16:49, 05 Декабря 2007 Версия для печати

Жан-Мишель Жарр: Я фанат всего русского

Человек-загадка Жан-Мишель Жарр после феерического шоу на Воробьевых горах пропал для россиян на десять лет, но снова нарушил молчание. Отец электронной музыки обратился к реинкарнации своего знаменитого альбома Oxygene и снова планирует приехать в Россию. Об этом и многом другом маэстро расспросил наш корреспондент Иван Славинский, позвонивший Жарру в Париж.

Папа римский мне ничего не платил

– Ваш альбом Oxygene аж 1976 года выпуска до сих пор популярен у московских таксистов и не только у них. Но вам-то зачем теребить прошлое? Новое – хорошо забытое старое?
– Oxygene нельзя назвать старым проектом. Я сочинял и записывал его с особенными чувствами, а сейчас счел нужным переиздать с учетом современных технических возможностей звукозаписи – пришло время. В этот раз я намеренно использовал только старые инструменты, с помощью которых делали музыку еще в 70-х годах, поскольку даже с технологиями, которые есть сегодня, мы все равно не добились бы абсолютного сходства со звуками старых синтезаторов. Этот диск – архаичные инструменты плюс новые компьютерные возможности. А еще все треки, записанные на диске, будут сопровождаться трехмерным музыкальным видео, которое нужно будет смотреть в специальных очках.
– Надеетесь в очередной раз попасть в Книгу рекордов Гиннесса?
– Вот уж никогда не стремился ставить какие-либо рекорды. Просто люблю экспериментировать, выдумывать интересные вещи. Я не считаю себя приверженцем только электронной музыки, сочиняю совершенно разные композиции. Например, недавно записал с оркестром гимн кубка мира по регби-2007. А в Книгу Гиннесса я вообще попал случайно: первый раз в 1979 году за концерт на площади Согласия в Париже, который собрал около миллиона человек. В другой раз – в 1983 году за самый дорогой музыкальный альбом. В третий – за концерт в Хьюстоне, который пришли посмотреть 1 миллион 340 тысяч человек.
– То есть для вас не важно выделиться?
– Очень важно. Иначе я не был бы Жан-Мишелем Жарром.
– И не играли бы для папы римского. Он, кстати, дорого оценил вашу музыку?
– Если вы о деньгах, то концерт был бесплатным. Мне деньги не важны.
– Как это?
– А я хорошо зарабатываю на продаже своих альбомов. Платные концерты в шоу – это совсем другое дело, нежели специальные шоу в необычных местах. За большинство таких выступлений, какие были в Москве или, например, под Каиром, я не брал денег. Наверное, уже поставил негласный рекорд по бесплатным выступлениям среди артистов (смеется).

В головах людей показываю кино

– Ваша музыка – из разряда «Вечное». Как наркотик: чем больше слушаешь, тем больше хочется…
– Зачастую современная электронная музыка создается под наркотиками, но иногда сама может быть наркотиком, на который однажды подсаживаешься – и уже до конца жизни. Музыка – это ведь настроение. Я не зря выбираю для концертов разные необычные площадки – портовые доки Лондона, Мексика во время солнечного затмения, египетские пирамиды, фасад МГУ.
– Подсели? А говорят, что вы – музыкант-трудоголик, который может работать вне зависимости от того, явилась муза или нет!
– Раньше я сидел в студии неделями и не мог ничего записать. А потом – бах! – случался всплеск, и за десять минут рождалось сразу несколько мелодий. Тогда я и осознал, что нужно сочинять, только когда есть вдохновение. Кропотливая работа без него – не лучший способ писать хорошую музыку: она должна рождаться всплеском эмоций. Профессиональные навыки, конечно, играют свою роль, с каждым годом я вижу все больше и больше технических штучек для записи музыки – это все облегчает дело. А когда я начинал свою карьеру, не знал даже, что такое компьютер – были только аналоговые синтезаторы, занимавшие уйму места. Я записывал треки на обычные аудиокассеты, пока не появился «Летрон» – огромный интересный прибор, с помощью которого обрабатывались и компилировались элементы композиции. Теперь все делаю на суперкомпьютерах – пытаюсь с помощью звуков добиться, чтобы люди представили себе образы, картинки. Можно сказать, что показываю в головах людей кино.
– В вашей-то голове какие картинки чаще всего появляются?
– Старые фотографии 20–30-х годов прошлого века. Это потому, наверное, что я люблю русских фотографов – как Родченко, русскую живопись и футуризм начала XX века. Русские, наверное, и сами не знают, что сделали для западной цивилизации в начале прошлого столетия. У нас до сих пор используют ваши находки в телерекламе. Если посмотреть современное MTV, можно увидеть сходство с фильмами Эйзенштейна. Иногда мне вообще кажется, что в душе я – русский.
– Французы такое часто говорят. Но тогда вас, должно быть, постоянно тянет в Россию?
– Очень! И на данный момент побывать в России – самое большое желание. И поверьте, это не просто красивые слова. У меня всегда было особое отношение к вашей стране – я, можно сказать, фанат всего русского.

Подписаться на новости

Введите Ваш email:
email рассылки



Новости Партнеров

Loading...

Новое на сайте

07:06, 09 Декабря 2016
Как вычиcлить холодовую аллергию и дожить с ней до теплых дней, читайте на Sobesednik.ru
»
06:08, 09 Декабря 2016
Телеведущий Андрей Караулов утверждает, что ему пытались заказать компромат на Шойгу и Воробьева, узнал Sobesednik.ru
»
00:02, 09 Декабря 2016
Обозреватель Sobesednik.ru Владимир Кара-Мурза-старший – о спорном телевыступлении Татьяны Навки в концлагерной робе
»