Новости дня

13 декабря, среда































12 декабря, вторник














Пожарище, которого как бы нет

0

 

«Две недели живем, как на пороховой бочке»

Линия противопожарной обороны мордовской деревни Ясная Поляна проходит по кромке леса. С одной стороны – торфяной пожар, с другой – стена высохших от жары деревьев. Между ними – наспех вырытый ров и местные мужики с лопатами и ведрами. За ними хоть и не Москва, но отступать им некуда. До ближайших стоящих на отшибе домов – всего 200 метров, дальше – реабилитационный детский центр, из которого эвакуировали детей, а за ним на холме большая деревня – 136 домов.

С этого холма еще в начале июля было видно, как в двух десятках километров за рекой Вад поднимается дым от лесных пожарищ. 25 июля те очаги превратились в огненный смерч, уничтоживший деревни Свеженькая, Вад-Селище и Подлясово. А 28 июля огненная волна едва не накрыла Ясную Поляну.

Пламя тогда пришло не из леса, а с полей. История этих торфяных полей – история российской деревни. В 60-е годы на их месте были топкие болота, в 70-х их победно осушили, в 90-х забросили. В этом году поля превратились в черную гарь.

– А какие урожаи там собирали! Кочаны капусты были по 20 кг весом! – вспоминает бывший колхозный агроном Алексей Николаев. Ни он, ни другие яснополянцы сейчас к колхозу отношения не имеют, хотя хозяйство еще существует. Коров в нем доят молдаванки, скот пасут таджики. Местные же работают, кто где сумел устроиться. Бывший агроном Николаев теперь охраняет в райцентре налоговую инспекцию. А по вечерам у него, как и у всех яснополянцев, другая работа – оборона деревни от огня.

– Для нас сейчас главное – не дать пожару перекинуться с поля на лес, – объясняет Алексей. – Две недели живем, как на пороховой бочке. Вон Крючковы по себе знают, каково это…

«Я думала, сгорим мы с Мишей…»

Дом пенсионеров Валентины и Михаила Крючковых – как раз из тех, что стоят на отшибе, ближе к горящему полю. В нем теперь размещается штаб деревенской самообороны, а во дворе стоит поливальная машина из Саранска. Когда в республике было объявлено чрезвычайное положение, в районы, где сложилась особо тяжелая ситуация, стали сгонять любую технику, пригодную для тушения огня. Досталась машина и яснополянцам. Но сначала им пришлось отбивать огонь фактически в одиночку подручными средствами.

– Огонь перекинулся на лес у деревни еще утром 28 июля, – рассказывает Валентина Крючкова. – Мы вызвали пожарных, но они подъехали только через два часа, и то пришлось гнать в лес чуть не пинками, потому что им приказали тушить только дома. Хорошо, односельчане на помощь сбежались.

Весь день яснополянцы боролись с огнем чем могли – сбивали землей, которую возили на тачках с ближайших огородов, заливали водой, которую таскали ведрами и лейками из протекающего неподалеку ручья. К вечеру стало казаться, что огонь побежден. Народ разошелся, а когда деревня уже спала, пламя вспыхнуло вновь. На этот раз пенсионеры Крючковы остались одни.
Валентина рассказывает, как вдвоем с мужем среди ночи и горящего леса закидывали огонь землей, затаптывали ногами, не выдерживает и заливается слезами:

– Я думала, сгорим мы с Мишей…

Уйти Крючковы не могли:  боялись, что полыхнет спящая деревня, остановить огонь в одиночку – тоже. Пока гасили в одном месте, вспыхивало в другом.

– Стволы вон тех деревьев уже горели, – Михаил Крючков показывает на обожженные липы в пятидесяти шагах от дома. – Хорошо, ветра не было и с мужиками я заранее договорился, что к шести утра придут посмотреть, как дела.

В общем, утром мужики снова бросились с ведрами на огонь, а их жены – к телефонам. Звонили в прокуратуру, в милицию, в райадминистрацию. Напомнили, что в деревне есть реабилитационный центр, в котором живут дети из неблагополучных семей.

– Сразу и пожарные приехали, и КАМАЗы с песком подо-шли, – говорят мужики. – Ну, а потом мы решили свою пожарную дружину организовать.

Кроме себя и дождя, надеяться не на что

– Самооборону придумал заведующий РОНО Степушкин, который занимался эвакуацией детей, толковый мужик, – рассказывает Михаил Крючков. – Он сразу сказал: в этот раз деревню отстояли, но вы поймите – весь район горит, соседний Темниковский пожарных требует – там же до Сарова недалеко, поэтому без вашей помощи не обойтись. И лично по домам пошел мужиков переписывать.

Получилось, что стоять в карауле у полыхающего торфяника могут 36 человек. Решили, что дежурство будут нести шесть групп по шесть человек: с 8 до 16 – одна смена, с 16 до 24 – вторая, с 24 до 8 – третья и так далее.

– Степушкин договорился с МЧС, что в деревне будет дежурить поливальная машина, и даже помпу где-то достал, – говорит Крючков.

– Еще бы, полрайона уже сгорело! – перебивает его подвыпивший мужичок. – Все сейчас за свои шкуры трясутся. Вон в Крутце (лесной поселок в 30 километрах от райцентра. – Авт.), где московские генералы на оленей охотятся, ничего не сгорело. Там сразу пожарные дежурить начали!

– Ты откуда знаешь? Ты там был? – набрасывается на него Валентина Крючкова. – Чем языком трепать, лучше шел бы к мужикам на поле!

На пожаре, как на войне, ужасы всегда мешаются с нелепостями и неразберихой. И нередко в штабе даже не догадываются об истинном положении на линии фронта.

– Когда возле зон лес стал гореть, пригнали пожарные поезда, – рассказывает 46-летний яснополянец Сергей, работающий в колонии строгого режима, каких в этих местах много. – Они должны были ехать по железнодорожной ветке вдоль лагерных поселков и тушить лес. И тут выяснилось, что ветка существует только на бумаге у железнодорожников в Москве, а на деле рельсы уже давно разобрали и пропили.

И как на войне, огненная стихия моментально показала, кто есть кто.

– Есть у нас мужик – у него свой трактор, свой самосвал, – рассказывает Сергей. – Когда в первый день тушили, просили его привезти песка. А он в ответ: пусть районные власти возят, я налоги плачу. И на дежурства он единственный не ходит. А до пожара никто и не подумал бы, что сволочь…

По словам местных жителей, дежурства будут продолжаться до проливных дождей. Потому что, кроме как на дождь и себя, им надеяться особо не на что.

– Это в Московской области торфяники вовсю тушат, – говорят яснополянцы. – Там дым Путину мешает дышать. А наш – не достанет. Так что никому мы, кроме своих районных властей, не нужны.

Судя по всему, не так уж они не правы. 9 августа мордовские газеты опубликовали бодрый отчет регионального МЧС: в республике осталось всего 4 очага пожара. Горящий торфяник у села Ясная Поляна в сводку не попал. Яснополянцы, узнав об этом, развели руками, обложили матом местную прессу и высшее руководство страны и отправились в очередной караул к горящему торфяному полю. Тушить пожар, которого вроде бы нет.

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания