Новости дня

15 декабря, пятница








































14 декабря, четверг





На войну в шесть раз больше денег, чем на здоровье россиян?


В 2016 году на оборону выделят свыше трёх триллионов рублей // Russian Look

Sobesednik.ru узнал у депутата, почему власти тратят на войну в шесть раз больше денег, чем на здоровье граждан.

Активист движения «Вместе — за достойную медицину», участковый врач-терапевт диагностического центра № 5 Анна Землянухина рассказала Sobesednik.ru о новом митинге в Москве. Он пройдёт в конце ноября под лозунгом «За право на жизнь».

По задумке организаторов, в этой акции примут участие не только врачи, но и, например, автомобилисты, недовольные введением платных парковок в столице — митинг будет общим. Массовость мероприятия, надеется Землянухина, приостановит сокращения медработников и закрытие медучреждений:

— После Нового года в здравоохранении продолжатся сокращения. Власти оттягивали это для того, чтобы не выплачивать компенсационные выплаты, которое правительство Москвы после митингов в прошлом году решило выплачивать увольняемым врачам, медсёстрам и санитар. Это постановление действует до 2015 года, — сообщила Анна Землянухина.

Пока врачи готовятся к массовым увольнениям, власти верстают федеральный бюджет на 2016 год. Ранее Sobesednik.ru писал, что в новом бюджете много засекреченных статей. Особенно озадачивает так называемая «путинская заначка» в 342 миллиарда рублей. Эксперты нашего портала предположили, что эти деньги припрятаны для расширения военного присутствия РФ в Сирии.

Однако власти и без того тратят на «оборонку» нешуточные средства. В 2016 году на национальную оборону планируется выделить свыше трёх триллионов рублей, тогда как на образование пойдёт менее 600 миллиардов рублей, а на здравоохранение — менее 500 миллиардов.

По оценке рейтингового агентства Standard & Poor's, в 2015 году бюджетный дефицит России достигнет 4,4% ВВП. Высокие расходы на оборону и затраты на сирийскую кампанию, предсказывают аналитики, окончательно истощат бюджет и разрушат экономику РФ, как это случилось с СССР.

По неофициальным данным, за год Москва потратит на военную операцию в Сирии около 70 миллиардов рублей. В эту сумму входят расходы на боеприпасы, топливо, зарплату военным, обслуживание инфраструктуры и военной техники.

Недавно министр финансов Антон Силуанов заявил, что на войну в Сирии не потребуется никаких дополнительных субсидий из федерального бюджета. А экс-министр финансов, глава Комитета гражданских инициатив Алексей Кудрин предположил (и многие эксперты с ним согласны), что сирийская кампания обойдётся нам не дороже долгосрочных военных учений.

Однако скептики опасаются, что операция в Сирии затянется надолго и руководство страны пошлёт туда наземные войска. Тогда расходы на борьбу с террористами и поддержку сирийского режима возрастут многократно.

Анна Землянухина попыталась объяснить, почему Россия тратит на «оборонку» в шесть раз больше, чем на здравоохранение:

— Некие финансово-промышленные группы, олигархи — называйте их как хотите — лоббируют свои интересы, проталкивают такой бюджет, какой им нужен. Не без помощи «Единой России». Если у нас в стране кризис, то логично было бы направлять средства на решение внутренних проблем. А Сирия никаким образом нам не угрожала, их проблемы нас не затрагивали.

На самом деле здесь речь идёт не только о том, что траты на военный сектор намного больше, чем на социальную сферу. У нас вообще очень много непродуманных трат. Я думала, что это только в Москве происходит, но поговорила с жителями других городов. Там так же, к примеру, тротуарная плитка кладётся на месте нормального асфальта, который не нужно менять. У нас тратятся деньги на какую-то фигню, а на нужные вещи денег почему-то не находится, — сказала Землянухина в интервью Sobesednik.ru.

Анна Землянухина / Страница Анны Землянухиной в "ВКонтакте"

Недоумение активистки попытался рассеять член комитета Государственной думы по бюджету и налогам, депутат от «Справедливой России» Дмитрий Ушаков. Мы задали политику те вопросы, что родились во время беседы с Анной Землянухиной, которая, по сути, говорила от лица всех недовольных бюджетников страны.

— Я как адресат этого вопроса неправильный, — заявил, однако, политик. — Потому что я принадлежу к оппозиционной партии. Мы постоянно поправками к бюджету предлагаем увеличить расходы на образование и на здравоохранение по разным направлениям.

— Но тогда хочется узнать, почему все ваши попытки заканчиваются ничем.

— Ну почему «ничем»? Нас, оппозиционных депутатов, меньшинство в Государственной думе. Наши поправки поддерживаются всеми оппозиционными фракциями, но парламентское большинство — оно на то и большинство. Большая часть наших поправок не проходит. Но по отдельным направлениям, допустим на высокотехнологичную медицинскую помощь или на закупку оборудования для скорой помощи, то есть увеличение финансирования по этим программам, не всякий раз, но отдельные поправки всё равно проходят. Понятно, что этого, конечно, недостаточно для того, чтобы уровень образования и здравоохранения поднять на должный уровень.

Тем не менее здравые поправки мы подаём и пытаемся увеличить финансирование, потому что все в конце концов понимаем, к чему это приводит. Пока ещё бюджет на 2016 год не внесён, но уже сейчас понятно, что расходы на здравоохранение будут сокращены. Причём это сокращение на закупку оборудования, а оно по большей части иностранное. Рубль обесценился. Даже если финансирование на закупку оборудования останется на том же самом уровне, то самого оборудования будет в два раза меньше, потому что для нас оно становится в два раза дороже.

Как бюджет на 2016 год будет внесён — мы сразу же приступим к его анализу и будем предлагать поправки по здравоохранению, образованию и социальной политике. Мы последние пять лет постоянно говорим о том, что совершенно недостаточный уровень финансирования, особенно здравоохранения. Не всегда нас слышат... то есть слышат, но ввиду ограниченных средств, наверное, правительство не может выдать больше.

— А есть мнение, что просто некие финансово-промышленные группы подстраивают бюджет под свои задачи.

— Что значит «финансово-промышленные группы»? Если вы думаете, что финансирование промышленности или кредитование промышленности, реального сектора экономики у нас находится на должном уровне, то вы ошибаетесь. Оно недостаточно. Нельзя сказать, что некие финансово-промышленные группы лоббируют свои интересы и бюджет полностью отражает их ожидания.

— А военная промышленность разве не лоббирует свои интересы?

— Военная промышленность может стать тем направлением отрасли, которое не даст промышленности сильно упасть в целом. То есть она играет стимулирующую роль, поддерживает. 2015 год показывает, что финансирование на высоком уровне, заводы загружены, но всё равно она не даёт того стимулирующего эффекта для всей промышленности в целом, как это было два — три года назад. Или даже как это было в 2008 году во время кризиса. Тогда военная промышленность не дала всей отрасли упасть.

Поэтому я не ставил бы вопрос так, что какие-то финансово-промышленные группы подстраивают бюджет под себя. Другое дело, что финансирование различных программ, инвестиционных проектов или вложение в уставные капиталы и финансирование строек [ведётся] без соответствующей документации, без проработки конкретного плана финансирования, без должных показателей эффективности — в этом направлении я с вами соглашусь.

И Счётная палата на это обращает внимание, и депутаты Государственной думы на это обращают внимание — что выделяется финансирование на различные инвестиционные проекты, а проектную документацию в правительстве либо не видели, либо не утвердили. Такое загодя финансирование без проектно-сметной документации — то есть мы выделяем деньги вот на такой-то проект, а в итоге мы получим то-то и тогда-то — имеет место. Правительство из года в год говорит, что надо наводить порядок и что мы не будем выделять деньги до утверждения проекта. Но это продолжается.

Дмитрий Ушаков / Сайт "Справедливой России"

— Почему мы тратим на оборону в шесть раз больше, чем на здравоохранение?

— Понимаете, тут тоже надо смотреть в целом. Только последние два — три — четыре года финансирование оборонной промышленности находится на том уровне, на котором оно должно находиться. Потому что сколько лет до этого было хроническое недофинансирование оборонной промышленности. Тут же тоже нужно всё обновлять.

— А почему бы не начать обновление со здравоохранения?

— Это уже нужно думать о том, насколько силён социальный блок в правительстве и насколько он сможет убедить премьера в том, что расходы на здравоохранение... У нас же постоянно только заявляется, что мы исполняем все социальные обязательства и медицина у нас была и остаётся бесплатной. Но социальные обязательства исполняются номинально.

— Так вам не кажется, что нужно ликвидировать этот перекос бюджета в военную сторону?

— Я не думаю, что надо вот так ставить вопрос. Надо убирать неэффективные расходы. Пересмотреть все эти вложения в уставные капиталы многочисленные. Там же сотни миллиардов вкладывается в уставные капиталы. И каков результат этого? Какова эффективность? Практически никакой. Нужно уменьшать неэффективные расходы и направлять эти средства в первую очередь на образование и здравоохранение. На обновление основных фондов здравоохранения, то есть на закупку оборудования... Ничего же этого не делается.

— Аналитики говорят, что военная операция в Сирии за год может обойтись нам в 70 миллиардов рублей. Насколько это ощутимо для нашего бюджета?

— По поводу операции ничего вам не смогу сказать.

— Это секретная информация?

— Я просто не специалист в оценке стоимости военных операций.

— Я не прошу вас назвать точные цифры. Просто разумно ли было, по-вашему, затевать такую операцию во время кризиса?

— Не готов комментировать этот вопрос.

Другие материалы по теме читайте на странице Сирия.

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания