07:30, 19 Марта 2012 Версия для печати

Николай Гоголь любил мужчин и женщин, а умер девственником

Он умер 160 лет назад, в феврале 1852 года. Но до сих пор его биографы так и не докопались до истины: был ли у него хотя бы один роман с женщиной? Да, были дамы, что в него влюблялись. А были и такие, кого он считал воплощением божества. Но, как уверяют исследователи, он опасался  сближаться с женщинами. Они казались ему существами  колдовской породы – порочными и без души.

"Я видел ее… нет, не назову ее… она слишком высока для всякого, не только для меня, – писал Николай Гоголь своей матери из Санкт-Петербурга в июле 1829 года. – Я бы назвал ее ангелом, но это выражение некстати для нее. Это божество, но облаченное слегка в человеческие страсти… В порыве бешенства и ужаснейших душевных терзаний я жаждал, кипел упиться одним только взглядом, только одного взгляда алкал я… Но ради Бога, не спрашивайте ее имени. Она слишком высока, высока!"

Имя той прекрасной незнакомки писатель так и не назвал. Кто она, до сих пор гадают исследователи. Были такие, кто заподозрил писателя в желании навести тумана. Дескать, молодой Николай Гоголь вовсе не был влюблен. Просто он не хотел, чтобы маменька знала, что он тяжело переживает провал первой книги – поэмы «Ганц Кюхельгартен». Но другие с ними спорят, уверяя: женщина все-таки была!

Писатель Сергей Аксаков упоминал имя – Александра Смирнова, урожденная Россет. А Гоголь называл ее «ласточка Розетта».

Она была фрейлиной императрицы Марии Федоровны. За ней ухаживали знаменитые ловеласы империи – поэт Александр Пушкин и царь Николай II. Но только автору «Мертвых душ» она открыла свое сердце. Сохранилось около сотни его писем к ней.

Впервые имя этой 22-летней фрейлины Николай Гоголь упомянул в письме к Жуковскому в сентябре 1831 года: «Насилу мог я управиться со своею книгою и теперь только получил экземпляры для отправки вам повестей». (Речь шла о «Вечерах на хуторе близ Диканьки». – Авт.). Один собственно для вас, другой для Пушкина, третий с сентиментальной надписью – для Розетты…» И если сопоставить даты, то получалось, что маменьке он писал не о мифической женщине, не хитрил, а действительно его голову вскружила божественная «ласточка Розетта».

«Любовь, связавшая нас с вами, высока и свята. Она основана на взаимной душевной помощи, которая в несколько раз существеннее всяких внешних помощей», – писал Смирновой-Россет Николай Васильевич.

Александра была замужем, но супруг был ей лишь другом. Расстаться с ним она не могла. Да и с Гоголем брак был невозможен. Но именно ей, Розетте, одной из немногих, Николай Васильевич читал свои произведения до публикации. Именно ей, единственной, он предложил прочесть новую главу из второго тома «Мертвых душ» и просил никому не рассказывать содержание рукописи. А в 1845 году Александре Осиповне приснился вещий сон о сожжении второго тома «Мертвых душ», и она сообщила это Николаю Васильевичу. И по удивительному стечению обстоятельств он сжег рукопись.

Впрочем, многие склонны считать, что между ними была всего лишь платоническая любовь – единение двух одиноких душ.
Однажды она сказала ему: «Послушайте, вы влюблены в меня…» Он рассердился и убежал. Три дня не ходил к ней! Об этом странном поведении писателя сообщал тоже Сергей Аксаков.

Впрочем, есть и другие свидетельства об отношении Гоголя к Смирновой-Россет. Однажды по поводу этих отношений над Николаем Васильевичем потешался его друг юности Александр Данилевский. Писатель написал ему в ответ такие строчки: «Трудно тому, который уже нашел то, что получше, гоняться за тем, что похуже…» Что он имел в виду? Поговаривают, что с Данилевским его связывали близкие отношения. Как уверяли современники писателя, ничье появление никогда не производило на Гоголя такого «волшебного действия», никому не удавалось рождать в нем такого «отрадного настроения», как Саше Данилевскому. Их совместные интересы выходили за рамки общепринятых.

В одном из посланий Данилевский писал Гоголю о каком-то гарсоне в ресторации: «явился с большим серебряным кофейником, без сомнения, был более желанным для нас, чем красотки».

И что еще более странно, та самая «ласточка Розетта» описывала двусмысленную привязанность Гоголя к молодому графу Иосифу Виельгорскому. С 23-летним Иосифом Гоголь познакомился в Риме. Он страдал чахоткой. Полгода, что они провели вместе, они называли самым счастливым периодом жизни. Гоголь не отходил от его постели, а после его смерти хотел было даже жениться на сестре Иосифа. Ему отказали ее родители.

Гоголь поэтизировал романтичное мужское братство, страстную дружбу и красоту мужского тела. Но в то же время даже его оппоненты соглашались: вряд ли он вступал в связь с мужчинами. Впрочем, вероятнее всего, не было у него близости и с женщинами. Он подавлял свою сексуальность и испытывал ужас перед любовью, предчувствуя ее страшную, разрушительную силу над своей душой. Натура его была так чувственна, что пламя любви превратило бы его в прах в одно мгновение.

Кстати

Николай Гоголь любил рассказывать сальные анекдоты, непристойности и похабные стишки произносил и при дамах.

Современные психологи дают такое объяснение этому поведению: писатель избегал женщин, так и не прикоснувшись к тайнам секса, ибо считал это грехом – но заглушаемая им сексуальность трансформировалась в скабрезности: таким образом выпускался пар неудовлетворенного либидо.

Подписаться на новости

Введите Ваш email:
email рассылки



Новости Партнеров

Loading...

Новое на сайте

13:06, 04 Декабря 2016
Бывший вратарь «Спартака» и сборной СССР Анзор Кавазашвили – о голкипере ЦСКА и сборной РФ Игоре Акинфееве
»
11:22, 04 Декабря 2016
Корреспондент Sobesednik.ru побывала на митинге новосозданного движенения «Новая оппозиция» в Москве
»
11:04, 04 Декабря 2016
Родион Газманов рассказал Sobesednik.ru о том, на какие жертвы приходится идти ради в телешоу «Точь-в-точь»
»