Жарова Валерия
корреспондент отдела Культуры и ТВ еженедельника "Собеседник"
Стас Намин показал свой уникальный музей в кабинете
Леонид Млечин развенчал миф о "двух кремлевских башнях"
Артемий Троицкий: Маркин исполнил совок, но с одним отличием
Валерия Жарова: "007: Спектр" – Бонд только для посвященных?
Гарри Бардин: Лизоблюды власти готовы на все. И это страшно
"Черная месса": Депп – лучший на стыке миров живых и мертвых
Победа Алексиевич и прорывающийся страх за духовные скрепы
Фильм "Марсианин": конец космической славы России
Как Мединский оконфузился на своей исторической лекции
Стас Намин показал свои "Фарфоровые сны"
Конец прекрасного Говорухина
Книга создателя олимпийского мишки: читаешь – и завидуешь...
"Орден желтого флага" Пелевина: Это не плохо, это...
Фильм "Орлеан" Прошкина: почему экзекутора нельзя убить
На Соловки по доброй воле: почему туда нужно попасть
"Назад! Там менты!" Что творилось на Aerosmith в День города
"Нулевой номер": Умберто Эко больше не хочет и не может
Детали подковерной битвы за РМГ: интервью экс-гендиректора
Скандал вокруг продажи РМГ: зачем патриоты бьются за попсу
Книга "Захар" о Прилепине: будто на поминках сидишь
Владимир Войнович: Грядут серьезные перемены с угрозой краха
"Дури еще хватает" Стивена Фрая: грязь без ощущения грязи
Войнович предрек скорое отделение Кавказа от России
Юрий Вяземский: Свобода, но не за деньги налогоплательщиков
"Терминатор: генезис" – в любом другом случае было бы тошно
Глуховский: Сталинский китель ерзает и просит нового хозяина
Писатель Глуховский рассказал о госзаказе в литературе
"Путин был ненастоящий". Изнанка фестиваля "Книги России"
Новый роман Чака Паланика: гнусность и мерзость до абсурда
Горизонталь Зарядья против вертикали "России"
"Под электрическими облаками": смутное ожидание будущего
Шендерович: У них есть ОМОН или чеченец, который пристрелит
Алексей Иванов: Девяностые надолго заклеймены и прокляты
Прощание с Фандориным: что показала "Планета Вода" Акунина
Писатель Алексей Иванов раскрыл тайны проекта "Тобол"
Новые "А зори здесь тихие": эффект оглушительной фальши ноты
