15:28, 28 Июня 2015 Версия для печати

По следам войны. При каких условиях находят пропавших родных

Портал Центрального архива Министерства обороны
Портал Центрального архива Министерства обороны содержит более 20 млн документов об участниках ВОВ
Фото: archive.mil.ru

«Собеседник» узнал, как найти пропавших без вести в войну родственников и действительно ли обращение в архив необязательно.

74 года прошло с начала Великой Отечественной войны — это больше, чем средняя продолжительность жизни в России. Казалось бы, дела давно минувших дней. Но память действительно жива — в каждой семье страны есть кого вспомнить и в День Победы, и в день начала войны... Более 12 миллионов граждан, которые вышли 9 мая на главные улицы своих городов и прошли по ним в «Бессмертном полку» со снимками своих воевавших родственников, тому доказательство.

И неслучайно, что до сих пор зашкаливает от невероятного количества посетителей новый электронный портал «Память народа», открытый в канун 70-го Дня Победы Центральным архивом Министерства обороны (ЦАМО). Портал, где собрано более 20 млн документов об участниках Великой Отечественной войны; о ее сражениях, больших и малых; о тех, кто погиб, и тех, кто был ранен; о тех, кто попал в плен и кто пропал без вести. Там есть также данные о том, кто где захоронен. Архивисты уверяют: аналогичной электронной базы данных, сопоставимой по объему материалов, нет ни в одной стране мира.

Что хотим узнать?

В сущности, это главный вопрос — что именно мы хотим узнать о своем предке. Где захоронен (если, скажем, пропал без вести)? Или мы вообще ничего не знаем, кроме того, что ушел когда-то на войну и не вернулся с нее, и нам бы хотелось узнать, где воевал его полк, в каких битвах участвовал...

Определились? Тогда проводим инвентаризацию имеющейся информации. Хорошо, если знаем, когда родился человек, где он жил (следовательно, каким военкоматом призван). Еще лучше, если остались его письма с войны (там может быть указан номер полевой почтовой станции, по которой можно узнать подразделение, где служил родственник).

Для начала пробуем найти хоть какие-то сведения через интернет. Портал «Память народа» не только объединил две очень популярные базы у поисковиков (obd-memorial и «Подвиг народа» — это базы погибших и награжденных), но и добавил много нового — военные карты боевых действий, боевые донесения, оперативные сводки... Пока еще база неполная (то есть не все имеющиеся в ЦАМО документы туда вошли), но она будет дополняться.

Предположим, вы не знаете года рождения своего родственника — пробуйте поиск по фамилии, просматривайте каждую, которую вам представит база: возможно, отыщете след по месту призыва. А там уже можно и дальше двигаться.

Если портал не дает информации по конкретной части — не унывайте (в начале войны была такая мясорубка, что от многих полков вообще не осталось документов), закиньте в поисковик номер дивизии, куда входил полк вашего родственника — среди документов дивизии, как правило, какие-то донесения от полков с трагической судьбой все же оставались...

Совет для начинающих изыскателей — в поисковик надо забрасывать не полное наименование части, а ее сокращенный вариант: к примеру, не 157-я стрелковая дивизия, а 157СД, не 224-й артиллерийский полк, а 224АП и так далее.

Безымянные герои

Судьбу рядовых отследить очень трудно. Боевые потери рядового состава составлялись без имен, только по количеству. Впрочем, поименные списки умерших (всех, в том числе и рядовых) были в госпиталях. Правда, и там случались безымянные захоронения — если, к примеру, человек попал в госпиталь без документов, а такое случалось нередко. К слову, в документах ЦАМО можно найти и самодельные карты — так в госпиталях фиксировали места, где в братских могилах похоронили бойцов.

Но, в сущности, если электронные базы не показали вам, где именно захоронен ваш родственник, то поиск можно и закончить — остается лишь один шанс: ждать, что какой-то поисковый отряд отыщет медальон с его именем и найдет вас.

Конечно, можно еще попытаться проследить боевой путь его полка и самому наведаться в те места, где, возможно, он встретил свой последний бой. Не исключено, что местные поисковики или сотрудники военкоматов смогут вам рассказать больше, чем электронные базы. Но тут все зависит от степени вашей упертости и того, насколько важно для вас узнать как можно больше о военных буднях своего предка.

Всего одна буква...

А бывает и так: казалось бы, все про родственника известно — и где погиб, и где похоронен. А могилу его найти не могут.

