Новости дня

22 января, понедельник






























21 января, воскресенье















Быков: В России использование нацистской символики остается подозрительно безнаказанным

0

Джон Гальяно, модельер, уволенный из Дома Диора за профашистские высказывания, оштрафован на 6000 евро (первоначально ему грозил вчетверо больший штраф, но обошлось – он ведь извинился). Грех Гальяно, в сущности, не так серьезен, фон Триеру за шуточное провозглашение себя нацистом вообще ничего не было, кроме обструкции в Каннах, но модельер перешел на личности, а это по европейским меркам уже уголовщина.

Он в пьяном виде возьми да и скажи двум итальянкам – которых он с пьяных глаз принял за евреек, – что при Гитлере им было бы самое место в газовых камерах и лично он, Гальяно, Гитлера любит. Год назад в том же ресторане он уже обзывал посетителя азиатским ублюдком, так что евреи – не единственные враги Гальяно, но тогда обошлось извинениями.

Я мало что понимаю в моде, не интересуюсь авангардным дизайном и haut couture и о Гальяно как о художнике судить не могу. Собственно, меня Гальяно и не интересует. Его свободу творить никто не сковывает – и ладно. Я про нас: в России использование нацистской символики остается подозрительно безнаказанным. Мало того что ни один суд над автором откровенно ксенофобских текстов еще не закончился реальным наказанием, хоть бы и штрафом; мало того что ксенофобская риторика – будь она антирусской, антиисламской или антисемитской – остается нормальным элементом предвыборной агитации, и хорошо еще, если в слегка завуалированном виде.

Куда опасней то, что так легко используют нацистскую символику, пытаясь компрометировать оппонента: вот движение «Сталь» изготавливает коллажи, где так называемые враги Путина – от Лимонова до Алексеевой – изображены в фашистских фуражках, и что им грозит, кроме морального осуждения?

Вот совсем недавний скандал вокруг таблоидного редактора А. Габрелянова и волгоградского эсера О. Михеева: Габрелянов опубликовал фотографию, на которой Михеев запечатлен якобы в пресловутой нацистской фуражке, а Михеев заявил, что это опять-таки коллаж. Подождем экспертизы и официального разбирательства, если оно будет, но почерк-то, как видно из приведенных примеров, узнается. И если Михеев в самом деле стал жертвой провокации,  то очень интересно: ответят ли авторы этого коллажа по всей строгости? А если вдруг окажется, что прав Габрелянов (сильно сомневаюсь, но чего не бывает),  ответят ли участники этого карнавала?
Подозреваю, что нет.

И не потому, что у нас плохо с политкорректностью, а потому, что у нас антикавказские или антисемитские высказывания – нормальный элемент публичного поведения многих людей, считающих себя публичными политиками, и почти норма для непросыхающих деятелей культуры на междусобойчиках и в быту. Легко возразить: мало ли кто что сказал, не хочу же я дать цензуре еще один шанс привлекать за разжигание… Но тут пора вспомнить солженицынскую любимую пословицу: «Волкодав прав, а людоед нет». Цензура не права и опасна, когда называет разжиганием розни оскорбительные высказывания о полиции, журналистах, власти, богатых или бедных: тут речь идет о приобретенных признаках, о результате личного выбора, в конце концов. Но цензура еще более не права, когда бездействует в ответ на откровенный нацизм.

Так что Гальяно получил свое – и по делу. Иногда я боюсь, что Европа лучше усвоила уроки фашизма, чем страна, победившая его.

поделиться:





Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания