Новости дня

11 декабря, понедельник




10 декабря, воскресенье























09 декабря, суббота


















У Алисы Гребенщиковой новый роман

0

Популярная молодая актриса Алиса Гребенщикова у многих вызывает сочувствие. Мол, симпатичная, талантливая, а личного счастья нет. И действительно, она одна растит чудесного двухлетнего сына Алешу. Но Алиса уверяет, что довольна жизнью, и не торопится себя связывать какими-либо обязательствами, хотя рядом с ней появился достойный мужчина.

Сразу после окончания съемок в сериале «Вера, Надежда, Любовь» Алиса Гребенщикова в своем интернет-дневнике разместила запись: «Когда читала сценарий, я поняла, что мне очень нужно пройти через эту историю, сказать на экране те слова, которые никогда не решусь произнести в жизни. Роль молодой Нади стала для меня психотерапией, поселившись в ней, я решала свои внутренние проблемы, пожалуй, это для меня самое важное». С тех пор прошло полгода. Сериал с успехом показали по телевидению. Мне подумалось: «Вероятно, та самая «психотерапия», о которой упомянула Алиса, должна была изменить ее взгляды на жизнь и как-то отразиться на ее взаимоотношениях с близкими людьми». Ведь известно, что в личной жизни этой молодой актрисы немало проблем. И как выяснилось, я не ошиблась.

Мы с Алисой встретились после ее возвращения из очередной поездки по стране в составе ледового шоу.

– Неужели и в самом деле, работая над ролью Нади, вы смогли решить свои личные внутренние проблемы?

 – Я стараюсь именно так подходить к работе: понимать, что и для чего я делаю. Почему я вообще снимаюсь в кино? Не потому, что мне нравится слушать: «Мотор, камера, начали!» И тем более не потому, что я хочу заработать денег или мне скучно сидеть дома. Я хочу развиваться, по-человечески в первую очередь. У меня был внутренний вопрос: нужно ли верить в любовь, несмотря ни на что?

– Как вы на него ответили?

– Нужно верить. И пример моей героини для меня оказался таким уроком: она верила, что будет с любимым мужчиной. И в итоге она с ним и прожила долгую счастливую жизнь. Для меня это был важный вопрос: ждать ли, надеяться? Пройдя дорогу Надежды, я для себя сделала вывод: обязательно надо ждать.

– Только ждать и верить и ничего не предпринимать для осуществления надежд?

– Специально делать ничего не стоит. Мне кажется, все происходящее с нами большей частью происходит в нашей голове. Все дело в нашем отношении к нему. Самое важное – уметь на что-то открыть глаза, а на что-то закрыть. И каждый выбирает для себя, на что он открывает, а на что закрывает.

– Прожив жизнь вашей героини, вы что-то изменили в себе?

– Я стала спокойнее. Во мне появилась уверенность в собственной правоте. Несмотря на то, что Надежда более смелый человек, чем я, и резкий. Я такая мягкая, как пластилин, более гибкая. Если у меня хорошее настроение, то что бы ни происходило, могу себя убедить: все хорошо. Но иногда надо проявлять твердость.

– То есть все-таки твердость. А прощать надо?

– Ну, я не знаю, что можно не простить, если хочешь простить.

– Подлость, к примеру.

– Понятие подлость размыто. И все в него вкладывают разные значения. Так же, как я не могу понять, что такое предательство.

– Мужчина изменил: это предательство, подлость или повод в себе покопаться, простить и стараться наладить отношения?

– Среди знакомых не знаю таких мужчин, которые бы не изменяли своим женщинам.

– Одно дело, когда другие изменяют, а другое дело, когда предал свой.

– Свой – очень неприятно. Но это исходные данные. Когда покупаешь лошадь, ты знаешь, что покупаешь ее с седлом и уздечкой. Это идет в комплекте. Просто нужно иметь в виду, что мужчины такие. Бывают, конечно, и исключения. Я знаю совершенно фееричные истории, когда безумно влюбленные мужчины вдруг заводили связи с абсолютно неинтересными им женщинами. Спрашиваю: «Почему?» Мне отвечают: «Так получилось».

– Вы можете себя назвать сильной женщиной?

– Я не совсем понимаю, какая женщина – сильная… Одна хочет быть впереди планеты всей и готова отдать ребенка няне, а сама зарабатывать на квартиру. Такая женщина по-своему права. И наверное, эта женщина считается сильной. А другая говорит: лучше я сама буду воспитывать своего ребенка, но буду жить в гораздо менее комфортных жилищных условиях. Вот я не зарабатываю на квартиру. Год и месяц была в декрете.

– На что вы жили, вам кто-то помогал?

– Как-то жила, не шиковала.

– Вы жили на те деньги, которые прежде заработали сами, или все-таки у вас было на кого опереться?

– Я не былинка на ветру. У меня есть родные, близкие.

– Это мама, папа или, может, отец вашего сына – Сергей Дандурян?

– Давайте ограничимся тем, что я уже сказала: родные и близкие. Да и я до родов много работала. Но квартиры собственной у меня нет.

– А ведь прежде вы говорили, что у вас была общая квартира с Сергеем. (Алиса жила в районе Чистых прудов с бывшим гражданским мужем. – О.У.)

– Мы говорим о том, что я имею сейчас. Квартиры у меня нет. Я живу в арендованном жилье. Но пока не сделала ничего для того, чтобы заработать на нее, хотя теоретически у меня есть такая возможность: отвезти ребенка к моим родителям в Санкт-Петербург, а самой впахивать, пытаясь что-то устроить. Но я для себя другую дорогу выбрала. И не сильная я, а обычная очень… Мне нравится, просыпаясь, улыбаться. И благодарить судьбу за то, что живу так, как живу сейчас. А не просыпаться с ужасом, что мне надо идти и делать то, что мне не нравится.

– Вы живете в обычном дачном поселке или это элитное поселение?

– Обычный поселок. Живу там круглый год.

– Когда вы поняли, что остались с сыном одна, – это было для вас катастрофой?

– Это же происходит не в секунду, не как гром среди ясного неба. Я понимала, что ситуация разрешится именно таким образом, и готовила себя. В таких случаях мы делаем все для того, чтобы либо решить проблему, либо чтобы усугубить. Или рвешь, или зашиваешь. Я разорвала.

– Почему именно так поступили, ведь, по вашим словам, нет ничего такого, чего нельзя поправить?

– Надо понимать, что ты хочешь получить в дальнейшем. Это как в шашках – ты просчитываешь на пять шагов вперед. Сделаешь один шаг, он повлечет за собой другой и так далее. В итоге в дамках не ты, а тот, кто играл против тебя. Понимаете, в какой-то момент задаешь себе вопрос: «Хочу ли я с этим человеком через 30 лет вместе обсуждать дневник наших внуков?» И если отвечаешь «нет», то зачем сейчас что-то зашивать.

– Все-таки с Сергеем Дандуряном вы были вместе больше пяти лет.

– Пять лет я отвечала себе «да», а потом – «нет».

– Именно в тот момент, когда у вас появился ребенок. Вас сильно обидели чем-то?

– Нет, совершенно. Никто не обижал, нисколько. Меня сложно обидеть. Если хорошо знаешь человека, то понимаешь, что им движет: эмоции или злой умысел. Например, если ты от близкого человека слышишь какую-то злую реплику, можно обидеться. Но эта реплика могла быть сказана в ответ на твое несвоевременное замечание о чем-то. То есть попала под горячую руку. Зачем-то полезла в неподходящий момент с какой-то ерундой. Можно обижаться, а можно сказать себе: «Сама  дура». Когда смотришь на ситуацию с позиции другого человека, тебе многое становится понятно. Если хочешь найти конструктивное решение проблемы, нельзя на нее смотреть, надев шоры. Иначе многого не увидишь.

– А что такого сделал Сергей, что вы больше не захотели оставаться с ним ни дня?

– Ничего.

– Он вас забирал с сынишкой из роддома. Казалось, у вас все хорошо.

– Не важно, кто кому что сказал, кто что сделал, кто обидел – не обидел. Важно, чего мы хотим в итоге. Если мы хотим найти общий язык, мы его найдем. Каждый из нас выбирает для себя комфортную форму существования. Мне сейчас хорошо вот так, как я живу. Но это не значит, что мы с Сережей не общаемся.

– Вот как? Ведь до сих пор вы говорили обратное.

– У нас нормальные человеческие отношения. Существует общее стремление прессы обострить ситуацию, чтобы поднять тираж, чтобы читатели рыдали еще над одной горькой судьбой. Нравится людям писать, что мы не общаемся – пусть пишут. А мы общаемся!
– Какие поводы у вас с Сергеем для общения – ребенок или не только?

– Мы живем врозь. Нам так комфортно.

– Сережа общается с ребенком?

– Мы общаемся так, как нам комфортно в нашей сложившейся ситуации. Наши отношения не стоят на месте, не заморожены. Достаточно того, что мы общаемся, подробности – это лишнее.

– Писали, якобы Сергей лишь однажды после выписки из роддома видел сына.

– Есть клише: вот она пусть будет несчастной матерью-одиночкой, которую бросили. Похожа я на несчастную женщину? Я себя несчастной не ощущаю. Но если кому-то хочется создавать такой образ – ну и ладно. Мои близкие и я знаем, как обстоят дела на самом деле.

И здесь пора немного пояснить ситуацию. Всего лишь полгода назад один из глянцевых журналов, а вовсе не желтая пресса, опубликовал пространное интервью с Алисой. Для этого издания она согласилась и на фотосессию. Тогда актриса призналась: разлад с Сергеем Дандуряном начался с момента, когда она узнала о беременности. Однажды Сергей ей сказал: «Уходи!» Алиса собрала вещи и хлопнула дверью. Жить ей было негде, но выручила подруга Лика Кремер, пригласив поселиться временно у нее. Выйдя с сынишкой из роддома, Алиса какое-то время гостила у другой подруги, а потом сняла дом в 40 км от Москвы в сосновом бору, где и до сих пор живет с маленьким сыном и мамой.
Либо глянец писал неправду, либо сейчас у Алисы появились веские причины, чтобы представлять конфликт с бывшим мужем в ином свете.

– После рождения сына вы с Дандуряном не жили вместе ни дня?

– Жили.

– Возможно ли, что когда-нибудь вы с Сергеем будете снова вместе?

– Не исключаю такой возможности. Но к чему это сейчас: если бы да кабы. Не хочу жить мыслями о будущем. Должно быть хорошо сейчас, ведь никто не знает, сколько нам отпущено. Хочу каждую минуту проживать остро, ярко, наполненно. Планировать работу необходимо, но личную жизнь планировать не следует. Обстоятельства могут измениться вмиг.

– И все-таки вы можете сказать: у моего сына есть папа?

– Мне бы хотелось, чтобы его в жизни сына было больше.

– А в вашей жизни есть другой мужчина, кроме Сергея?

– Есть люди, на которых я могу рассчитывать в сложной ситуации.

– Тогда точнее: любимый мужчина у вас сейчас есть?

– Я с большой ответственностью отношусь к слову «любовь», хотя не очень понимаю, что это такое. У меня есть близкий человек, которого я очень хорошо знаю. У меня с ним отношения – то ближе, то дальше. Мы очень давно вместе, это, наверное, больше дружба. Где эта грань… Как бы поточнее объяснить. Представьте: идешь по коридору, где много дверей. На одной из них загорается табличка «крепкая взаимная симпатия». Но это не изолированная комната, а смежная. А следующая дверь с табличкой «любовь». Дверь приоткрыта. Человек, который находится за дверью, может ее открыть и протянуть тебе руку. Ты можешь зайти в эту комнату. Но это большая ответственность. Пока мне комфортно так, как есть, и я знаю, если мне понадобится поддержка, то я ее получу в любой момент.

справка


 Алиса Гребенщикова – актриса театра и кино, 32 года. Снималась в фильмах «Водитель для Веры», «Ванечка», «Любовь-морковь», в сериалах «Ундина», «Вера, Надежда, Любовь».

 В 2007 году участвовала в ледовом шоу Ильи Авербуха «Ледниковый период». С фигуристом Алексеем Тихоновым выступала, уже будучи беременной. Покорив зрителей искренностью и красивым катанием, заняла третье место. В 2009 году участвовала в третьем сезоне шоу в паре с Максимом Стависким.

 Алиса – дочь Бориса Гребенщикова, лидера популярной группы «Аквариум». Она родилась от его первого брака – с Натальей Козловской. Родители разошлись, едва девочке исполнилось два года.



Ольга Ульянова
поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания