17:56, 27 Июня 2011 Версия для печати

Евгений Шевчук: Прежде, чем куда-то войти, надо знать, как оттуда выйти

Приднестровье и Молдавия – как ужиться без объединения? 

В Москве на минувшей неделе проходил очередной виток консультаций по попытке урегулировать так называемую «приднестровскую проблему». Стороны снова ни о чем не договорились: и Кишинев, и Тирасполь по-прежнему настаивают на взаимоисключающих позициях.

О том, есть ли приемлемый для всех сторон вариант решения проблемы Приднестровья, «Собеседник» расспросил у экс-главы Верховного Совета непризнанной Приднестровской Молдавской республики (ПМР) Евгения Шевчука - политика, который намерен баллотироваться на пост президента ПМР во время ближайших выборов в декабре 2011-го.

Досье. Приднестровская Молдавская республика декларировала независимость еще в начале 90-х. Эту декларацию не приняла Молдавия. Приднестровье защищало независимость с оружием в руках. Остановить гражданскую войну в 1992 году удалось российской армии под руководством генерала Лебедя, которая дислоцировалась в регионе. С тех пор ПМР – непризнанная независимая республика. В регионе до сих пор присутствуют российские миротворцы, а в последние семь лет предпринимаются попытки урегулировать ситуацию.

Консультации по определению статуса ПМР проходят в формате «5+2», где Молдавия и Приднестровье - стороны конфликта, Россия и Украина - страны-гаранты, ОБСЕ - посредник, Евросоюз и США – наблюдатели

На территории Приднестровья расположена практически вся крупная промышленность бывшей Молдавской ССР: в частности, Молдавская ГЭС, построенная для экспорта электроэнергии в страны СЭВ, металлургический комбинат, цементный завод и другие предприятия.


Жизнь за стеной непризнания

- Евгений Васильевич, трудно себе представить, как ощущает себя человек, живущий в непризнанной республике,.. 

- ПМР действительно находится в уникальном положении: уже 20 лет как приднестровское государство с точки зрения международного права государством не признано. И это несет шлейф проблем для наших граждан. В чем они выражаются? Это сложности с перемещением через границу, с признанием общегражданских документов, актов гражданского состояния и так далее.

К сожалению, социально-экономическая динамика в ПМР для большей части населения с каждым годом ухудшается. Главным образом потому что серьезно уменьшился промышленный потенциал, что привело к уменьшению количества рабочих мест, снижению уровня доходов населения. И, как следствие, - к оттоку населения.

Кроме того, в последние годы обострились внешние проблемы ПМР. Это тоже выталкивает многих людей из Приднестровья – в России, на Украине и в других странах они ищут не только работу, но и стабильность и политическую предсказуемость.

- Может ли гражданин Приднестровья поехать лечиться или учиться в кишиневские больницы или институты?

- Как таковая возможность учиться есть, но у людей должен быть соответствующий достаток, чтобы послать ребенка учиться в Кишинев. Кроме того, с нашим паспортом выехать за пределы Приднестровья можно, но предъявлять его нигде больше нельзя – для остального мира он не является документом, удостоверяющим личность.

- А как же тогда житель ПМР может поступить в институт?

- Вот поэтому наши граждане вынуждены определяться и принимать гражданство любой другой страны, к которой они себя относят, допустим, этнически или политически. Жителю ПМР, чтобы иметь возможность перемещаться за пределы республики, необходим документ страны, которая признана в мире. У нас есть, например, граждане Российской Федерации, их больше 100 тысяч.

- А сколько всего людей живет в ПМР?

- По официальной статистике - порядка полумиллиона. Но постоянно находятся в Приднестровье, я полагаю, около 400 тысяч людей. В основном это пенсионеры (почти 140 тысяч), дети (около 70 тысяч) и бюджетники.

Что касается государственной атрибутики, вся она сформирована. В ПМР есть органы госвласти и управления. Есть своя финансовая система: центральный банк и система коммерческих банков (по-моему, их семь). Эти банки, впрочем, функционируют только на территории Приднестровья. Есть национальная валюта – приднестровский рубль.

- В магазинах ПМР я видела австрийскую колбасу, болгарскую брынзу, турецкие огурцы... Как вы проводите международные расчетные операции?

- Это все благодаря тому, что у приднестровской банковской системы есть взаимодействие с российскими коммерческими банками. Хотя это дополнительные расходы и сложности...

- Какой в среднем уровень доходов в ПМР?

- Средняя зарплата по Приднестровью - на уровне 200$ (10,6 принднестровских рублей равны 1$ - авт.). У бюджетников зарплата в среднем около 100-150$. Пенсия – на уровне 74$. Есть еще гуманитарная помощь, которую оказывает Россия. Доплата от России – 15$ каждому пенсионеру.

- Те, кто имеет гражданство РФ, получают российскую пенсию?

- Нет, все получают приднестровскую пенсию, исходя из нашего законодательства. Но все пенсионеры, вне зависимости от гражданства, получают дополнительно - из российского бюджета - гуманитарную помощь на улучшение социально-экономического положения. Наши граждане благодарны России, что этот проект работает уже третий год.

- Этих денег хватает, скажем, на квартплату?

- Квартирная плата у нас, если сравнивать с Украиной и Молдавией, ниже. Цена на газ – значительно ниже рыночной - устанавливается внутренними нормативными документами ПМР. Дешевле стоят и услуги, связанные с предоставлением тепла, горячей воды.

- Так во что выливается плата за двухкомнатную, к примеру, типовую квартиру?

- Если взять все платежи зимой, то порядка 17-27$. Телефон и электричество – от уровня потребления. Это еще 5-10$. Но с другой стороны, цены на продовольственные товары у нас не отличаются от цен Одессы, Киева или Москвы, а порой и выше.

Долги за газ

- У ПМР накопилось 2,5 млрд $ долгов за газ перед российским «Газпромом». Насколько я понимаю, отдать их у республики никак не получится. Это - следствие вашей политики «дешевого газа» для населения?

- Нет, не только из-за «дешевой» политики. Тут совокупность причин. Так, в свое время не были проведены реформы ЖКХ, ценообразования, тарифной политики. Это позволяло властям удерживать низкие цены на коммунальные услуги и получать одобрение на выборах. Между тем, ресурсы нашей промышленности и ЖКХ не безграничны. Да и во внешней торговле Приднестровья сегодня нет такого оборота, который позволил бы проконвертировать собираемую выручку за газ, чтобы проводить полные расчеты с российским «Газпромом». В результате многих факторов мы оказались в ситуации глубокого кризиса: у нас дефицит бюджета около 70%.

- Вот у вас крупный металлургический завод, большая доля которого принадлежит Алишеру Усманову, российскому бизнесмену. Почему этот завод не приносит вам ощутимой прибыли в бюджет? Или эта сделка – просто гарантия чего-то для вас?

- Никакая это не гарантия. С экономической точки зрения ПМР – банкрот. Пополнение дефицита бюджета происходит лишь из привлекаемых внешних источников: кредиты и займы, самостоятельно республика не может себя обеспечить.

Что касается внешнего долга, который постоянно увеличивается… Чтобы решить этот вопрос, нужны серьезные изменения внутри ПМР и серьезная, совместная со странами-гарантами (Россия и Украина – авт.), программа по выводу экономики ПМР на уровень самообеспечения.

Что у нас сегодня происходит - больше 90% собственности уже находится в частных руках. При этом только 25-27% из приватизированных предприятий функционируют хоть в каком-то режиме, и то не на полную мощность. Цементный завод, к примеру, работает на одной трети от своей мощности… И так практически повсюду.

- Почему?

- По каждому объекту нужно отдельно разбираться. Но если говорить по крупным объектам… Металлургический комбинат, впрочем, все время работал. Но тут другая беда: некоторое время назад была отрицательная динамика по конъюнктуре на металл. Сейчас комбинат вновь попытались запустить, правда, у собственников, похоже, есть определенные трения с властями ПМР по ряду вопросов.

Видите ли, когда собственник находится за пределами Приднестровья, то и активного инвестирования, как правило, не происходит. Потому что собственник видит: есть политическая нестабильность.

- Загадочная ситуация: зачем они покупают, если о политической нестабильности в ПМР известно всему миру? И зачем вы продаете, если они не вкладываются?

- В 2003 году мы активно начали приватизацию в Приднестровье – у нас был огромный дефицит бюджета, зарплаты были по 30$, а пенсии - около 17$. Была договоренность о том, что законодательная и исполнительная власть будут вместе этим заниматься: мы, парламент, санкционируем приватизацию, а правительство будет жестко контролировать процесс реформ. Собственник должен был быть обременен определенными условиями – если приобрел предприятие, обязан инвестировать, повышать объемы производства, увеличивать количество рабочих мест, идти на серьезные внутренние реформы… Я ожидал, что получится соответствующий эффект. Но на практике оказалось, что даже сама процедура приватизации вызывала множество вопросов.

- А разве хоть в одном уголке мира итоги приватизации вопросов не вызывали?

- Тут дело в другом. Руководителя любого государства нужно оценивать через призму результата. Так вот, я не доволен теми результатами, которых достигла команда нашего бессменного уже 20 лет президента Игоря Смирнова.

Меня, как жителя Приднестровья, интересует результат той внутренней политики, которую проводит власть. Меня интересует хотя бы краткосрочные перспективы для страны, которые эта власть определила - и уровень доходов граждан, и динамика развития экономических процессов, и социальная защита граждан, и состояние правоохранительной и судебной систем...

Ни по одному из этих направлений, на мой взгляд, президенту и его команде не удалось достичь того результата, который ожидали граждане. Поэтому я негативно оцениваю результаты деятельности и президента Игоря Смирнова, и его команды. Особенно с учетом того, что мы доверили этой команде даже право продавать госсобственность, и все равно они не улучшили ситуацию. Я считаю, что в таком случае нужно менять команду, которая организовала такую неэффективную систему.

«Понижен» до депутата

- Вы были председателем Верховного Совета ПМР, второй человек в республике. Теперь простой депутат… Знаю, что выступали против президента. В чем суть конфликта?

- В двух словах можно это сформулировать так: в деньгах. Вообще-то это долгая история.

Россия исконно поддерживала Игоря Смирнова. И на выборах 2006 года ряд авторитетных представителей РФ ему так же оказал поддержку, В Приднестровье к России очень теплое отношение – мы видим, что РФ фактически дотирует нас по газу, оказывает гуманитарную помощь, ведет миротворческую операцию. В 1992 году российские войска фактически остановили кровопролитие… Поэтому в ПМР очень высокое доверие к России.

И когда к нам приезжают российские представители, все, что они говорят, принимается за чистую монету. Это сейчас нам понятно, что не всех чиновников в РФ надо слушать. Но 5 лет назад, когда была предвыборная компания, и когда все видели, что со стороны различных российских представителей Игорю Николаевичу оказываются знаки уважения… Прибавьте к этому привлекательные для приднестровцев обещания: у вас будет российский уровень пенсии (то есть выше, чем у нас), российский уровень здравоохранения и так далее. В общем, Смирнова люди избрали на новый срок.

А ему ничего из обещаний реализовать не удалось.

Более того, не выполнил и те договоренности, которые у него были с российскими представителями. Например, договаривались, что в ПМР будет введен пост премьера сразу после выборов, и много чего еще.

В общем, российская сторона попросила меня, как председателя ВС ПМР, назначить аудиторскую проверку ЦБ Приднестровья: были сомнения, что деньги доходили по назначению. Например, были подозрения, что определенная часть денег, которые были переданы во время блокады ПМР на помощь, были выведены за пределы республики.

Мне было непросто это сделать – началось открытое противостояние. Не буду вдаваться в подробности законотворческой деятельности, но в итоге мы все же приняли постановление, что ЦБ ПМР будет проверять аудиторская фирма – кстати, та же, что проверяет ЦБ РФ.

Смирнов прекрасно понимал, к чему это приведет. Кроме того, приезжала делегация «Газпрома», поднимала вопрос о газовом долге: понятно, что у вас сложно и вы сейчас не платите, но покажите программу – как вы планируете начать платить через два года, три, чтобы мы понимали, что вы ведете какую-то работу по тарифам. Разумный подход. Но такой программы у нас нет.

Еще нюанс. Когда началась приватизация, родственники президента начали активно участвовать в приватизации госсобственности, будучи совладельцами регионального «Газпромбанка». А когда мы начали изучать, куда деваются газовые деньги (промышленность, население-то платит), выяснилось, что они находились именно в «Газпромбанке».

- Этот банк имеет отношение к российскому «Газпромбанку»?

- Нет, просто громкое название, чтобы было больше доверия.

А потом наша Счетная плата начала озвучивать суммы и как ими распоряжались… Оказалось, что всей выручкой управляют фактически исполнительные органы власти, в том числе на основании нормативно-правовых актов президента. На основании распоряжений, иногда, похоже, устных. Часть выручки, шла на зарплаты в бюджет, а часть - история «мутная».

Я тогда открыто предложил президенту: давайте с какого-то промежутка времени начнем наводить в этом вопросе порядок. Мы рассчитываем на дружбу с Россией. Рано или поздно они спросят, где деньги. Давайте начнем накапливать и потихоньку платить текущие платежи. Кончилось это ненормативной лексикой.

Началось противостояние…

Патриотическая партия Приднестровья, которую возглавлял сын президента, выступила с радикальным заявлением в отношении партии, которую я тогда возглавлял («Обновление»), и против меня лично: что я тяну в Молдову, еще куда-то…

Тогда, не видя подвижек в газовых делах, в том числе по рекомендации российских партнеров я настоял на принятии закона, в соответствии с которым с 1 мая 2007 года все средства, которые собираются в ПМР за газ, впервые попали из коммерческого «Газпромбанка» в ЦБ Приднестровья - чтобы оттуда их конвертировать и начать рассчитываться с Россией.

Это был некий удар по Газпромбанку (при «бесконтрольных» газовых деньгах он имел в том же 2007 году 35 млн $ свободных ресурсов – это очень много для ПМР). Банк сразу стал не очень финансово привлекательным. Конфликт обострился.

Поводом для окончательной размолвки было мое желание (в том числе выработанное при консультациях с российской стороной) изменить конституцию и ввести институт премьер-министра. Президент, напомню, обещал это РФ, и российским представителям (с их слов), но не сделал. А когда многие убедились, что десятки миллионов долларов уходят «налево», снова появилась идея введения института правительства. Я подготовил инициативы, внес их…

Тут же на моих бывших партнеров оказали давление, через них надавили на депутатов, потом на мою партию… У нас были долгие разговоры. Я понял, что они уже готовы на все. И я сам подал в отставку. Но - сделал заявление и рассказал, в связи с чем я ухожу с поста главы Верховного Совета ПМР. Это было в 2009-м. Примерно через год я расстался и со своей партией: мои недавние товарищи провели «организованный» закрытый съезд и переизбрали меня.

А в прошлом году, в декабре, у нас состоялись очередные выборы в пятый созыв парламента Приднестровья. Я тоже участвовал. Выборы для меня были непростыми, я проводил на базе своего политического ресурса их на свои средства, никакой поддержки иной не было. Но около 91 % избирателей отдали голоса за меня.

«Отложенный статус» - лучшее для ПМР

- У вас есть свое видение решения вопроса о статусе ПМР? Максимальные полномочия республики в составе Молдавии?

- Чтобы туда войти, надо знать, как потом оттуда выйти. Официальная позиция, озвученная российскими представителями, - это формулировка о некой автономии в составе Молдавии. Но, чтобы оценить, приемлемо ли это для нас, нужно проанализировать те события, которые происходят в самой Молдавии. А там ситуация постепенно перетекает к фактическому правлению в Молдавии другой страны – Румынии. Такая вот интеграционная динамика просматривается…

- Понять не могу, зачем руководству Молдавии терять самостоятельность и объединяться с Румынией…

- У них лозунг: войти в Европейский Союз. Этим все и объясняется. Но если Бессарабия довольно приличную часть своей истории была в составе Румынии, то Приднестровье там не было. И нас, например, настораживает, что мэр Кишинева берет горшочек местной земли и везет ее президенту Румынии… Это говорит о некоторых политических предпочтениях. У Приднестровья таких предпочтений нет. Поэтому для нас вопрос таких перспектив – серьезная проблема.

Вторая проблема – что принесет Приднестровью объединение с Молдавией? У нас не ахти какой уровень жизни, но и в Молдавии он далек от совершенства. На сегодня молдавское правительство не продемонстрировало серьезных позитивных прорывов в организации внутренней жизни страны. Но оно может продемонстрировать нам реальный пример нашего возможного будущего - Гагаузская автономия в составе Республики Молдова (Гагаузия – в начале 90-х непризнанная республика, добивавшаяся самостоятельности, но позже вошедшая в состав РМ с обещанием широкой автономии – авт.) Там - море ответов на то, почему нельзя объединяться с Молдавией.

Чего от нас ждут - объединиться механически, потому что нужно исполнить решения ОБСЕ, основанные на Заключительном акте 1975 года? А почему в Югославии они не были исполнены? И почему мы должны объединяться именно с Молдавией? А почему не с Украиной, не с Россией? Эти страны на нас имеют не меньше прав, чем Румыния на Бессарабию. В конце концов у нас с Россией 200-летняя совместная история…

- Но вы не станете отрицать, что за 20 лет никто не подтвердил желание признать Приднестровье. В том числе и РФ…

- И поэтому нужно принимать политические решения, которые бы позволили Приднестровью обеспечить жизнь людей. Сейчас, на мой взгляд, нужно искать компромиссное решение, которое обеспечивало бы функционирование экономики Приднестровья. Оптимальным мне представляется выработка политического решения, которое бы определило отложенный статус ПМР, но обеспечило бы странами переговорного процесса функционирование приднестровской экономики и создание долгосрочной системы стабильности. Я уверен, что такие сложные вопросы нужно рассматривать с точки зрения конкретного человека, простого работяги, проживающего в Приднестровье.

Поэтому сначала надо заняться решением экономических проблем в регионе, продемонстрировать, что страны переговорного процесса готовы содействовать развитию экономики и повышению уровня жизни в ПМР. Добиться того, чтобы люди в Приднестровье стали бы более социально защищены, чтобы их доходы позволяли хотя бы свободно передвигаться в Одессу, в Кишинев, учить детей, лечиться и так далее.

И только потом уже осторожно подходить и к решению политических вопросов. Думаю, можно было бы взять тайм-аут – пять лет. А там посмотрим… В этом смысле хороший пример - Тайвань.

Подписаться на новости

Введите Ваш email:
email рассылки



Новости Партнеров

Новое на сайте

18:30, 05 Декабря 2016
Футболистам сложно играть в сборной на том же уровне, что и в клубе, объяснил Sobesednik.ru футбольный эксперт
»
17:26, 05 Декабря 2016
Sobesednik.ru решил выяснить, кто входит в ТОП-10 самых завидных и богатых холостяков России
»
17:08, 05 Декабря 2016
Россияне больше не смогут коротать время в очереди к врачу, листая собственную медкарту, узнал Sobesednik.ru
»