— Мой папа, Александр Момонт, после окончания института был направлен с мамой в Курск, — рассказывает «Собеседник.ру» Наталья Александровна Липатова, которая только незадолго до 9 мая этого года точно узнала, где именно похоронен ее отец, благодаря сотрудникам ЦАМО. — Когда началась война, отец занимался эвакуацией заводов из Курска за Урал. Туда же отправилась в эвакуацию и мама, а отец пошел на фронт. Я родилась в Красноярске в июне 1942 года, а отец погиб в сентябре. Он меня даже увидеть не успел... У нас в семье сохранилось много писем от него, но все они без конвертов. В извещении о смерти отца было написано, что он похоронен в Бекетовке под Сталинградом. После войны мама поехала в Бекетовку, но могилы отца там не нашла. Потом, в конце 60-х, туда поехала наша знакомая и узнала, что все захоронения из Бекетовки перенесены на Мамаев Курган в Волгограде. Но точно ли там?

А когда мы запросили архив, оказалось, что отца вроде как и нет, — продолжает Наталья Николаевна рассказ о своей поисковой эпопее. — Есть Александр Мамонт, воентех первого ранга, начальник технической службы 157-й стрелковой дивизии... Вроде отец, но фамилия-то — Мамонт, а не Момонт... Как же так? В похоронке ведь была правильная фамилия. Благодаря сотрудникам ЦАМО мы все же нашли подтверждение, что это именно отец, просто ошибка в документах... В конце марта мы с сыном и внуком (тоже Александр, как мой отец) поехали на Мамаев Курган. А там — ремонт. Где узнать, как найти могилу отца? Нам посоветовали обратиться в администрацию памятника. У них картотека обычная, не компьютеризированная. Нашли нам три фамилии — и по всему получается, что речь об одном человеке идет: Мамонт А. М., Момант А. М. (оба без звания) и воентех 1 ранга Мамонтов... Показали могилу — братская... В общем-то путаница понятна — в то жаркое время в Сталинграде по 2 тысячи человек в день хоронили. Понятно также, почему и на знаменах не все поименно перечислены, а только 7 тысяч человек... Только я всю ту ночь не спала. Отец мой родом с Полтавы, у него много родни осталось. А тут такое — вроде, его могила, а вроде и нет... Ведь не Момонт А. М. написано.

Пошла наутро снова в администрацию комплекса. Прошу исправить ошибку в фамилии: все документы же есть. Оказалось, что я не одна такая — еще 200 человек просят исправить ошибки в фамилиях своих близких. В общем, нам пообещали, что обратятся к губернатору и сделают все возможное...

 Александр Момонт
Благодаря ЦАМО Наталья Липатова точно узнала, где именно похоронен ее отец Александр Момонт
Фото: moypolk.ru

Теория и практика

В ЦАМО можно прислать запрос, и специалисты архива проведут поисковую работу вместо вас. Вам же пришлют ее итог. Либо напишут о том, что переслали ваш запрос в другой архив, где могут храниться сведения о вашем родственнике. Но многие предпочитают искать сами.

Архив находится в Подольске. И приезжать туда надо к 9:30 утра. Иначе — особенно в первый раз — вам придется уехать ни с чем. Впрочем, в первый раз так получится в любом случае. Ведь вам надо будет определить, какие документы нужны, и заказать их (не больше 10 папок за один раз). А вот читать заказанные папки можно будет лишь в следующий приезд.

И опять надо приезжать рано: получить описи дел, сдать изученные материалы, заказать копии — все это можно сделать только до 12:00. А вот просто почитать документы (уже заказанные и ожидающие вас для работы) можно в любое время. Только надо помнить — если вы за месяц ни разу не сдали ни одного дела, все ваши папки могут вообще обратно отправить в архив.

Так получилось у меня — две недели я вовсе не появлялась в Подольске, а предыдущие две недели приезжала в ЦАМО после обеда и не сдала ни одного дела. В итоге — неприятный сюрприз: мои папки сдали. А там у меня были закладки тех документов, копии которых я хотела заказать, но не успела оформить список. Пришлось оформлять заказ по-новой...

Поиск со всеми неизвестными

Предположим, вы ищете родственника, про которого знаете лишь то, что он служил в таком-то полку. А в отделе архива, где выдают описи документов, вам сказали: документов этого подразделения нет. Что делать? Идти в военную библиотеку, которая располагается на том же этаже ЦАМО, где и читальный зал. Там вам подскажут, в какой дивизии был этот полк, в какую армию входила эта дивизия. И вы снова просите описи — уже дивизии и армии. Изучаете их, тщательно отбирая те дела, где есть надежда найти хоть крупицу интересующей вас информации. В общем, подготовить запрос на документы — штука непростая.

Надо сказать, что я впервые появилась в этом архиве (пытаясь отыскать сведения о военной судьбе своего деда), уже будучи осведомленной о некоторых нюансах поиска. Поэтому подготовлена была основательно. То есть знала даты жизни деда, название военкомата, который его призвал, и дату призыва. Знала, где служил дед (3-й дивизион 604ЛАП), в какую дивизию входил его полк (118СД). И поэтому мне казалось: уж в ЦАМО-то я точно узнаю, где в сентябрьские дни 1941-го, когда дед пропал без вести, находился его полк, какие вел бои.

Но все оказалось не так просто. Сразу же выяснилось: документов 604ЛАП нет. Полк просуществовал всего несколько месяцев, потом было новое формирование и он стал воевать под другим номером. Похожая участь была и у 118-й стрелковой дивизии (правда, от нее документы все же остались). Вот там, среди боевых донесений и сводок по составу, была надежда хоть что-то узнать про интересующий меня полк. Например, где он располагался (практически по дням), сколько бойцов гибло (правда, это — безымянные цифры), сколько пушек им надо было починить...

Я проштудировала кучу архивных дел. Попадались сведения вроде как бесполезные для конченой цели поиска, но очень колоритные для понимания будней войны. Так, в документах финчасти дивизии (там я тщетно надеялась отыскать фамилию деда и понять, когда же он мог погибнуть — в сентябре или в октябре 1941-го) были данные о закупке дивизией у местных колхозов зерна и мяса (коров покупали живьем). А в документах медсанчасти иногда появлялись на карточках пометки: у такого-то ранение, похожее на членовредительство (правда, таких было мало).

Или вот еще штрихи о том, насколько непривычны были вчера еще мирные люди к военным условиям: командир дивизии все время направлял командирам одного из полков требования улучшить охрану — один раз даже проскользнула история о том, как немцы прямо с позиций утащили «языка»... А однажды командир дивизии заметил, что бойцы стоят в карауле с мокрыми ногами и в мокрой одежде. Тут же распоряжение — такого быть не должно!

А вот отправлений в штрафбаты и на расстрел, как пишут некоторые историки, за малейшую провинность, не нашла. Несколько раз встречала разборы ситуации, где описывались ушедшие к немцам бойцы (один раз, кажется, речь шла чуть ли не о 7 рядовых сразу). И их командир отделался только порицанием в приказе. Попалась, правда, и одна бумага, связанная с исполнением приговора трибунала (за предательство) — от всех частей командир требовал прислать представителей, чтобы все в дивизии знали: предателю — смерть.

Кое-какие сведения просачивались из скудных цифр и донесений и непосредственно про жизнь интересовавшего меня 604ЛАП. Например, что три (позже 2, и потом и вовсе 1) гаубицы в дивизии были только в этом полку. Из других документов я узнала, что однажды 2-й дивизион 604ЛАП, отступая вместе с приданным полку батальоном моряков, потерялся с этим батальном и двумя гаубицами «в неизвестном направлении»... Но потом, судя по количеству гаубиц и военнослужащих полка в очередной сводке, все нашлись.

Еще обнаружилось несколько записей: 3-й дивизион, где служил мой дед, 604 ЛАП был передан в один из полков 48СД, но в материалах этой дивизии не было упоминаний об таком мелком, видимо, по масштабам войны событии.

Зато, кажется, получилось понять, где именно искать могилу деда: под Ораниенбаумом, ныне Ломоносов (Ленинградская область). По крайней мере, это соотносилось с данными его последнего письма. Оно сохранилось без конверта, поэтому когда было отправлено — непонятно. Но в 1946 году в стране военкоматы проводили подворовый опрос и всех, чьи родные не вернулись с войны, спрашивали, когда была последняя весточка от солдата. Моя бабушка ответила (эта информация тоже отыскалась в ЦАМО): 17 сентября. Видимо, речь шла именно об этом последнем письме. А там дед очень точно описал, где находится: «мы в 30–35 км от Ленинграда, не больше».

А значит, есть где искать дальше.

Также по теме

Подписаться на новости

Введите Ваш email:
email рассылки



Новости Партнеров

Новое на сайте

20:07, 08 Декабря 2016
Sobesednik.ru побывал на открытии ледового катка на Красной площади, которое по традиции прошло шумно и весело
»
17:32, 08 Декабря 2016
Интернет-магазин комбината питания Кремля еще не открыт, но самовывоз уже заработал. Ассортимент изучил Sobesednik.ru
»
16:59, 08 Декабря 2016
Купили квартиру, где живут наниматели? Выселить их досрочно выйдет едва ли, рассказал Sobesednik.ru эксперт
»