Илечке годик, ей все интересно, все очень важно. В принципе как и у Гордюши в этом возрасте. Его мало интересовали игрушки. Ему было интереснее найти молоток, достать веник, совок, открыть кастрюли, из них домик построить. Когда ты на даче, где очень много места, пространства, это несложно. Можно ребенка время от времени развлекать и заинтересовывать разными вещами. То мы земляничку собираем, то смотрим, что выросло в огороде, то рыбок в пруду считаем, то цветочки на бабушкиной клумбе нюхаем. Бедные бабушкины цветочки! Но сейчас мы научились нюхать их, не срывая. А раньше наша няня говорила: «Ой, я не знаю, что мы будем делать с цветочками в Москве…»

/

– Кстати, как вы няню выбирали? Проводили отбор?

– Мне повезло, я не проводила никаких кастингов. Все дело в том, что мы взяли ту же няню, которая вырастила Гордея. Она для нас член семьи. Я ей доверяю, возможно, даже больше, чем себе. Она иногда и нас, молодых родителей, выстраивает: «Так. Что это такое сейчас? Не баловать мне ребенка! Не разгуливать! Сейчас нужно спать укладываться». Или еще что-то такое.

– Вы выглядите прекрасно, но ведь иногда хочется походить в спортивных брюках, халате...

[:rsame:]

– Мужу иногда стыдно за меня. Например, когда я отправляюсь в магазин, или за ребенком в школу, или на дачу, то не думаю, подойдет ли сейчас эта юбка или платье. Надеваю удобную одежду: треники, футболку какую-нибудь, кофту с капюшоном, кроссовки. Мне удобно. Илюше нет. Он говорит: «Боже мой!» Ему становится неловко: «Ну, надень что-нибудь другое». Я говорю: «Зачем? Есть куда надевать такие вещи». Я очень практичный человек. Мне должно быть удобно. Мне должно быть комфортно.

– У вас счастливый брак сейчас?

– Вы знаете, я не люблю загадывать. Жизнь течет, изменяется. Разное бывает. Но на данный момент, вот на данную секунду – да, безусловно. Но и, как поется в известной песне, «есть только миг, за него и держись, именно он называется жизнь». Самое главное – это позитивное восприятие жизни, и себя, и окружения. Человеческий мозг как компьютер, и мы его можем запрограммировать. Этому я научилась, еще будучи с Гордюшей в пузике. Я отсекаю от себя негатив, негативную информацию. Вот мне не нравится человек – я не буду с ним общаться. Может быть, кто-то скажет, что я пассивная в жизни. Хорошо. Но меня должен окружать один позитив. Я не смотрю идиотские передачи, я не смотрю грустное кино, не читаю отвратительную прессу. Я нахожусь в своем позитивном мире, пусть даже в искусственном. Но мне так удобно, комфортно. Я всегда себе говорю, что у меня будет все только хорошо. Просто не может быть по-другому, это раз. Во-вторых, я очень внимательно прислушиваюсь к своему организму. Потому что наш организм нам многое показывает, рассказывает, мы просто не умеем это слышать. Нужно постараться понимать свои потребности, и тогда все будет прекрасно!

фото: Анатолий Ломохов, Андрей Струнин/«Собеседник», Геннадий Усоев, Борис Кремер, Сергей Иванов, Russian Look, Ruskino

 

 

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания