Новости дня

17 декабря, воскресенье

































16 декабря, суббота












Евгений Жариков: Зову жену Гвоздиком, а она меня – Ежиком

0

Женщины до сих пор смотрят ему вслед влюбленными глазами, а мужчины сразу выпрямляют спину и спешат протянуть руку для приветствия. У него все такие же лучистые глаза, какими их знают поклонники легендарного телефильма «Рожденная революцией». 26 февраля знаменитому актеру Евгению Жарикову исполнится 70 лет.  "Только звезды" встретились с Евгением Ильичом в его любимом итальянском ресторане накануне юбилея.

Сев за стол, Жариков сразу достает сигарету и закуривает.

– Только Наташе не говорите, – просит актер. – Я позволяю себе покурить, когда вырываюсь из дома.

– Смолить-то давно начали?

– В 15 лет я стал сам покупать себе сигареты. Работал на овощных базах, помогал арбузы разгружать с машин. Мы с ребятами вставали в цепочку и передавали их друг другу. Один, конечно, роняли, потом съедали его всей компанией. Иногда нам за работу денежку давали.

– Помните, кем вы тогда мечтали стать?

– Я хотел быть геологом, фотографом, оператором, а стал артистом. Уже пятьдесят лет, как я в кино, начиная с первого курса института. А ведь в школе меня ругали за хулиганство и не верили, что из меня получится что-то путное! Я был очень активным парнем (смеется). Когда мы ездили на картошку, то устраивали там всякие… дела. Например, однажды наш классный руководитель за ухо меня вытащил от девчонок.

– Ого! Вы подсматривали, что ли?

– Что вы! Мы с ними спали друг напротив друга на полу. Я просто переполз от мальчишек к девчонкам. Они такой визг подняли!

– Девочки в школе дрались за ваше внимание?

– Наверное, но я ничего про это не знаю. Я никогда не обращал внимания на свое лицо, хотя меня очень часто сравнивали с Аленом Делоном. Даже мой учитель, благодаря которому я и пошел в артисты, вызывая к доске, дразнил: «Иди сюда, Аполлон Замоскворецкий!» (Смеется.) А в пионерском лагере у меня было четыре «жены». Помню даже, как звали двух из них: Фрида и Наташа. Мы отдыхали в элитном пионерском лагере. Мой отец был писателем, и меня отправили в лагерь от Литфонда. Помню, однажды мы с друзьями залезли к девчатам в палату, намазались зубным порошком и фонариком снизу освещали себе лицо! Девчонки просто пищали от страха. Потом мы разъехались, и больше я своих «жен» никогда не видел.

– А первую любовь свою помните? Наверное, это была самая красивая девочка в школе?

– Ее звали Вика Ференс. Наши отцы дружили, и мы с ней часто встречались у них дома. Помню, мы с Викой хотели пойти на похороны Сталина, но нас родители не пустили. И правильно сделали! Проститься с вождем шли столько людей, нас бы просто затоптали! Когда толпа схлынула, на улице валялось множество башмаков. Людей же давили безбожно, и обувь с них спадала.

– Почему вы не захотели пойти на похороны Сталина со старшим братом Валентином?

– Он тогда уже учился в суворовском училище. Кстати, дослужился до звания полковника. Сейчас брат на пенсии. В молодости мы были с ним очень похожи. Когда он приезжал с учений, я надевал его парадную форму, а он – гражданскую одежду, и мы шли вместе гулять. У меня были его документы, я шел и козырял всем офицерам, которых встречал по дороге. Валя – мой самый справедливый критик. Он все фильмы с моим участием видел. Но особенно ему нравится «Три плюс два».

– В этом фильме главные герои отдыхают дикарями на берегу Черного моря. Вы когда-нибудь жили так же, вдали от цивилизации?

– Я не отдыхал 14 лет подряд! Все время работал, не уставал сниматься. Когда женился на Наташе, она заставила меня взять отпуск сразу на два месяца, и мы поехали в Коктебель.

– В фильме ваш герой – дипломат Вадим ухаживает за героиней Натальи Кустинской. А в жизни вы не пробовали приударить за ней?

– На съемках «Три плюс два» царила романтическая обстановка. У Фатеевой с Мироновым сразу завязался роман. Я же тогда был первый раз женат, поэтому приехал с женой. Так что Кустинской не обломилось (смеется).

– Ходят слухи, что когда вы делали предложение первой жене, то были сильно подшофе…

– (Жариков говорит пьяным голосом.) «Да я женюсь на тебе!» – так я сказал своей будущей жене. И женился потом. Она была старше меня на пять лет, работала тренером по фигурному катанию. Детей у нас не было, поэтому брак распался через 12 лет. Свадьбы как таковой у нас тоже не было… Поэтому, когда Гвоздикова согласилась выйти за меня замуж, я сделал все возможное, чтобы нашу свадьбу Наташа запомнила на всю жизнь.

– Правда ли, что Наталья Гвоздикова год не говорила вам ни да, ни нет?

– Не совсем так. Мы в это время снимались в Киеве в телефильме «Рожденная революцией» и не могли даже выкроить свободного времени на свадьбу. Так продолжалось год! Потом нам все же дали выходной. Мы с Наташей поехали в Москву, подали заявление и расписались. На нашей свадьбе было всего
11 человек – мои родные, мама Наташи и ее подруга. Я до сих пор помню, что Наташа надела белое пуховое платье, она была просто безумно хороша.

– Вы с Натальей Федоровной женаты больше тридцати лет. Романтика осталась в отношениях или быт все поглотил?

– Я делаю все возможное, чтобы быт нас не поглотил. Часто дарю жене цветы. Причем не только по праздникам, но и просто так. Проезжаю мимо цветочного магазина, покупаю букет гвоздик и дома дарю ей. Когда я ухаживал за Наташей, подбирал с пола студии какой-нибудь гвоздь, которых там было видимо-невидимо, и громко так говорил: «Гвоздик мой маленький, кто это тебя так помял?» (Смеется.)

– Вы встретились с Гвоздиковой на съемках фильма «Возле этих окон». А ведь ваша встреча могла и не состояться…

– Нас заставили сниматься в этом фильме. Сначала мы с Наташей отказались от ролей, потому что сценарий показался глупым. Нас вызвала начальник актерского отдела и отчитала: «Что это вы себе позволяете! Зачем вы пришли на «Мосфильм»? Работать? Ну вот и работайте!» На съемочной площадке у нас закрутился роман, и когда у нас уже были пробы для «Рожденной революцией», я признался ей в любви. Это было романтично. Мы снимались в Киеве, шел снег, я встал на колени и долго объяснялся Наташе в любви. Брюки промокли насквозь, но я даже не обратил внимания на это – я тогда был жутко влюблен.

– А сейчас тоже влюблены?

– Конечно. Как в молодости, я Наташу ласково называю Гвоздиком. А она меня – Ежиком.

– В начале фильма «Рожденная революцией» ваш Николай Кондратьев истово верующий человек. Вы соблюдаете пост, молитвы знаете?

– У меня дедушка с бабушкой были глубоко верующими людьми. Когда мне было полгода, родители отдали меня им, чтобы я не умер от голода. Первое, что они сделали – окрестили меня. Мы все время ходили в церковь, я подпевал хору, знал молитвы назубок. Дед заставлял их учить. Он был крутого нрава. После смерти бабушки, в конце жизни, дед стал монахом Троице-Сергиевой лавры, а потом переехал в Печерский монастырь. Видимо, раскаивался в своих грехах. Он же бабушку сильно обижал, часто ее бил. Да и нам, его внукам, тоже доставалось: мог ложкой по лбу треснуть сильно, если мы что-то не так сделаем! И ведь было за что: я же с мальчишками соседскими страшно дрался.

– За дело дрались или, как говорится, силу некуда было девать?

– Да нам повод был не нужен. Когда я уже жил с родителями, мама пришла однажды из вечерней школы и увидела, что у меня вся морда разбита. Она как закричала: «Кто это так тебя?!» «Да это мы со Славкой подрались!» – нехотя ответил я. Она потащила меня к этому Славке. Пришли мы к нему домой, и мама увидела, что у того такое же разбитое лицо. Ну и никаких разборок она устраивать не стала – дала по шеям обоим, и дело с концом.

– Став постарше, вы так же быстро вскипали или все-таки стали поспокойнее?

– Когда надо было, я быстро расправлялся с обидчиками. Однажды я подрался с тремя мастерами спорта. Мы с Наташей приехали после съемок в гостиницу в Киеве. Я вышел из такси и, когда пересекал холл гостиницы, услышал, как они ругаются матом на Наташу. Я тут же подбежал и начал их дубасить. Потом Наташа собирала мои пуговицы: один из тех парней зацепил меня за рубашку, и пуговицы рассыпались по полу.

– За честь жены постоять – святое дело. Сын Федор такой же драчливый вырос?

– Да, Федька быстро заводится, и не повезет тому, кто встанет у него на пути. До милиции дело никогда не доходило, потому что он быстро бегает (смеется). Помню, как-то ему нахамили четверо здоровых бугаев, а он был один. И Федя их всех побил!

– Рассказывают, что всё в квартире вы делаете сами – чините, ремонтируете. Федя такой же хозяйственный?

– Да, что бы я без него делал! Федя меня вообще с того света вытащил. В начале 2009 года мне пять профессоров решили взять пункцию из позвоночника. И не смогли проковырять позвоночник! В результате занесли инфекцию, и я восемь месяцев лежал в больнице, заново учился ходить. В общем, они меня чуть не угробили. Наташа хотела подать на них в суд, но я отговорил. Одним из тех профессоров был брат министра Шойгу.

– По вашим рассказам, Федя просто клад – работящий, умный, хозяйственный. Почему же он до сих пор не женат?

– Сын говорит: «Я не хочу жениться, чтобы через пару месяцев развестись. Хочу, чтобы брак продлился всю жизнь». Никаких драматичных любовных историй у него не было. Были в юности влюбленности, но ничем не кончились. Когда девчонки узнавали, кто его родители, сразу начинали липнуть к нему. Он это видел и давал девицам от ворот поворот.

– Жалеете, что Федор не стал артистом?

– Это был его выбор. Он с детства видел нашу сумасшедшую жизнь. Мы же его бросали все время или брали с собой на съемки. В детский сад он пошел в Одессе. Жил там до шести лет с Наташиными родителями. Многому он там научился, до сих пор знает одесский мат. Однажды мы приехали к нему и услышали, что сын гэкает. Потом, слава Богу, стал нормально говорить. А вскоре он начал бредить французским языком. Уж больно он ему нравился. Помню, пришли мы как-то на пляж. Рядом расположились поляки. Федя услышал их речь и давай нас толкать: «Мама, папа, это французы?»

– Федору 34 года. Почему он живет с вами?

– Он привык. Наташа ему завтраки до сих пор готовит. У нас есть однокомнатная квартира, которая после ухода моей мамы осталась. Сейчас мы ее сдаем дагестанцу.

– Вы выросли в большой семье. (У родителей Жарикова было шестеро детей. Но двое из них умерли от голода. – Авт.). Почему не решились завести еще одного ребенка?

– Когда Наташа родила Федю, она вынуждена была отказываться от многих интересных ролей. Она очень хотела сниматься, поэтому о втором ребенке пришлось забыть. Ее приглашал Иосиф Хейфиц в свой фильм «Единственная». Она должна была сыграть довольно легкомысленную женщину. Но Наташа отказалась из-за Феди, и ее роль досталась Елене Прокловой. Предложений было много, но Наташа была кормящей мамой и не могла разорваться. Помню, когда она вела программу на телевидении, я приезжал к ней на студию, она сцеживала молоко, и я ехал домой к Феде. Когда сын только родился, я и по магазинам бегал, и одежку ему покупал, и сниматься еще успевал. Видимо, так замотался, что однажды пришел к своим родителям и мгновенно уснул от усталости.

– Евгений Ильич, много шума наделала история с вашими другими детьми от журналистки Татьяны Секридовой. Видитесь ли вы сейчас с Сережей и Катей?

– Я так и знал, что вы про это спросите. Не хочу об этом говорить. Что было, то прошло.
Новость о том, что у добропорядочного семьянина Евгения Жарикова есть двое внебрачных детей, потрясла всех. Пара Гвоздикова – Жариков всегда считалась образцовой, а тут такое! Всю правду о своем романе с известным артистом рассказала сама разлучница –Татьяна Секридова. Женщина была возмущена, что Жариков отказывается платить алименты на детей.

Познакомились актер Евгений Жариков и журналистка Татьяна Секридова в 1994 году на фестивале «Балтийская жемчужина». Стройная Секридова сразу приглянулась артисту. Потом они вместе оказались на корабле, который плыл из Одессы в Киев. Два дня женщина сопротивлялась напору Жарикова, но потом все же сдалась. По ее словам, актер ухаживал очень красиво: цветы покупал каждый день, баловал сладостями, выполнял любой каприз. А вскоре спросил: «Ты родишь мне ребенка?» Татьяна сначала подарила любимому сына Сережу, потом дочь Катю. Счастливый Жариков осыпал Секридову драгоценностями, хотел даже дать детям свою фамилию, но Татьяна отговорила его. Их отношения длились семь лет, пока однажды Татьяна не застукала Жарикова в объятиях молоденькой блондинки. Нервы женщины не выдержали – она устроила любовнику сцену и в сердцах позвонила Гвоздиковой: «У меня есть дети от вашего мужа!» Сейчас Секридова и Жариков не общаются, своих детей актер не видит. Таково было желание самой Татьяны. Евгений Ильич исправно платит алименты и не устает вымаливать прощение у Натальи Гвоздиковой. Говорят, жена нет-нет да и вспоминает в пылу ссоры о внебрачных детях мужа, но, как мудрая женщина, не доводит дело до развода.

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания