17:56, 25 Августа 2014 Версия для печати

Андрей Макаревич: Сперва врут, причем ложь должна быть огромной, потом спрашивают

"Утираться я не умею"

Андрей Макаревич попал под новую волну травли – на этот раз за выступление в украинском Святогорске. Госдума предлагает лишить его государственных наград, Эдуард Лимонов написал о нем всякие грубости и нарвался на адекватный ответ, а Иосиф Кобзон предложил ему совместный концерт в Донецке.

Бурной, короче, жизнью живет Макаревич, и как-то при встрече ищешь отпечаток всех этих тревог на его лице. Следы бессонных ночей, я не знаю, или даже слез, или хотя бы пепел на благородных сединах. Но то ли он все это искусно прячет, то ли его действительно ничто не берет.

– Позволь я начну с идиотского вопроса: ты действительно собираешься с Кобзоном петь в Донецке?

– Чушь собачья. Если бы он хотел со мной спеть в Донецке, уж, наверное, обратился бы ко мне, а не в газету. Слава Богу, знакомы с восемьдесят первого.

– И как отношения?

– Да нормальные отношения, он нам даже помогал в советские годы. Помню, у нас были даже совместные концерты, и он тогда сказал: ты думаешь, все на вас пришли? Нет, на вас тут столько же, сколько на меня. Давай проверим: я готов петь хоть в первом, хоть во втором отделении. Вот увидишь – никто не уйдет. Что интересно, он оказался прав.

– Просто есть такой Юрий Каннер, глава Российского еврейского конгресса...

– Я знаю, кто такой Каннер.

– Так вот он пишет, что вы оба с Кобзоном внесли большой вклад в еврейскую культуру. Ты записал этот... как же... «Блюз на идише»...

– Это называется «Идиш-джаз».

– Ну вот. И было бы прекрасно, говорит он от имени конгресса, чтобы вы вместе спели, потому что лучше типа петь, чем ругаться.

– Я готов с Кобзоном спеть при двух условиях. С удовольствием озвучу их ему лично.

– А мне?

– Первое: мы не поем перед военными. И не поем военных песен, просто не трогаем это. И второе: он извинится передо мной за вранье, под которым подписался. И в Донецк я готов приехать, если пригласят, – с Кобзоном или без Кобзона. Но для этого должны позвать – не могу же я взять гитару и приехать: «Алё, ребята, где у вас тут Донецк? Я спеть хочу!»

Я не пел ни перед какими фашистами. Я не выступал в Славянске. Военных там вообще не было. Это был обычный концерт в пользу беженцев. Меня пригласил Тимофей Нагорный, президент фонда волонтеров Украины. И должен сказать, что этим волонтерам удается очень многое из того, с чем не справляется государство: это серьезное массовое движение. «Комсомольская правда» действует в обычной манере советских газет, которые сначала наезжали, а потом мягко отъезжали: сначала они пишут, что я выступал перед карателями, а потом – что не было никаких карателей. И дают мой комментарий. Но вброс-то уже есть. Это делается по обыкновению в два приема: сперва врут, причем, чтобы поверили, ложь должна быть огромной. Еще Геббельс открыл, что малая недостоверна. Ну и вот, они пишут, что я пел перед нацистами. Или того хлеще – почему-то от Саши Гордона исходит этот фейсбучный пост, – что перед украинскими военными! от имени России! извинился за сбитый «Боинг»! Ну это-то с чего? А потом начинают опрашивать специально подобранных коллег: Макаревич выступил перед карателями, как вы к этому относитесь? «Ах, перед карателями? Выслать, лишить, запретить выступления!»

– Постой. Ты действительно не упоминал там «Боинг»?

– В какой связи и с какой стати? Там были в основном женщины и дети, я спел «Костер» и «Три окна»... Что касается «Боинга», я не только прощения не просил – кто меня уполномочил?! – но и вообще считаю эту историю очень темной. Мне прогибаться несвойственно, я не побоялся поехать в Святогорск – и не побоюсь сказать, что относительно «Боинга» надо ждать выводов комиссии, если они все-таки воспоследуют. Потому что – это факт – украинские диспетчеры рекомендовали ему на 20 километров отклониться от курса и на 800 метров снизиться. Эти переговоры зафиксированы. И со стороны это очень похоже на разводку какой-то третьей силы, о которой я пока судить не берусь: допустим, самолету советуют отклониться, а ополченцам намекают, что летит военный борт.

– Тебя не удивляет, что слово «фашист» до сих пор главное ругательство, хотя какая уж там фашизация на Украине?

– Фашисты есть везде, в том числе на Украине. Правда, в России их сегодня больше. А что касается риторики – подумай, кто сейчас вызывает негативные ассоциации? Кого все дружно ненавидят? Последнее, что объединяет все возрасты – память о фашизме. Все ведь было совсем недавно. Мой отец с войны пришел без ноги. Война – она вот, рядом. Мир делится на нас и фашистов.

Полную версию интервью Дмитрия Быкова с Андреем Макаревичем читайте в свежем номере «Собеседника» (№33).

"Фашисты есть везде, в том числе на Украине. Правда, в России их сегодня больше"
Фото: PhotoXpress

 

 

 

Подписаться на новости

Введите Ваш email:
email рассылки



Новости Партнеров

Новое на сайте

16:59, 08 Декабря 2016
Купили квартиру, где живут наниматели? Выселить их досрочно выйдет едва ли, рассказал Sobesednik.ru эксперт
»
16:29, 08 Декабря 2016
Защитник тюменского блогера, обвиняемого в оправдании сирийских террористов, рассказал Sobesednik.ru о ходе дела
»
15:29, 08 Декабря 2016
Один из основателей «Диссернета» прокомментировал для Sobesednik.ru слова ректора МГУ о Болонской системе образования
»