Новости дня

16 декабря, воскресенье













15 декабря, суббота














14 декабря, пятница


















Бэд и Мэд жмут на газ

0

Всех потряс случай в Москве, когда под колесами уличного гонщика погиб человек и еще несколько были ранены. Рев моторов и запредельные скорости, от которых вздрагивают даже мирно спящие в своих кроватях горожане, – уже давно привычное явление в ночных городах России. «Собеседник» решил выяснить, кто такие современные «стрит­рейсеры» – неформалы, отморозки, охотники за адреналином или подпольные коммерсанты?

Ночные гонщики

«Я обожаю звук мотора, в моих жилах течет бензин!» – пишут в Интернете фанаты ночных гонок.
«Громкий музон, классные тёлки, я гоняю, где захочется, и наср..ть мне на тех ботанов, которые ездят 40 км/ч, и на ментов тоже наср..ть. Я обычный пацан, и денег у меня не очень много, но все-таки какую-нибудь «восьмерку» я куплю и буду делать ее потихоньку. Я думаю, пацаны, которым лет 20–25, меня поймут. Стритрейсинг – это круто!!!»

«Адреналин, жажда скорости и риска. Ты едешь под 300 км/ч. А если красная зона на тахометре, так это вообще супер!»

Об обратной стороне гонок они предпочитают не писать.

– Трагический случай в Москве получил большую огласку, но мало кто знает, что это не исключение, а скорее правило. На несанкционированных заездах в городах России постоянно погибают люди – 20–30 человек каждый год, – рассказал «Собеседнику» председатель комитета дрэгрейсинга (дисциплина в автоспорте. – Р.А.) Тигран Сеферян.

Шансы победить или умереть у ночных рейсеров примерно равны. В гонке к победному финишу или к смерти их зачастую сопровождают алкоголь, наркотики, красивые девушки, одобряющий гул толпы и главное правило: «Никаких правил».

Гонки без правил

Они любят говорить, что красного света светофора и полосатой гаишной палочки для них не существует, что тормоза придумали трусы. Они вне закона, поэтому пользуются псевдонимами и прозвища берут себе соответствующие: Крейзи (Сумасшедший), Бэд (Плохой), Мэд (Безумный). У них 30-летние люди считаются стариками и живыми легендами ночных гонок. 28-летние устало сообщают, что «пора уже отойти от дел». Всю неделю они – обычные менеджеры, консультанты и служащие. В пятницу и субботу ночью они превращаются в неуловимых ночных хулиганов.

– Все начиналось еще в 1990‑е. Тогда фанаты автомобилей собирались на аэровокзале столицы на «ночные покатушки». Все сплошь на «восьмерках» и «девятках», «доведенных до ума» своими силами. О дорогих тачках с рычащими двигателями тогда и речи не было. Да и сами соревнования выглядели, по сравнению с нынешними, наивными, но честными и более безопасными. Сначала была задача просто догнать и обогнать ведущую машину. Начинали с 20 человек, потом движение разрослось до 1500, – рассказал «Собеседнику» один из «старожилов» быстрой ночной Москвы.

Дальше – больше. И быстрее. Сначала возник один клуб, включая несколько яхтклубов, участники которых устанавливали на свои суда мощные лодочные моторы Tohatsu и гоняли по Москве-реке. Чуть позже автомобильные и лодочные клубы стали плодиться с запредельной скоростью – сейчас в Москве не меньше пяти подпольных крупных клубов, а с небольшими «самодеятельными» коллективами заметно больше. Пятничные заезды собирают по 5–7 тысяч участников и зрителей. Средний возраст – от 16 до 22. Они романтизируют свое увлечение, сочиняют о нем рэп, к примеру, такой: «Мы не нарушаем, мы не подонки, просто воплощаем в жизнь уличные гонки». У крупных нелегальных клубов – свои флаги, атрибуты, девизы и даже гимны. Это модная, но опасная тусовка.

– Когда стало понятно, что рейсеры опасны и сами для себя, и для горожан, мы решили перетянуть их в официальный спорт, – рассказал «Собеседнику» исполнительный директор Российской автомобильной федерации Сергей Иванов. – У них в организации конспирация, принимают по рекомендациям «своих», время мероприятия сообщают только накануне, а место заездов часто объявляется непосредственно на сборе. Собираются и вместе едут. Мы направляли к ним спортсменов-гонщиков, приглашали к нам. Некоторые пришли, но большинство, к сожалению, решили так и не выходить на дневной свет.

Среди стритрейсеров популярна история «обратной вербовки», когда удалось вызвать на автодуэль пилота «Формулы-1», гонщика итальянской команды «Минарди» Сергея Злобина. В одном из интервью профессиональный гонщик обмолвился, что стритрейсеры – «младенцы на дороге». Гонщики приняли вызов, назначили дату стритчелленджа. Событие привлекло столько внимания, что даже транслировалось в прямом эфире одного из телеканалов. Говорят, на кону была высокая ставка, но ее сумма никогда не была названа. За «любителей» выступали два экипажа: пилот Дима Малой и штурман Стас Виннер (Победитель), а также Макс Крейзи (Сумасшедший) и Антон Боинг. Нужно было проехать по определенному маршруту и прийти на финиш первым. Очевидцы и сами гонщики уверяли, что средняя скорость на этой гонке была 250 км/ч – на прямой, 200 – на поворотах, правил – никаких. Победили те, кто чувствовал себя в атмосфере дорожного беспредела как рыба в воде – гонщики-любители. Злобин пришел третьим, но к поражению отнесся философски: «Я не мог пренебрегать правилами дорожного движения, мне есть что терять». Победителю этого соревнования достались не только лавры народного признания, но и внимание ГИБДД – рейсера даже увозили в отделение милиции, но быстро отпустили.

Отношения рейсеров и ГИБДД – отдельная тема.

– В наших рядах есть даже сами гаишники, – хвастаются гонщики. По другой версии, основные траты организаторов нелегальных гонок уходят как раз на «закрытие глаз» сотрудников ГИБДД.

Бизнес на сверхскоростях

Ночные гонки – это не только увлечение и романтика. Это подпольная индустрия. Все доходы – в тени. Точнее, в ночных сумерках. Все гонщики платят взносы организаторам – от 400 до 1000 рублей с каждого участника каждого заезда. Снимается и продается видео. Создаются тюнинг-мастерские, которые за приличные деньги разрисуют капот и «накачают» дополнительными лошадиными силами двигатель. Автоспорт приносит огромные деньги. Нелегальные гонки приносят нелегальные, пусть и не слишком большие, доходы.
– Стритрейсинг – это любовь к автомобилям. Ведь большинство гонщиков – это фанаты «железных коней», скорости, свободы и адреналина. Для них автомобиль – не только средство передвижения, а намного больше. Тем, кто в этой теме, на тачку не жалко ни денег, ни сил, ни времени. Обычно для гонок берут машину нетяжелую, недорогую в ремонте, чтобы было проще чинить и «тюнить». Научишься чувствовать машину и в первый год ее убьешь 100%, как я свою. Зато потом я сам перебрал ее, теперь знаю, какие перегрузки на что и как влияют. Это бесценный опыт, – рассказывает рейсер Дэн.

– Даже обычные «Жигули» можно «разогнать» до 800–900 лошадиных сил. Но это уже профессиональные машины. Сделать из обычного авто гоночное может стоить от 2 до 100–150 тысяч долларов. Некоторые умельцы делают это своими руками. Понятно, что такой автомобиль может быть потенциально опасен как для водителя, так и для всех, кто оказался у него на пути, – считает Тигран Сеферян.

Отсутствие достаточного количества трасс для гонок. Молодежь, которой нечем заняться и некуда деть адреналин. Не заинтересованная пресекать опасные заезды ГИБДД или, наоборот, заинтересованная не пресекать. Бизнес на адреналине и крови. Очередной заезд состоится снова в пятницу. Их не остановят. И не догонят?

 

Основные виды уличных гонок:

Дрэгрейсинг – короткий заезд на ускорение по прямой. Расстояние – 402 метра. Кто финиширует первым, тот и победитель.

Стритчеллендж – гонки по городу от точки до точки. Включают элементы городского ориентирования. Потенциально более опасный, но и более интересный вид состязаний.

поделиться:


Колумнисты


Читайте также

Оформите подписку на наши издания