00:00, 10 Июня 2011 Версия для печати

Николай Караченцов идет на поправку

Всенародно любимый актер Николай Караченцов вместе с супругой Людмилой Поргиной недавно вернулся в Москву из Израиля, где артист проходил очередной курс реабилитации после перенесенной травмы головы. Новые методы лечения зарубежных врачей сотворили с ним чудо. Если прежде Николай Петрович с трудом говорил отдельные слова, то теперь он в состоянии произносить сложные фразы. К тому же к нему возвращается память. В этом убедились "Только звезды", побывав у актера в гостях.

 Стоило нам войти в квартиру Караченцовых, как мы услышали… непривычную тишину. Встретил нас давний друг семьи Юрий Суздальцев, который каждый день забегает к Николаю Петровичу в гости, ходит с ним гулять, кормит его и читает ему книжки.

– Что, непривычно тихо, да? – улыбнулся Юрий. – А это Люда просто уехала в парикмахерскую и уже час не может до дома доехать – пробки. Коля сейчас на кухне отдыхает, лучше его не тревожить.
Мы располагаемся в кабинете Николая Петровича и спрашиваем у Юрия, давно ли он знаком с известным актером.

– Мы с Колей познакомились на одном из концертов. Там и подружились. К тому же оба любим водные виды спорта. Я же в прошлом выступал за сборную СССР по плаванию. Петрович тоже раньше занимался прыжками в воду, был чемпионом Москвы среди юниоров. Но сейчас он в бассейн идти не хочет. Как я его ни уговаривал, упирается – не пойду и всё! Зато на теннис очень любит ездить. На занятия его возит сын Андрей. Коля держит ракетку правой рукой, хотя в ней стоит искусственный сустав. Правая рука у него хорошо действует, а с левой ногой и рукой просто беда: они плохо сгибаются из-за инсульта, перенесенного после аварии. Недавно они с Людой съездили в Израиль, и после этой поездки Коля, по-моему, начал лучше говорить. Раньше он как будто спал, а с помощью этого нового лекарства проснулся и вернулся в реальность. Да, он еще и драться начал! Мы с ним так иногда воюем из-за папироски – только держись!

– «Ку-ку! Вот и я!» – громкий голос Людмилы Поргиной раздается в прихожей. Жена Караченцова садится на скамеечку, снимает модные сандалии и показывает нам новый маникюр:

– Видишь, каким лаком мне ногти покрасили? Он должен месяц держаться. Приеду в Израиль, зайду в море, у них все рыбки там и подохнут!

Едва Поргина переступает порог кухни, сразу берется за телефон. Взволнованная Людмила Андреевна рассказывает знакомой, что в выходные садовник-таджик сломал ей новую газонокосилку за 26 тысяч рублей. В тот же день Поргиной позвонила ее новая домработница и сказала, что упала и разбилась большая люстра в гостиной. Едва Людмила Андреевна прощается с приятельницей, как уже набирает номер своего лечащего врача (Поргина подхватила вирус и долго лежала в больнице).

– Здравствуйте, Юлия! Это Людмила Андреевна Поргина-Караченцова. Я напоминаю вам, что приняла тестостерон и теперь бегаю за мужиками с голыми попками! – хохочет она.

Пока Людмила Андреевна щебечет по телефону, Николай Петрович, который все это время спал на кухне на диване, просыпается. Он изредка поворачивает голову, чтобы посмотреть телевизор. В основном великий актер не сводит глаз со своей жены.

– Коль, ты рад, что я еще жива? – спрашивает у мужа Людмила Андреевна.

Николай Петрович показывает ей большой палец и хитро улыбается.

Поргина рассказывает, что на следующий день после приезда из Израиля Караченцов с семьей пошел… в цирк!

– Коля давно просил меня пойти с ним в цирк. Но, вернувшись из Израиля, я почти на неделю попала в больницу и веселиться мне как-то не хотелось. Но если Коле что-то надо, он бывает очень настойчив. Поэтому вскоре мы таки пошли в цирк. И знаете: сын Андрюша и его жена Ира орали «Браво!» громче, чем Пятачок с Яной. Даже Коля им сказал: «Ведите себя поприличнее».

– Людмила Андреевна, Пятачок – это кто?

– Это наш внук Петя. Он очень похож на Колю – такой взрывной, импульсивный, талантливый. Его все учителя хвалят. Он успевает ходить на уроки рисования, музыку и еще в теннис любит играть.

– А почему вы пошли в цирк, а, например, не в родной Ленком?

– У нас сейчас непростые отношения с Ленкомом. Я ведь уже не работаю в театре. Марк Анатольевич Захаров снял меня со спектакля «Юнона и Авось» накануне дня рождения Коли, когда я лежала в больнице. Он умеет выбирать подходящее время и делать «подарки». Когда я выздоровела и позвонила в театр, чтобы узнать даты своих спектаклей, то завгруппой сказал, что в моих услугах театр больше не нуждается: «Марк Анатольевич заявил, что вы больше у нас работать не будете».

– Люда, – неожиданно очень четко говорит Николай Петрович. – Не смей болеть!

– Что ты, Коленька! Да я назло всем врагам здоровой буду! – улыбается мужу Поргина.

В это время Караченцов поднимается с дивана и спрашивает домработницу Иру, когда он пойдет спать.
– Часов в девять, Николай Петрович, – отвечает она.

– Какое спать? – восклицает Людмила Андреевна. – Сейчас мы с тобой гулять пойдем! Кстати, Коля, знаешь, что твое имя открывает любые двери? Вот сейчас мне позвонили из театра – они сделали три билета на твое имя для индусов. Вот что значит чудо настоящее! Дай поцелую!

– А ты мое чудо! – еле слышно произносит Караченцов.

– К вам приезжают индусы? – удивились мы.

– Да, я была на острове Гоа и привезла оттуда новое лекарство для Коли. Через пару дней врачи-индусы прилетают, чтобы дать ему новое лекарство. Вот и в Израиле нам тоже посоветовали новое средство. Знаете, в реабилитационном центре Коля видел много людей в коме. Он спрашивал меня: «А я был в коме?» Я отвечала, что был. Коля забывает некоторые моменты после аварии. В этом центре с людьми, которые только недавно вышли из комы, с первых дней начинают заниматься. Я не устаю говорить Коле, какой он молодец. Он выиграл настоящую битву за жизнь.

– Писали, что Николай Петрович плавал там с дельфинами…

– Дельфинов не было, хотя в рекламе и написано, что в центре есть бассейн, где больные плавают с этими животными. Но у нас и без дельфинов дел было много. Занятия начинались в семь утра. Коля висел на турниках с помощью инструкторов. Это помогает выпрямить позвоночник. Лежал на специальном шаре, делал упражнения для рук, занимался с логопедом. А вы говорите дельфины…

Николай Петрович садится на стул и закуривает электронную сигарету. «А где Ира?» – спрашивает он. Поргина отвечает, что та ушла в аптеку.

– Сейчас Ира вернется и мы пойдем гулять, – говорит Людмила Андреевна.

– Нет, не пойдем, б**! – громко кричит Караченцов и ударяет рукой по столу, добавив словечко покрепче. – Скажи слово!

– Пожалуйста! – тоже повышает голос Поргина.

– Вот теперь пойдем, – радуется Николай Петрович и хитро улыбается жене.

– Видите, вот так мы воспитываем друг друга.

Караченцов просит Людмилу Андреевну укрыть его одеялом, но пришедшая помощница Ирина подошла быстрее. Николай Петрович резко убирает ее руку и тихо говорит, обращаясь к жене: «Для меня дорого и ценно, когда меня укрываешь ты».

– Извини, мой дорогой, давай я тебя сейчас укрою.

– Людмила Андреевна, в этом году спектаклю «Юнона и Авось» исполняется 30 лет. Пригласили ли Николая Петровича в театр на юбилей?

– В театре решили выпустить медали к юбилею «Юноны» и всюду их распространять. На одной стороне изображен Караченцов, на другой – Лена Шанина, которая играла Кончиту. Интересно, что Коле за это ничего не полагается, ни копейки! Когда я об этом узнала, хотела спросить руководство: «У вас совесть есть? Он же инвалид! Пришлите хоть какие-нибудь деньги!» Когда «Юнона» справляла 25-летие, произошел другой случай. После аварии минуло уже два года, Коля только начал ходить и понемногу разговаривать. Мы специально приезжали из центра реабилитации на репетиции в театр. Я спросила у Захарова, можно ли Коле выйти на сцену в конце спектакля? На что Марк Анатольевич жестко сказал: «Значит так, он не выйдет на сцену, лучом мы его освещать не будем, а вы идите и дирижируйте у себя на кухне!» После этого мы с Колей встали и ушли. Когда в конце юбилейного спектакля зрители стали скандировать: «Караченцов!», Коля повернулся ко мне и спросил, что нам делать. «А теперь, – сказала я, – мы встаем и уходим». И мы поехали домой, поплакали, прочли молитву и легли спать.

Словно услышав название любимого спектакля и родного театра, Николай Петрович снова просыпается, садится на диван и спрашивает:

– Олег Янковский умер?

– Да, Коля, я же тебе говорила, что у него был рак поджелудочной.

Караченцов поднимает правой рукой левую руку и прикладывает к голове. В его глазах слезы…

– А Абдулов? – тихо спрашивает он.

– Тоже умер, Коленька. У Саши был рак легких. Я тебя к Абдулову не пустила, а проститься с Олегом ты ходил.

– Они были Колиными друзьями, – говорит Поргина, обращаясь к нам. – Еще мужа очень любила Любовь Орлова. Она сыграла маму в его первом фильме. Потом часто Любовь Петровна звонила Коле и спрашивала: «Сынок, как ты там?» Извините, больше не могу разговаривать. Колю кормить пора.

– Николай Петрович, – напоследок обращаемся мы к великому артисту, – вы прошли через столько испытаний, каждый день боретесь со страшной болезнью. Скажите, что же все-таки помогает вам жить?

Великий артист на секунду задумался.

– Все вы, – ответил он. – Я все преодолею. Я выдюжу, потому что меня столько людей любят!

Подписаться на новости

Введите Ваш email:
email рассылки



Новости Партнеров

Новое на сайте

00:06, 07 Декабря 2016
Креативный редактор Sobesednik.ru Дмитрий Быков в стихах – о получении Иваном Охлобыстиным гражданства ДНР
»
00:01, 07 Декабря 2016
Варианты возможной конституционной реформы Sobesednik.ru обсудил со специалистами
»
22:06, 06 Декабря 2016
Что повышает безопасность на проезжей части, а что – совсем наоборот, выяснил Sobesednik.ru
»