00:00, 08 Февраля 2011 Версия для печати

Отец АНов

7 февраля – 105 лет со дня рождения знаменитого авиаконструктора Олега Антонова

Баловень судьбы

Олега Антонова, наверное, можно назвать баловнем судьбы. Хотя бы потому, что, несмотря на дворянское происхождение, он не сидел в сталинской «шарашке», как другие конструкторы. Не будучи коммунистом до 1945 года, уже занимал высокие посты. А когда был представлен к второй звезде Героя Соцтруда, написал письмо Брежневу и отказался от награды в пользу своего зама. Ну кому бы еще подобный фортель сошел с рук!

За свою жизнь Антонов создал 52 планера и 22 самолета – от маленького «кукурузника», востребованного по сей день, до мощнейших «Антея» и «Руслана». При этом, помимо работы, он еще рисовал картины, писал рассказы и стихи, занимался спортом, стряпал на кухне. На вопрос, как ему все удается успевать, отвечал: «Секрет быстроты в том, чтобы делать медленные действия без промежутка между ними».

А еще Олег Константинович успел трижды жениться и воспитать четырех детей. Первая супруга Елена Кочеткова, с которой они проектировали планеры, родила ему в 1936 году сына Ролана (ныне уже покойного). Через два года Антонов женился на Елизавете Шахатуни – от этого брака родилась дочь Анна. С Шахатуни они потом долгие годы работали бок о бок и остались добрыми друзьями даже после ухода конструктора к третьей жене. Ему тогда стукнуло 56, а его избраннице Эльвире Павловне – 25. Что, впрочем, не помешало рождению еще двух детей: Лены и Андрея. С детьми же от первых двух браков Олег Константинович всегда поддерживал самые теплые отношения.

Французов сразил французским

Младший из детей Олега Антонова – сын Андрей сейчас работает ответственным секретарем одного из киевских журналов. Накануне юбилея он поделился с «Собеседником» воспоминаниями о своем знаменитом отце.

– Скажите, Андрей, Олег Константинович был, наверное, очень строгим родителем?

– Ну, когда мы с сестрой вредничали, да, мог хорошенько одернуть, но только словом, руку не поднимал никогда. Он как-то умудрялся находить время и для работы, и для нашего воспитания. Мы часто ездили на природу, гуляли по Киеву. Только в цирк никогда не ходили – никто в семье почему-то его не любил. Зато отец часто рассказывал о самолетах, так что уже в семь лет я разбирался во многих технических деталях. При этом он очень внимательно следил, чем я играю, старался давать в руки «умные» игрушки, многие из которых мастерил сам. Уже в пять лет я собрал свой первый планер.

– Почему же в итоге никто из детей не пошел по его стопам?

– Не совсем так. Сестра Аня, к примеру, преподает высшую математику в киевском авиационном университете. А сестра Лена окончила МАИ и даже работала в КБ Ильюшина. Но сейчас она ландшафтный дизайнер.

– Правда ли, что Антонов за свои деньги купил машину, которой пользовался как служебной?

– Да. И водил ее сам. Другое дело, что хлопоты по обслуживанию взял на себя один хозяйственник. Но папа из своих денег оплачивал ремонт и бензин.

– А сам за штурвал самолета садился?

– Он всегда говорил, что с детства хотел стать летчиком, и всю жизнь не оставлял мечту о небе. После трагической гибели в воздухе Петлякова другим конструкторам просто запретили летать. Но отец во время испытаний периодически нарушал этот запрет. Он считал, что просто обязан лично почувствовать новую машину в полете.

– Сколько языков знал Олег Константинович?

– В свое время на авиасалоне в Ле Бурже отец без переводчика дал интервью французским журналистам, чем поверг прессу в немалое изумление. Он великолепно знал французский, который выучил еще в раннем детстве, поскольку им в совершенстве владела его мама, к тому же у него была гувернантка-француженка. Английский язык он тоже знал, однако владел им чуть похуже.

– Говорят, для своих творений Антонов специально подбирал имена, в которых звучало бы сочетание «ан» – «Антей», «Руслан», дети Ролан, Аня, вы вот Андрей?

– Если так, то из этого правила было много исключений. Например, АН-10 он назвал «Украина», а дочку, мою сестру, – Лена. Самолет «Руслан», между прочим, отец сначала хотел назвать «Тарас Шевченко», но что-то там не сложилось…

Сочинял сказки и жарил гренки

– Как он отдыхал, чем занимался на досуге?

– Лучшим отдыхом для него было общение. У нас дома часто бывали Николай Амосов и Борис Патон, другие интересные люди. Они могли часами обсуждать самые разные темы. Дружил отец и с Галиной Улановой, просто обожал балет и старался не пропускать хорошие спектакли. Много читал, а на досуге писал сам. И не только научные статьи. Помню, как-то для «домашнего пользования» сочинил сказку, которую читал нам на ночь. Любил еще на кухне иногда повозиться, приготовить свое фирменное блюдо – гренки с дробленым чесноком. К спорту тоже был неравнодушен. Очень серьезно увлекался большим теннисом, ходил играть на корт стадиона «Антей», участвовал в разных чемпионатах. В 1977 году я с ним ездил в Днепродзержинск на чемпионат по большому теннису среди ветеранов. И он, между прочим, его выиграл! Любил еще кататься на лыжах – выезжал зимой за город на заснеженные склоны и там катался. А вот алкоголь совсем не жаловал. Разве что изредка для поддержания компании мог чуть-чуть пригубить легкого вина.

– Расскажите немного про его картины. Он где-то учился живописи?

– Когда отец жил в Москве, ходил на курсы во Вхутемас и заодно учился рисовать у друзей, например у внука Айвазовского, летчика и художника Константина Арцеулова. Всего отец написал больше полусотни картин. В основном это пейзажи и натюрморты, но есть и на авиационную тему. Карандашом он умел работать очень четко и элегантно. А как-то даже сказал: «Если бы я не стал конструктором, то стал бы художником». Большая часть его работ сейчас хранится в семье – у мамы дома, у меня и у сестер. Еще часть – в АНТК
им. Антонова.

– Как сложилась ваша жизнь после смерти Олега Константиновича?

– Мне было 19 лет, когда не стало отца – у него случился инсульт. Похоронили его на Байковом кладбище, помню, тогда был солнечный и теплый день. После этого многие называвшие себя его друзьями от нашей семьи как-то вдруг отстранились, а остались только самые настоящие. Тяжко было, конечно. Мама какое-то время еще работала кибернетиком в НАУ (Национальный авиационный университет в Киеве. – Ред.), но потом ушла на пенсию. Сейчас она живет в Святошине, в доме, который когда-то там построил отец. Мы часто к ней наведываемся. Все вместе приглядываем за садом, который тоже посадил папа.

Он очень любил яблони и виноград…

было дело...

Над «дегенералами» мог и пошутить

Несколько штрихов к портрету Олега Антонова добавила Анна, его дочь от второго брака:

– Отец всегда умел выслушать собеседника и был как никто демократичен в общении. Но в особых случаях он неожиданно мог и пошутить, и даже подурачиться. Как-то после нелегкого разговора с одним из высоких армейских чинов папа задумчиво произнес: «Да-а-а, это не генерал… Это – дегенерал!»

Еще был занятный случай в 60-е годы, когда очень осуждали всех, кто носил шорты. А отец был человеком спортивным и шорты как раз очень уважал. И вот однажды в Крыму на рынке подходит к нему милиционер и строго так говорит: «Гражданин! Вы знаете, что в публичных местах нашей страны в таком виде ходить запрещено?!» В ответ обычно скромный и сдержанный отец молча показал ему «корочку» депутата Верховного совета СССР. Страж порядка лишился дара речи, а мы еще долго потом хохотали, вспоминая выражение его лица.

Подписаться на новости

Введите Ваш email:
email рассылки



Новости Партнеров

Новое на сайте

00:02, 05 Декабря 2016
Колумнист Sobesednik.ru Леонид Радзиховский – о реорганизации президентской администрации
»
20:03, 04 Декабря 2016
Кто за чей счет пиарится и что говорят сами рэп-исполнители о пропаганде наркотиков, разбирался Sobesednik.ru
»
17:08, 04 Декабря 2016
Sobesednik.ru попытался разобраться, что заставляет мужей отправлять своих возлюбленных за приключениями на сторону
»